Изгой рода Орловых. Маг стихий - Данил Коган
— Мне нужна более подробная ваша консультация, но частным порядком. Это возможно?
— Конечно. Сразу после окончания процедуры у меня будет полчаса, которые я смогу посвятить беседе с вами, Алексей Григорьевич.
Я кивнул и остался обтекать на стульчике, больше не слушая, о чём идёт речь в зале. Нет, такой подставы от барона я не ожидал. Я думал, речь пойдёт о какой-то мелочёвке, денежной награде за спасение из-под колёс машины. Но не о передаче титула да ещё на таких условиях. Понятно, почему Ксения на меня смотрит, как солдат земской дивизии на платяную вошь. Надо, конечно, отказываться от столь щедрого предложения, но сперва хотелось бы понять, что будет с девчонкой.
Этот вопрос я и задал нотариусу первым, когда мы остались вдвоём в его кабинете.
— Если вы откажетесь от наследства? Вы действительно хотите отказаться от наследственного титула, Алексей Григорьевич?
— Вы же знаете, что получение такого титула закроет мне дорогу в боярское сословие. Так что я не уверен, что титул мне так уж нужен. И он уж точно не нужен мне на таких условиях.
— Вас не устраивает перемена фамилии? Возьмите когномен. Удел станет называться Пустоваловским. Фамилия останется без изменений.
— Нет, конечно! При чём здесь фамилия, господин Венедиктов. Эта дикая история с обязательной женитьбой. Мы что, внезапно в девятнадцатый век перенеслись? Такое условие вообще законно?
— Конечно! Это я консультировал барона при составлении последней воли. Уверяю вас, всё было проделано — комар носу не подточит. И, конечно, следовало воле самого барона.
— Ксения может как-то оспорить эту ерунду? Меня интересует, достанется ли ей хоть что-то из наследия предков, когда я откажусь?
— Вы же всё слышали, Алексей Григорьевич. Я очень сочувствую Ксении Николаевне, но ей не достанется ничего, кроме выделенной жилплощади от государства и крохотного пенсиона. Квартира, скорее всего, будет даже не в полисе, а в уделе, в социальном найме, до конца её жизни. Но здесь как решат государевы чиновники.
— Я же не обязан дать ответ прямо сейчас?
— Нет, конечно. По процедуре передача имущества и окончательное решение вопросов по наследству может длиться до полугода. Этот срок ввели на случай появления неизвестных завещателю родственников первой линии наследования. Но даже если они появятся, они не могут оспорить завещание. У барона точно не было таковых, рождённых в законном браке. В данном случае, как я и сказал, завещание не может быть пересмотрено.
Глава 9
Прощаться надо вовремя
Ну барон, ну удружил! Добираясь до «двенашки», я крутил в голове эту ситуацию с наследством и так, и эдак, и не находил достойного выхода из неё. Ксению было жалко: барон в очередной раз поступил с ней по-скотски. Ещё и меня в это впутал. Фиктивный брак с быстрым разводом я, как разумный вариант, даже рассматривать не стал. Во-первых, такое мелкое жульничество мне как-то претило. Во-вторых, Коллегия Контроля бдит. Раз уж вцепились в дело — не отпустят. Очевидно, что местные чиновники ищут возможность оспорить законность завещания и при малейшем нарушении условий будут пытаться отменить передачу. Титул и надел на дороге не валяются. Контрольщики следили за такими вещами довольно пристально.
В любом случае с девушкой нужно переговорить. Нотариус заверил меня, что как душеприказчик проследит, чтобы её никуда не выселили из квартиры барона и чтобы содержание «на хозяйство», которое выделялось, пока имущество не перешло к новому собственнику, было достойным. И что Ксении в «переходный период» не придётся испытывать нужду. Ему не было никакого смысла меня обманывать, да и, кажется, Венедиктов сочувствовал Ксении чисто по-человечески. Так что я перестал размышлять на тему подлянки, устроенной бароном, тем более что такси уже доехало до «двенашки».
* * *
Орин на этот раз решил почтить нас, простых смертных, своим присутствием, а не устроить очередную видеоконференцию. Удивительно, как он со своей ленью и любовью к комфорту вообще из дома выходит. На сей раз он был в мундире с петлицами классного чина. И правда, на два чина сразу прыгнул. В «нашей» каморке собрались обе группы, участвовавшие в выходе, и парочка местных офицеров, а также приехавший с Волковым ещё один представитель Управления.
— Приветствую, господа, — начал Орин. — Подведём итоги операции. Сначала я предлагаю произвести разбор действий обеих групп. Затем вас хотели поздравить и наградить от имени Управления — мой коллега здесь за этим.
Он кивнул в сторону офицера, приехавшего вместе с ним. Ну понятно: победа над колдуном не так ценится, как уничтожение монстра «пятёрки». Второй раз удостоиться похвалы лично от Громова не выйдет. Не очень-то и хотелось.
Дальше Орин устроил для нас подробнейший «разбор полётов». Главный вывод — мы плохо подготовились к встрече с представителями Орды, но теперь хотя бы примерно понятно, чего от них ожидать. Решение Рудницкого атаковать противника неизвестной силы Орин деликатно назвал «рискованным». Впрочем, победителей не судят — это было ясно по его тону.
Я попросил Кая фиксировать происходящее, затем сделаю выжимку выводов: Орин говорил довольно дельные вещи и называл конкретные модели оборудования, которые нам могли бы пригодиться. Я слушал вполуха — всё думал, как бы половчее объявить группе о своём уходе. Заявление я заполнил прямо во время этого разговора в своём служебном профиле. Посмотрел на документ и, недолго думая, нажал «отправить». Нечего тянуть. Отработать какое-то время я ещё должен, но у меня отпуск для получения ранга стихийника. Так что сразу по выходу из отпуска меня и уволят.
Надо организовывать свою команду. Я теперь уверен, что смогу руководить собственной группой. Я, конечно, не стал профессиональным ликвидатором, но мне это и не нужно. Профессионалы должны быть в команде в первую очередь. Мне для принятия правильных решений достаточно и того опыта, который я уже получил.
— Операция была проведена не без некоторых огрехов, но результаты, как мы видим, более чем удовлетворительные. Надеюсь, мой анализ поможет вам в несении дальнейшей службы, —
