Колдунья по найму - Адриана Александровна Белоусова
– Но он делал это всю жизнь… С детства. Думаете, для него это будет хорошо? – засомневался Клод.
– Сложно сказать. Это будет для него новый опыт. Возможно, вам придется увлечь его чем-то другим, чтобы он чувствовал себя нужным. Вы готовы подписать документы о выписке?
– А он может остаться тут еще какое-то время? – с надеждой спросил Клод. – Если дело в деньгах, то я готов заплатить двойную ставку.
– Деньги – это, конечно, прекрасно, – вздохнув, сказал врач. – Но для меня на первом месте благополучие моего пациента, с которым я провел не один месяц. Сейчас он готов выйти из лечебного корпуса. Если затянуть время, можно потерять этот момент, понимаете?
Клод кивнул и почувствовал себя плохим братом. Он больше беспокоился за себя, чем за Верджила. Ему резко стало совестно, и под левым ребром неприятно заныло. Врач протянул ему бумаги, и Клод торопливо расписался.
Лорда проводили в комнату, где жил Верджил. Дверь открылась, и он увидел брата сидящим за столом с газетой в руках. Он был одет в домашний халат и пижамные штаны. Длинные волосы перевязаны лентой. Он был больше всех из них внешне похож на мать.
Услышав его шаги, Верджил поднял голову, и их глаза встретились.
– Вообще-то я ждал Дональда, – холодно сказал Верджил.
– Он занят, не смог приехать.
– Все как всегда, – усмехнулся Верджил. – Средний брат лучше всех.
– Собирайся, ты едешь ко мне, – сухо сказал Клод.
Верджил шутливо поклонился и отложил газету в сторону. Клод заметил, что он читал статью о новой выставке картин.
* * *
Молли снова была не рада его видеть. Она встретила Клода хмурым взглядом и, впустив в номер, скрылась в ванной. Он бросил взгляд на кровать. Там уже лежало приготовленное платье. Рядом стоял собранный чемодан. Из-под стула выглядывали грязные сапоги. Его удивило, как можно в городе так испачкать обувь? Где она так хорошо погуляла? Он снова напомнил себе, что ничего толком не знает об этой девице, и его план на самом деле не самая лучшая идея. Если бы он рисковал только своей жизнью, ладно. Но он ведет эту женщину в свой дом…
Молли вышла из ванной. Ее волосы были аккуратно уложены, на щеках горел яркий румянец. От девушки пахло малиной, словно она только что вернулась из сада, где собирала ягоды.
– Надеюсь, ты не очень спешишь, – сказала Молли, забирая с кровати платье.
– Нет, у нас в запасе три часа, – сказал Клод, усаживаясь в кресло. – Думаю, этого хватит, чтобы доехать до замка и представить тебя.
Молли вздохнула и села напротив. Пола халата соскользнула, обнажив ее колено, на котором горел синяк в окружении мелких ссадин.
– Ты уверен в своем решении? – спросила она, глядя Клоду в глаза. – Что я та, кто тебе нужен?
– Как никогда в жизни, – подавшись вперед, сказал Клод. Он взял девушку за руки. Молли вздрогнула, но рук не отняла. Ладони у нее были теплые, чуть влажные после душа. И ему вдруг до смерти захотелось прикоснуться к ним губами. Он еле удержался от этого порыва. Лицо обдало жаром, и он ощутил неловкость от того, что Молли могла это заметить. – Только я прошу тебя об одном – будь со мной честной.
– Ладно, – ответила Молли. Клоду показалось, что это слово далось ей тяжело.
– Что с твоей коленкой? – спросил Клод.
Молли поспешно прикрыла ногу халатом.
– Утром ходила гулять и упала, – хмуро сказала она. – Я бываю очень неловкой.
– Я заметил.
– С моим везением от твоего замка может камня на камне не остаться, – сказала Молли, и ее губы тронула легкая улыбка.
– Ничего. Построю новый, – ответил Клод, и ему вдруг показалось, что он и правда может все. Начать другую жизнь, найти то, что сделает его по-настоящему счастливым, почувствовать себя нужным.
– Мне нужно переодеться, – сказала Молли, кивнув на платье. Она взяла одежду и скрылась в соседней комнате. Клод подавил искушение пойти следом.
* * *
– Идем? – мягко проговорила Молли, вернувшись. На ней было темное платье с заниженной талией длиной чуть ниже колена. Черные сапожки на небольшом каблуке. На голове красная шляпка с пером. Клод поднялся и, сняв с вешалки пальто, помог ей одеться. Он вдруг понял, что ему никуда не хочется идти. Остаться здесь, сделать это место своим тайным убежищем. Проводить здесь ночи с Молли, говорить с ней о разных пустяках. Мечтать. Делать то, чего он уже не делал очень давно. Чувствовать себя живым.
– Что-то не так? – прорвался сквозь пелену его мечтаний голос Молли. Он мотнул головой. Понял, что держит девушку за плечи и не отрываясь смотрит ей в глаза. По ее встревоженности он понял, что напугал ее. Клод резко отпустил ее и кашлянул.
– Все хорошо, – сказал он. Подхватил чемодан и направился к двери. – Ничего не забыла?
– Нет, – ответила Молли и обернулась, чтобы удостовериться. – Ничего.
Она первой вышла из номера, позволив ему закрыть дверь.
* * *
Пока они ехали в машине, Клод заставил Молли повторить все, что рассказал ей о своих домочадцах. Довольно улыбнулся, удостоверившись, что она запомнила все правильно.
– Ты должна рассказывать мне обо всем, что хоть чуть-чуть покажется тебе странным или опасным.
– То есть шпионить?
– В моем доме находится убийца. Шпионаж здесь более чем уместен.
– А если убийцей окажется кто-то из твоих близких? – осторожно сказала Молли. – Что ты будешь делать тогда?
Клод и сам уже не раз задавал себе этот вопрос. Что, если Дон причастен к смерти Жуана? Или Бернард? Хватит ли у него мужества сдать их капитану Лейка и потом смотреть, как их судят и казнят? Ему хотелось верить, что он сможет поступить правильно и выдержит это испытание. Только сомнения все равно грызли его. Он не знал, почему убили Жуана. Не понимал, что могло толкнуть человека на такое преступление. Какую тайну знал садовник, что ему пришлось заплатить за нее жизнью?
– Попытаюсь понять, почему это произошло, а потом решу, – уклонился от прямого ответа Клод. – Тебе не о чем беспокоиться.
– Я не беспокоюсь, просто хочу знать, чего мне ждать, – сказала Молли. – Учитывая, что Жуана убили после того, как он рассказал тебе про Мэри, а потом убили и саму Мэри, это очень опасный человек, который ни перед чем не остановиться.
– Ты боишься?
– Нет. Если только что-то упустить или ошибиться, – призналась Молли и
