Напарник оборотня - Анастасия Деева

как он в тяжелом состоянии был доставлен в «Лечебный бор», в Челябинске встал вопрос, кто заберет к себе домой оборотня. На это дело решилась Ермолаева, но Марта сбежала от неё в санаторий, предприняв попытку проникнуть в отделение «Хирургии». Туда её не пустили, а определили в маленькое ветеринарное отделение для оборотней в зверином обличии. Это не помогло. С завидным упорством собака пыталась пробраться к Нариеву.

Назарбеков, долго беседовавший с овчаркой на ее языке, вынес неутешительный вердикт: та не желала возвращаться в свою человеческую ипостась.

Незадолго до отъезда в Набережные Челны Валерий Султанович сказал Тимуру:

— Дело не в болевых ощущениях во время обратного превращения. Мы на занятиях учились этот процесс контролировать. У Марты всё получалось, и у собаки — тоже. Тут происходит что-то другое. Я не знаю как это объяснить, но у овчарки откуда-то взялась уверенность, что тебе нужна именно — она. Не Марта-женщина, а Марта-собака. Поэтому она не дает воли человеческому «Я». Там такая блокировка стоит, что я не представляю, как это преодолеть. Как будто и не занимался я с ней почти месяц.

Это привело Тимура в замешательство.

— Что делать? Знаю, что она боится остаться одна, что не хочет возвращаться в квартиру. Но я и не собирался её оставлять.

— Ты ей об этом говорил?

— Нет. Хотел, но не успел.

— Тогда, возможно, дело в этом. Собака чувствует, что именно в этом облике ты её не бросишь.

Пообщаться с овчаркой не удалось. Как оказалось, подполковник Савушкин созвонился с Ермолаевой и попросил привезти собаку ему. Ирине Сергеевне как раз понадобилось по служебным делам в Екатеринбург, и она прихватила собаку с собой.

Нариев узнал об этом поздно, позвонил Артуру Олеговичу, чтобы выяснить, зачем увезли собаку. Оказалось, что у подполковника было обязательство перед Федотом Золотаевым заботиться об его «внучке». Узнав, что овчарка осталась без присмотра, Савушкин запаниковал, а потому принял решение, что собака должна жить у него.

Тимуру пришлось смириться. К тому же до выписки ему к тому времени оставалось всего пять дней.

Лейтенант пытался с Мартой общаться по видеосвязи, звонил ей каждый день. Точнее, не ей, а подполковнику. Тот усаживал овчарку перед сотовым телефоном или экраном компьютера. Всё это было не то. Нариев и так не блистал красноречием, а от мысли, что где-то поблизости посторонние, слова совсем застревали в его горле.

Зато он выслушивал от Марты целый набор жалостливых поскуливаний, лая и прочих характерных для собак звуков. Она словно бы пыталась ему что-то сказать, но Нариев, к сожалению, собачьего языка не понимал.

С овчаркой надо было поговорить лично, один на один.

Магическая медицина позволила лейтенанту быстро излечиться даже после того критически тяжелого состояния, к которому привела его встреча с Айрэн, но нарушить больничные правила и сорваться в Екатеринбург ему никто не позволил.

Воспоминания о вампирше заставили Тимура досадливо поморщиться

— Вроде бы мы все сделали как надо, но куча недоделок, и они мне покоя не дают. Мы челябинскую нарко-шайку прикрыли, сейчас там всё к суду идет. А Клетчатого, подельника Айрэн, убившего Светлану Поддубную, найти не смогли. Он где-то на свободе. У него есть все возможности восстановить нарколабораторию в другом месте.

Савушкин невесело усмехнулся:

— Хорошо бы, Тимур Булатович, за раз взять и всех преступников арестовать. Тогда бы мы спали спокойно. К сожалению, так не бывает. Зараза искореняется медленно. Но не переживайте… Мы уже продвинулись далеко по этому делу. Однажды доберемся и до Клетчатого. Главное, что в Челябинске и Екатеринбурге «Гибели богов» больше нет. Зато вы Айрэн остановили, пресекли её кровавый след.

Тимур покачал головой. Он всё это отлично понимал, но больше его тревожило другое.

— Одно дело сделали, а второе, про гиперборейские артефакты, висит в воздухе. Ольгу Варламову так и не сцапали. Всё на неё указывает. Вертится она вокруг да около краденых артефактов, и как скользкая рыба из рук уходит. Взять, к примеру, Винта. Потапов его допросил. Что мы знаем? Шкотов видел эту девушку в Доме Грядущих, когда что-то им там делал… Нет, она ему никаких поручений не давала… Для кого артефакты крал — тоже не знает. И не врет же!

— Грядущие незаконные дела всегда через подставных лиц проводят, так чтобы к ними самим ничего не вело — задумчиво кивнул Савушкин.

— Меня больше другое смущает. Жора, охранник ограбленного дома… Девчонка эта — Алиса Шустер из Грядущих… Они тоже не очень хорошо помнит разговоры с Ольгой. Единственное, где мы Варламову опередили на полшага — это с визитом к профессору Синицкому. Она там напрямую спалилась, что заинтересована в крязинских артефактах. Хотя я не уверен после проигранного суда, что запись её разговора с профессорами будет иметь хотя бы какое-то серьезное значение. Между тем Варламова всем причастным к делу об ограблении дома Крязина приходила и подчищала им память. Как это доказать в суде? Я после последнего заседания не очень верю в наше правосудие.

Савушкин вздохнул.

— По вопросам веры нужно обращаться в церковь. Это к Монотеистам, а не в МСБ… Знаете, Тимур, я же внимательно следил за вашим делами по сводкам от Потапова. В том числе прослушал запись разговора Варламой с профессором, которую вы в Университете сделали. Вы помните, о чём они говорили?

— Да муть там какая-то скучная про Гиперборею, гидроразрывы, поисковых духов, водяных, — быстро ответил Тимур просматривая внутренним взрывом короткую выжимку, сделанную Нейросетью при расшифровки аудиозаписи из Университета.

— Муть… — со вздохом боли и отчаянья повторил начальник областного следственного отдела. — Жаль, Марта сейчас — собака. Она бы вам объяснила, что эту «муть» в своё время разрабатывал её дедушка. Это — настоящее открытие, позволяющее рентабельно добывать золото из старых месторождений. Речь идёт о миллиардах рублей прибыли. Технология, конечно, до ума не доведена и чревата появлением карстовых провалов. Ещё во времена Советского Союза её посчитали очень опасной, но кому-то, видимо, большие деньги покоя не дают.

Тимур удивлённо посмотрел сначала на начальника, затем на собаку, которая с умной мордой наблюдала за подполковником. На секунду лейтенанту показалось, что Савушкин с общечеловеческого, перешёл на какой-то кодированный язык.

— Не вдавайтесь в суть, Тимур. Просто знайте, что этот разговор не просто многое прояснил, но и косвенно подтвердил факт попадания к Городнову краденного у Федота Золотаева старого архива, дневников и карт. Благодаря вам и Марте Максимовне, мы подняли секретные данные по исследованиям Золотаева, сравнили их со свежей информацией по известным гиперборейским артефактам.

Подполковник сделал паузу, потеребил складки над переносицей. Артур Олегович