Алые небеса. Книга 1 - Чжон Ынгволь

– С созвездием Ивы тоже беда. Было бы хорошо, если бы вы, ваше величество, воздержались от выпивки в этот год и держались поближе к королевскому врачу. Кроме того, нужно приготовиться к засухе и неурожаю из-за маловодья в Ханяне, Кэсоне и Янджу.

– Ох… Говорят, знак Белого тигра проходит через небосклон великодушно, а знак Красной птицы кажет свою зловредность. Но меня успокаивало то, что раньше она пролетала, не демонстрируя своей сущности.

– Если вы так же отнесетесь и к Демону с Ивой, они тоже покажут свою плохую сторону. Вы должны внимательно следить за разливами рек и засухой, ваше величество.

– Значит, в следующем году нас ждут и сильные засухи, и наводнения?

– Таков прогноз. Поэтому ожидается, что в Хэджу и других городах благотворная энергия земли ухудшится. С другими созвездиями все по-прежнему, так что и рассказывать больше не о чем.

В этом году обошлись без ритуалов вызова дождя. Хотя дождь и шел часто, хорошего урожая не было из-за сильной засухи в позапрошлом году. Если до посева страну ждет голодное время, это повлияет и на следующий год, и люди, которые не смогут вернуть выданное из государственных резервов зерно, будут голодать еще несколько лет. В таком случае продовольствие может и закончиться.

– Небо и вправду… сурово ко мне.

Прошло двадцать лет с тех пор, как он стал править, но Небо ни разу не дало ему хорошего урожая хотя бы на год.

– Еще рано разочаровываться. Давайте дождемся ночного неба в Чонволь тэборым[31].

Он сказал это не потому, что не мог придумать слов, которые сумели бы поддержать вана. Напротив – это и было лучшим утешением, которое мог предложить Ха Рам.

– Три дня назад военный Ким Чонсо вернулся из провинции Хамгиль, – сказал король, жестом попросив евнуха с листом бумаги подойти к астроному. – Это по поводу того, что я велел ему разведать о Камне из крови тысяч людей[32] и драконьем роге[33].

Евнух тихим голосом прочитал текст. Выслушав его, Рам лишь кивнул.

– Кажется, их и не существует вовсе.

– Я решил провести еще одно расследование. Все равно никогда не поздно разочаровываться.

Змея, поедающая людей. Человеческая кровь свертывается у нее в кишечнике и превращается в камень. Большой аист съедает змею и оставляет камень в своем гнезде. Камень из крови тысяч людей. И рога дракона.

Они решили провести расследование, потому что кто-то сообщил, что видел их на севере страны, но отчеты Ким Чонсо говорили об обратном. Ван и Ха Рам искали эти предметы, надеясь, что они помогут вылечить глаза астронома.

– Я сейчас работаю над календарем с прогнозами на ближайшие семь месяцев, – сказал Рам без какого-либо намека на разочарование. – Когда закончу, обязательно предоставлю вам один.

Календари с прогнозами были много у кого, но на семь месяцев составлялся всего в трех экземплярах: для вана, наследного принца и для Соунгвана, чтобы быть готовыми к чрезвычайным ситуациям. Ха Рам, Мансу и еще кое-кто, кто отвечал за солнечные и лунные затмения, с этих пор должны были находиться в определенном месте во дворце Кёнбоккун, изолированном от других людей из соображений секретности.

– Мне жаль об этом говорить, но после составления этого календаря я хотел бы оставить должность и немного отдохнуть. У меня есть личные дела, с которыми мне нужно разобраться…

Все новости для юноши были неутешительными: будь то смерть господина Мэна, который был для него как отец, или отсутствие лекарства от слепоты. Мало было проблем со здоровьем, так на Рама еще навалилось столько дел, что он уже был вымотан, еще до изоляции. Однако у него не было времени даже разобраться в себе.

– Просто наберись терпения до тех пор, пока Чон Инджи и Ли Сунджи не вернутся после трехлетнего траура. Было бы хорошо, будь Чончхо все еще жив, но сейчас его правда некому заменить.

– Место, где мы будем составлять новый календарь, определено?

– Да, его уже подготовили. Выйдешь, и тебя проводят.

Ха Рам поклонился, встал и сделал шаг назад. Только после того, как юноша вышел, ван взялся за голову. Камень должен существовать. Ведь если он сумеет исцелить глаза чиновника Ха, это поможет вану хотя бы немного облегчить свою вину. Его величество был разочарован последними новостями даже больше, чем сам Рам.

– Было бы замечательно хотя бы выяснить, почему это вообще произошло…

19-й год правления Седжона

(1437, год Красного Змея)

7 декабря по лунному календарю

Кан Чхунбок, сгорбившись, вошел в лавку каллиграфа. Даже в помещении, где не гулял ветер, его окоченевшие ноги давали о себе знать, поэтому он подвигал ими в попытке согреться. Несколько дней назад Чосон настигли внезапные заморозки. Все бросились на поиски дров, но в столице их уже совсем не было, поэтому Чхунбок ежедневно прочесывал весь город вдоль и поперек, невзирая на суровый ветер. Не иметь запаса дров в такие холода – проблема для каждого, но особенно остро этот вопрос стоял в художественных группах, ведь если у мастеров мерзнут руки и плечи, то они не могут быстро и качественно выполнять работу. Поэтому у «Пэк Ю» всегда было много дров, но даже этот запас рано или поздно должен был подойти к концу. А значит, нужно бы закупиться еще.

Поговаривали, что карантин на окраинах столицы собираются отменить, но это всего лишь слух, а официальных новостей до сих пор не было слышно. Говорили еще, что на горе Кванак к югу от реки Хан впопыхах начали лесозаготовку, чтобы восполнить недостаток топлива в городе. Но, учитывая сроки доставки, а также время высыхания бревен, их можно будет использовать только дней через пятнадцать. Еще пытались завезти лес из соседних с Ханяном уездов, но и там дров было недостаточно. К тому же в некоторых местах движение ограничили, чтобы избежать распространения заразы.

А еще больше слухов ходило о «щедрой руке». Незадолго до наступления холодов все дрова в столице были кем-то скуплены. Вот народ и ждал, что он пустит их в продажу прежде, чем в каждом доме кончатся собственные запасы. Ни у кого не осталось бы выбора, кроме как купить их втридорога у «щедрой руки».

Кан Чхунбок ждал, пока владелец лавки закончит разговор с посетителем. Судя по тому, что гостю выдали одеяло, чтобы укутаться, у здешнего хозяина уже закончились дрова. Он внезапно обратился к Чхунбоку:

– Эй, Кан! Это же у вас в группе есть одна хулиганка?

Без каких-либо объяснений он понял, кого имеют в виду. Но чтобы не поддерживать слухи о буйной девчонке, которая до сих пор не может выйти замуж, он сделал вид, что впервые