Звезданутый Технарь 2 (СИ) - Герко Гизум

— Она ключ, Роджер. И пока этот ключ лежит в нашем трюме, мы самая интересная цель в этой части галактики. — Мири печально посмотрела на меня. — Тебе придется спуститься туда и как-то её изолировать. Завари люк, заблокируй двери, сделай что угодно, но она не должна снова проснуться и решить, что «Страннику» не хватает вентиляционных отверстий в корпусе.

Я посмотрел на индикатор реактора, который продолжал нервно подмигивать мне красным глазом.

Ситуация была хуже некуда. Мы висели посреди пустоты, в корабле, который разваливался на ходу, с инопланетным био-оружием в грузовом отсеке и искином, который вот-вот сойдет с ума от стресса. Я почувствовал, как во мне закипает странная, истерическая веселость — та самая, которая посещает висельников за секунду до того, как выбьют табуретку.

Ну что ж, Роджер Форк, ты хотел приключений? Ты хотел исследовать неизведанное?

Получай, распишись и попробуй при этом не сдохнуть.

— Мири, готовь инструменты. И поищи в архивах, как правильно сваривать титановые переборки в условиях нехватки кислорода и избытка паники. — я решительно встал из кресла, чувствуя, как в теле просыпается упрямая злость. — Мы не сдохнем сегодня. По крайней мере, не из-за какой-то фиолетовой девчонки и пары сгоревших предохранителей.

— Вот это мой капитан! — Мири на мгновение вспыхнула ярче. — Иди, Роджер. А я пока попробую убедить реактор, что взрываться сейчас, это вышло из моды в прошлом столетии.

Я направился к выходу с мостика, уже ужасаясь от объема работ, которые мне предстояли. Впереди были часы, а может и дни, тяжелого, грязного ремонта в одиночестве, прерываемого лишь едкими комментариями Мири. Но где-то в глубине души я уже знал, что этот полет станет легендарным — если, конечно, останется хоть кто-то, кто сможет рассказать эту историю в баре на Вавилоне. Главное сейчас — запереть нашу красавицу покрепче, пока она не решила, что мой корабль — это отличный материал для её следующего энергетического перфоманса.

Несколько часов спустя, я ввалился на мостик «Странника», чувствуя себя так, будто меня пропустили через центрифугу для обогащения урана, а потом забыли выключить. Вся приборная панель сияла так ярко, что я на мгновение заподозрил, будто мы случайно припарковались внутри сверхновой, но нет — это просто все системы разом решили объявить забастовку и выйти на пенсию. Красные индикаторы мигали в такт моей пульсирующей головной боли, а главный экран периодически выдавал надпись «Критическая утечка энергии», сопровождая её издевательски жизнерадостным писком.

Мой верный корабль все еще больше напоминал ведро с болтами, чем гордость космического флота, о которой я мечтал в Академии. Каждая лампочка, каждый тумблер требовали внимания, любви и, желательно, новой запчасти, которую в этой части галактики можно было достать только ценой собственной почки. Я начал быстро щелкать переключателями, пытаясь изолировать поврежденные сектора, пока мы не превратились в очень дорогое облако ионизированного газа.

— Роджер, плохие новости. Наша «гостья» в трюме начинает проявлять признаки жизни, — Мири вывела на боковой экран пульсирующую кривую. — И судя по частоте её мозговых волн, она сейчас не в духе. Мягко говоря.

— Черт, только этого мне не хватало для полного счастья! — я вскочил, едва не запутавшись в собственных ногах. — Нам нужно запереть её так, чтобы даже Халк не выбрался.

Я схватил свой тяжелый плазменный резак и рванул обратно к переходу в грузовой отсек, на ходу прикидывая шансы на выживание.

В трюме царил такой погром, будто здесь проводили чемпионат по метанию тяжелых контейнеров среди разъяренных ранкоров. Моя прекрасная фиолетовая незнакомка лежала в центре этого хаоса, но я знал, что это лишь затишье перед бурей, которая разнесет «Странник» в щепки. Я схватил пульт автоматического погрузчика «Вилли-4», который пах старым маслом и надежностью, и на максимальной скорости направил его к дверям шлюза.

— Давай, старина, не подведи меня сейчас, — пробормотал я, загоняя массивные вилы погрузчика прямо в пазы внешней переборки.

Гидравлика взвыла, но тяжелая машина плотно прижалась к двери, блокируя её надежнее любого электронного замка. Для верности я выскочил из кабины и активировал горелку резака, направляя ослепительно голубой луч на стыки металла.

Искры полетели во все стороны, обжигая пальцы.

— Спи спокойно, дорогая, — прошептал я, заканчивая накладывать грубый, но мощный сварочный шов по всему периметру люка. — Без обид, но твои фокусы с электричеством мне сегодня уже поперек горла стоят.

Закончив с «дверью», я на мгновение прислонился к горячему металлу погрузчика, пытаясь унять дрожь в руках. Эта девчонка не просто сломала пару замков — она вырвала с мясом бронированные панели, которые должны были выдерживать прямое попадание из ручного бластера. То, что я разбудил на борту, явно не было обычной инопланетянкой, попавшей в беду, это было нечто гораздо более опасное и совершенное.

Внезапно в коридорах стало ощутимо холоднее, а изо рта вырвалось облачко пара.

— Мири, какого дьявола? У нас что, включился режим криогенной заморозки для экипажа? — я обхватил себя руками, чувствуя, как мороз забирается под комбинезон.

— Роджер, система жизнеобеспечения барахлит, — голос Мири теперь звучал глухо, словно из глубокого колодца. — Помнишь те магистрали, которые ты «временно» починил синей изолентой на прошлой неделе? Так вот, они официально подали в отставку.

— Проклятье, я знал, что этот мануал от «Чиним Вместе» от Николая Крюкова мне врет! — я выругался и бросился к техническому люку в полу.

Я рванул крышку, и в лицо мне ударил запах озона и хладагента, от которого заслезились глаза.

Под полом кипело настоящее варево из поврежденных проводов и лопнувших трубок, которые извивались, словно раненые змеи в гнезде. Я лихорадочно начал искать главный вентиль подачи тепла, вспоминая схему, которую изучал еще на первом курсе, когда верил, что космос — это романтика и звезды. На деле же космос оказался грязной работой в тесных переборках корабля, где ты вечно воюешь с энтропией и жадностью производителей запчастей.

— Роджер, посмотри на монитор, я вывела данные со сканеров трюма, — Мири заставила мой питбой вспыхнуть картинкой.

Я замер, глядя на то, как стальные панели обшивки были скручены в спираль.

Это не было делом рук человека или даже самого сильного экзоскелета — металл выглядел так, будто его разорвали изнутри какой-то неведомой силой. Медные кабели толщиной в мою руку были перекушены чисто, словно ножницами, а на бронеплитах остались глубокие вмятины, подозрительно напоминающие отпечатки ладоней. Холодок пробежал у меня по спине, и на этот раз виновата была вовсе не сломанная система отопления.

— Она же… она же просто девочка, — неуверенно произнес я, пытаясь соединить два разорванных контакта.

— Эта «девочка» обладает физической силой армейского киборга последнего поколения, — Мири не давала мне расслабиться. — И судя по тому, как она подключилась к моей сети, её мозги, это квантовый процессор, заточенный под взлом всего, что имеет ток.

Я соединил провода, и меня тряхнуло разрядом так, что зубы клацнули.

— Ау! Черт возьми, «Странник», полегче на поворотах! — я сердито посмотрел на искрящийся узел. — Мири, ты можешь хотя бы не поджаривать своего капитана, пока он тебя спасает?

— Мне показалось, тебе нужна встряска, Роджер, — съязвила искин. — Давай быстрее, у нас температура в жилом блоке уже упала до пяти градусов.

Я наложил временную заплатку из куска термопластика и затянул её хомутами, надеясь на чудо и честное слово инженеров-проектировщиков.

Вместо того чтобы найти на свалке Сола сундук с золотыми кредитами или хотя бы работающий варпдвигатель, я выкопал себе персональную проблему фиолетового цвета. Я мечтал о спокойных исследовательских рейсах, о белых палубах крейсеров и уважительных кивках подчиненных, а в итоге сижу в луже хладагента и воюю с проводами. Живое оружие в грузовом отсеке — это явно не то, что обещал рекламный буклет Академии Пилотов в разделе «Увлекательная карьера».