Обречённые. Дилогия - Эмили Рэй
Фитчер стреляет в меня взглядом, и сердце у меня сжимается.
43. ОДРИ
Дверь снова хлопает. Шаги. Не знаю, чего жду – спасения или приговора.
– Мама?! – вскрикиваю я, вскочив на ноги.
– Одри? Что ты тут делаешь?
– Это ты что тут делаешь?
На ней белый халат.
– В смысле, я знаю, что ты работаешь тут, но… ты и к этому причастна?!
– Ты не знаешь, что тут происходит, – качает она головой.
– И что же тут происходит? – подходит к ограждению Сара. – Почему моя дочь оказалась здесь?
Вижу во взгляде мамы страх и смущение. Ей есть чего стыдиться.
– Ну, свою то хоть выпустишь? – продолжает вампирша.
– Одри, милая, я поговорю с мистером Уэстом, как только он вернётся. Уверена, что мы решим это недоразумение.
Торн раскатисто смеётся.
– Я не могу открыть! – шипит мама. – Она под защитой магией. Да и к тому же я не одна в здании, это слишком опасно.
– У тебя дочь могла бы разнести всю психушку на щепки, если бы ты научила её пользоваться своей силой, вместо того, чтобы прятать!
– Это не твоё дело. Своих детей учи, чему хочешь, – мама отводит взгляд. – Я вернусь, как только он приедет.
Сердце медленно бухается на дно, где бы оно в итоге ни оказалось. Я буквально чувствую его падение и бесконечное разочарование.
44. КАРЕН
Всё тело жутко ноет, словно вчера я перетрудилась в тренажёрном зале. Хотя откуда мне знать, мой максимум – лёгкий бег на уроке физкультуры. Опираюсь о диван и осторожно приподнимаюсь. Я в гостиной у себя дома.
Что за…
Хватаю рядом лежащий коричневый в серую клетку плед и накидываю на себя. Я голая. Замечаю, что на лице нет очков, но я всё прекрасно вижу.
Что произошло?
Мысли наплывают волнами в обратной хронологической последовательности:
Лес. Страх. Отшатывающаяся Джейн. Боль на заднем дворе кафе. Запирание клетки. Уэст, внушающий закрыть «гостей» и забыть об этом.
Осознание, что друзья в опасности, быстро возвращает в реальность. Обернувшись, вижу испуганных родителей в проходе. Отец направляет в мою сторону ружьё.
– Папа? – в горле пересохло. – Что ты…
– Патрик… – слёзно шепчет мама, держась за его локоть.
– Даже не думай пошевелиться! – он проверяет заряженность ружья.
– Папа! – с возмущением повторяю я и закутываюсь в плед, как в полотенце после душа. – Ты же не серьёзно?!
– Вставай!
Медленно поднимаюсь. В горле ком от обиды и непонимания. Отец кивает в мою сторону. Мама начинает идти, обходя меня полукругом. Она выдвигает в центр стул. В руках верёвка.
– Что вы делаете?! – кричу я. – Это же я! Ваша дочь!
– Ты нам не дочь! – отрезает папа так грубо, что от неожиданности я пячусь назад. – Дьявольское отродье… сядь на стул, руки назад! Давай же! – дуло подпрыгивает, угрожая мне. – Мне сразу не понравилась эта идея, но Элен так хотела детей…
Сажусь и поворачиваюсь к матери, которая туго связывает мне запястья.
– Мам… – по щекам катятся слёзы.
Он меня пристрелит. Он точно меня пристрелит.
Встречаюсь со взглядом отца и последняя малейшая частичка надежды развеивается: в глазах лютая ненависть без проблеска на спасение.
– Всё будет хорошо, – шепчет мама, но выходит как-то неуверенно. – Ты навсегда останешься моей дочерью…
Непонимающе качаю головой.
– Вы что, удочерили меня?..
Вместо ответа молчание.
– Хватит с ней мусолиться, давай приступать.
Отец кладёт ружьё на стол и берёт нож: самый обычный кухонный нож, которым мы нарезаем овощи для салата или разрезаем пирог. Он еле слышно начинает произносить какую-то молитву. Или заклинание?
Он точно Ему поклоняется?!
Папа закрывает глаза и крепче сжимает рукоятку ножа. Пытаюсь встать, чтобы сбежать, но мама сзади с силой нажимает на плечи, возвращая на место. Верёвка больно впивается в запястья.
Я в западне. Собственные родители убьют меня.
Отец открывает глаза. Теперь он выглядит страшно отстранённым. Кажется, сейчас он даже не понимает, что перед ним его дочь. Продолжая шептать, он медленно подносит нож к моей шее. Холодная сталь обжигает кожу. Тёплая липкая капля стекает по шее к ключицам. Последнее, о чём думаю – что скоро встречусь с братом.
45. ДЖЕЙН
Жозель выгодно меня убить. Тогда состав её семьи не изменится, Мередит станет альфой, а Джон так и будет жить с полузакрытыми веками. Она продолжит дёргать за верёвочки, а родные будут исполнять.
Чёрта с два я сдамся без боя!
Но что конкретно делать пока вариантов нет. До здания психбольницы не добегу, куда мне тягаться в скорости с вампиром. В лесу их сбить со следа тоже не удастся, тот же оборотень вычислит на раз плюнуть. Интересно, если закричать, Сара услышит? Но если она попала в западню, то всё равно не поможет.
– Хотя, – задумчиво произносит Уэст, – мы могли бы попробовать внушить ей и посмотреть, что из этого выйдет.
Жозель тяжело вздыхает и закатывает глаза. Ей больше по нраву разделаться со мной здесь и сейчас.
– Если бы она не была внебрачной дочкой Джона.
– Так она тоже оборотень? Прекрасно! – воодушевляется мэр. – Девчонка нам вполне пригодится для работы. С кровью альфы – редкий экземпляр, – он довольно облизывает губы.
– Джейн? – тихий голос доносится позади меня.
– Леона? – ошарашенно выдаю я. – Не ходи сюда!
46. ОДРИ
Время тянется очень медленно. Открывается дверь в подвал, и нетерпение возрастает в разы. Я не уверена, что мама сможет уговорить Уэста отпустить нас или хотя бы меня. Страшно представить, как они разговаривают наедине. Есть вероятность, что он не меня выпустит, а её, как свидетеля, решит тоже убрать.
Мимо проходят двое мужчин в белых халатах. Они не удивляются, заметив нас, и это наводит на мысль, что новенькие здесь не редкость. Сидя на полу, двигаюсь ближе к решётке. Они идут мимо Хэлен и открывают следующую клетку. Заходят внутрь, вытаскивают оттуда полуживого человека и тащат дальше по коридору. Судя по комплекции, пол мужской. Я не вижу лица, но мне страшно за него.
– Что там? – спрашиваю Хэлен.
