Горечь потерь - Александр Олегович Анин

В жизнь пришлось вносить коррективы, выделять время на занятия с людьми, но уже сейчас он ощутил, что клан одарённых — это очень серьёзные возможности. Это уже не в одно лицо корячиться с защитным периметром, а быстро расширить владения, прирасти инфраструктурой и людьми, да и ответственность распределить, а не всё тянуть одному. Он с удивлением наблюдал, как быстро разрастается рабочий посёлок, как его женщины быстро набирают новых работников на фермы, а одарённые находят себе иное применение. Кто-то готовит лес для новых домов, кто-то эти дома строит, кто-то осваивает изготовление фигурок из камня, снимая с него лишнюю головную боль под названием «Как всё успеть?». Минусом в этом всём было то, что впереди маячила перспектива получить на свою голову корону, а к таким преобразованиям жизнь его не готовила, но первым потрясением было совсем другое событие.

Проснувшись утром в один из летних дней, Глеб застал на кухне подозрительно улыбающихся женщин. Долго гадать о причине не пришлось, Юклин, до этого стоящая спиной, повернулась к нему с младенцем на руках.

— Привет, папочка, а у нас дочка! — проговорила она.

Радостный рёв новоиспечённого отца перерос в детский плач, и Глеб осознал, что переборщил с эмоциями. Пришлось извиняться, что начал своё отцовство с такого косяка, но все всё понимали, и никто строго не судил.

Дочь нарекли Литтией, и Сполох понёсся в герцогство Кааль покупать детскую коляску, соски, погремушки.

***

До самой уборочной страды он старался как можно больше быть дома. Рождение малышки всколыхнуло в нём состояние защитника, и он с удвоенной силой включился в расширение защитного периметра, благо, что и помощников в этом деле стало значительно больше.

К началу работ на полях безопасная зона уже перекрывала сто квадратных километров, и это позволяло переключить часть людей на строительство новых домов, а те, кто владел даром воздуха, переключились на уборку урожая.

Разбив обязанности, Глеб с наслаждением смотрел, как воздушные серпы срезают стебли, как скошенные колосья тут же взлетают и аккуратно укладываются в ангары на просушку, как овощи сами выпрыгивают из грядок, моются, просушиваются и загружаются в грузовые машины, увозящие дары природы в город или перекочёвывают в погреба. Магия уверенно вытесняла из жизни технику, и уборочная страда из муки превращалась в праздник урожая.

Люди Рейты, всю свою жизнь видевшие только тяжёлый труд и нищету, начинали радоваться жизни и с оптимизмом смотреть в будущее. Но самое приятное было в том, что Лотти нашла себя в управлении этой масштабностью. Это была её стихия. Она отдавала распоряжения, моталась в баронство, чтоб узнать, как работают мельницы для зерна, и тут же воплощала это в жизнь, согласовывала планировку и расширение рабочего посёлка, устройство парков, зон отдыха, школ и библиотек, составляла графики рабочих недель и выходных дней.

Глеб всё чаще ловил себя на мысли, что он спокоен за развитие своего клана, хотя предпочёл бы, чтоб это был не клан, а просто направление, а точнее два развития единого общества. Ведь уже на следующую весну посевные площади будут увеличены на максимальную площадь, и колония будет полностью обеспечена овощами, зерном и мукой, а маги тверди продолжат увеличивать безопасный периметр, возводить дома, ангары и мастерские, а может и ездить в командировки в другие посёлки, ведь люди в них тоже делают своё не менее важное для всех дело в меру своих сил и возможностей.

***

Торговля на Келлии не приносила нужного финансового результата, который удовлетворял бы все потребности в товарах народного потребления поселений на Рейте. Времени она забирала много, а в деньгах приносила мало. Нужно было расширять торговую сеть, но нанимать местных продавцов или как-то действовать официально возможности не было. Предвидение говорило, что местные как огня боялись упоминания планеты Рейта. Оно же говорило о том, что купить документы и прикинуться местным не выйдет, поскольку за подобные дела просто расстреливали. Местные боялись появления бывших сторонников императора и их потомков, поэтому нужно было осматривать новые сектора в поисках более развитых миров, с которыми можно было бы попробовать договориться.

***

Внутренне настроившись на поиск, Сполох дождался появления видения и увидел он себя на пляже, собирающим даром потерянные отдыхающими монеты и украшения.

На море он не купался уже давно, и опасности в видении не было, а это значит, что можно попробовать это вариант и посмотреть, что из этого выйдет.

Переодевшись в плавки, шорты, лёгкую рубашку и шлёпанцы, он воспользовался предоставленной видением точкой привязки и шагнул в портальное окно.

Солнце только собиралось подняться из-за горизонта, и песчаный пляж был абсолютно пуст.

Осмотревшись по сторонам, Глебу увидел метрах в двухстах поднимающуюся к высотным домам бетонную лестницу, украшенную осветительными фонарями, стилизованными под ковку.

Скинув рубашку и шорты, он зашёл в воду и, макнувшись в море, получил новое видение. Его, плывущего по воде, хватает за ноги боевой пловец, которому он явно помешал незаметно оказаться на пустом пляже.

Это уже было интересно, ведь диверсанты такого уровня появляются явно неспроста. Что-то тут намечалось, и хотелось бы узнать, что? Это во-первых. А во-вторых… На Рейте очень мало мужчин.

Улыбнувшись своим мыслям, он наложил на свои ноги руны малого хранилища и, сосредоточившись на даре воды, поплыл.

Пловец атаковал его через тридцать секунд. Стремительной тенью он подплыл к нему сзади и загремел на хранение.

Перенеся его в кольцо, Сполох нашёл на дне непромокаемый мешок диверсанта и вскоре вернулся на берег.

Мешок был непростой, в нём была одежда, документы, оружие и десять магнитных мин с часовым механизмом.

Достав паспорт, Глеб посмотрел на него. Паспорт явно был не новый, со слегка разлохмаченными углами. С фотографии смотрел обычный светловолосый, среднестатистический парень, сфотографированный в новом костюме, рубашке и галстуке, надувший грудь и старающийся выглядеть более физически развитым.

Допрос аквалангиста переносился на другое время, а сейчас нужно было покинуть пляж, мало ли на нём появится пограничный патруль или ещё что-то в этом роде.

Глава 4

Телепортировавшись на крышу многоэтажного дома, Глеб застал на ней пару сладко дрыхнувших солдат у мощного стационарного установленного бинокля. Рядом с одним из них стояла громоздкая армейская радиостанция. Оба наблюдателя были вооружены длинноствольными винтовками с оптическим прицелом, и Глеб мог побиться об заклад, что таких секретов было не меньше десяти в ближайшей округе, но его появление они все вместе дружно проспали, явно понадеявшись друг на друга.

Мешать отдыхающим он не стал. Быстро осмотрел округу и сменил