Развод. Проданная демону - Евгения Медведская

Никак не вывернуть это против него. Я заточен в его личной тюрьме. На мне цепи — магические, высосали до крайности. Холод пробирает до костей. Сутки никто не приносил мне еды. Голод, страх, боль. Он издевается надо мной каждое мгновение, хоть его и нет рядом.

Хлопает дверь темницы.

Дариан заходит молча, опирается о стену и смотрит на меня. Просто смотрит. Ненавижу его за цветущий вид, мощную фигуру и красивую одежду. Моя в полном беспорядке.

Все, что могу сделать — встать, чтобы не смотреть снизу вверх как раб.

И еще я чувствую страх. Для мира я мертв, а мой враг имеет право убить меня. В любой момент отнять жизнь. Нет сообщников, нет хитрой Вендры, которая бы вызволила любой ценой. Однажды она уже так делала.

— Страх, — говорит Дариан. — От тебя им несет.

— Ошибаешься, — лгу я.

— Ошибки быть не может. Я знаю. И не пытайся при мне кривить душой. Это выйдет боком, отзовется жестокими страданиями, от которых не будет спасения.

Отворачиваюсь. Он прав. Мне страшно.

— Я хочу знать, когда ты магией отнял у меня Кэйри, то хоть что-то к ней чувствовал? Благодарность? Жалость? Симпатию?

— Чувствовал, — глухо подтверждаю я. — Она не может оставить сердце равнодушным.

— Верно, — говорит Дариан. — И если не остался равнодушным, почему не поступил благородно? Ты же мужчина. Как позволил Вендре обойтись так с собственной женой, пусть ты ее и не любил?

— Другого пути не было. Вендра мне выбора не оставляла.

— То есть это была ее интрига? — интересуется Дариан.

— Верно. Сам бы я Кэйри не продал. Очень уж она была хороша. Горяча в постели. Обожал проводить с ней ночи. Она позволяла мне все.

Хоть так зацеплю эту мразь. Пусть идет и устроит сучке-Кэйри сцену ревности. Пусть обожжет ее своим гневом.

— Номдар, у меня есть друг. Любит говорить, что кругом одни идиоты, — вздыхает Дариан. — Так вот, я только что убедился в его правоте. Ты — идиот.

Меня скручивает от боли под его взглядом. Даже не могу определить, когда он успел пустить в ход магию. Я вижу, что Дариан зол. Он будто бы становится выше ростом, пока я падаю от нестерпимой муки на колени. Да, я его зацепил. Терплю боль стиснув зубы.

— Знаешь, какое дело, — так же ровно говорит демон. — Ты мне лжешь, хоть я и предупреждал, что не потерплю этого. И ничего у тебя с Кэйри не было. Просто поливаешь ее грязью, пытаешься расковырять во мне ревность… Но тут ведь надо понимать, с кем ты имеешь дело. Меня не тронуло бы, что у вас, как у супругов были отношения. Важно то, что есть сейчас, а не случилось в прошлом. Но ты пытаешься меня разозлить. И сделать через меня больно Кэйри. Нет. Вся боль достанется тебе. За ложь.

Дариан оказывается рядом и касается меня.

Не могу сдержать крик. Безумный и жалкий одновременно.

— Не велика честь издеваться над закованным в цепи человеком, — хриплю я.

— Почему же? — глаза моего мучителя вспыхивают. — Я сражался с тобой и победил в честном бою. Так что могу делать, что пожелаю.

Еще один приступ боли. Чувствую такую судорогу, что хрустит сустав.

— Я не лгал… Она была моей женой…

Дариан смеется. Ненавижу этот смех — он хуже пытки. Смех того, кто владеет ситуацией, того, на чьей стороне власть.

— Я был у нее первым.

— Знаю, — бросаю я с презрением.

— Ты не понимаешь, — Дариан поднимает меня за волосы, запрокидывает голову. — Я был у нее первым после того, как купил. Именно это стало причиной моего расследования. Не что-то другое. Вы с Вендрой упустили важную деталь. Я берег Кэйри до свадьбы, хоть и был ее женихом.

Закрываю глаза, чтобы не видеть это ненавистное лицо. Злюсь до крайности. Вендра была уверена, что у них было. Она же и меня в этом убедила. Сказала, что Кэйри приехала домой с мокрыми волосами, что одежда была в беспорядке и что она явно переспала с женихом. И потом — была куча таких случаев. Кто мог подумать, что демон бережет ее невинность, когда брак решенное дело.

Если бы я только знал… Лишил бы ее этого недостатка лично. А потом отдал бы своим людям. Измена — так измена.

— Дерьмо, — выплевываю я. — Надеюсь, что ты тоже не знал, и ей мало не показалось. Вряд ли с рабыней играл в благородство.

Дариан вспыхивает и бьет меня без магии, просто кулаком. Не ожидал, что будет так тяжело. Будто бы молотком стукнул. Желание его злить пропадает тут же. Хочется взять свои слова обратно. Скулю извинения. Даже не думаю, почему он отреагировал так резко.

— Лгать мне очень плохо. Говорить неуважительно о моей невесте — очень плохо, — говорит Дариан. — Плати. Хочу послушать, как ты орешь, пока я ломаю тебя.

Невесте? Он так сказал? Собирается жениться на Кэйри? Несмотря на то, что может ей владеть, унижать, подавлять, заводить любых баб, и делать что душе угодно… он собрался жениться?

Я успеваю подумать эти вещи, а затем Дариан выставляет мне счет. Сказал платить и выбора у меня нет.

Следующие несколько минут я никогда не забуду. Крики мешают вдохнуть, боль заполняет все сознание. Ее невозможно терпеть и я в какой-то момент проваливаюсь.

В чувства приводит ведро ледяной воды. Дикий холод. Я и так замерз, а это… Не передать словами.

— Умоляю, — обращаюсь я к демону, теряя всякую волю. — Прошу тебя…

— Знаешь, — говорит Дариан. — Тебе не за что было ненавидеть Кэйри. Брак с ней давал хорошие перспективы, большой капитал. Она следила за домом, была тихой и милой. Как ты мог с ней так поступить? Не понимаю. Ты заковал жену в цепи, хоть в этом не было смысла, продержал ночь в холоде, не дав возможности согреться. Не кормил. Зачем? В жестокости должен был быть какой-то толк. За то, что она пережила по твоей вине, ты ответишь сполна. Цепи и холод всегда будут с тобой. До конца дней.

— Лучше убей меня, — хрипло отвечаю я.

Голос не слушается. Руки трясет мелкой дрожью. Вот почему здесь так холодно. Это месть за нее.

— Пока не хочу, — отвечает Дариан. — У меня другие планы. Буду играть до тех пор, пока ты интересный. В какой-то момент ломаются все. Ползают в ногах, унижаются, ведут себя как животные. Становится скучно. Предсказуемо.

— Ты чудовище, Дариан.

— Стоп-стоп. Не называй меня по имени, — демон качает пальцем у меня перед