Кормление - Энтони Райан
Последовало молчание, Лейла перебирала в уме все, что слышала о Кормщиках, и понимала, что многое из этого обрывочно и неверно. По словам Таксо, это не просто больные люди, превратившиеся в дикарей. Они вообще не люди.
К ее удивлению, молчание нарушил Питт. — Они быстрее нас, — сказал он Стэйву. — И сильнее. И умнее. Некоторые из них, во всяком случае. Так как же нам их убить? В Символе веры сказано, что мы можем, верно?
Линия губ Стэйва на мгновение сложилась в изгиб. — Тогда, полагаю, настало время для второго урока.
Стэйв отвел их обратно в лес. Огороженный участок находился дальше от деревни. Забор образовывал П-образное ограждение, один конец которого был заставлен бочками с маслом и мешками с песком. Перед ними стоял ряд из трех деревянных мишеней. По форме и окраске они примерно соответствовали трем типам кормщиков.
— Забудьте все, что вы слышали о том, что солнечный свет превращает их в пыль, — сказал им Стейв. — Это не так. Им это не нравится, но они могут это пережить. Мы не знаем точно, почему они активны в основном ночью, возможно, это связано с их ночной физиологией. Они также не бегут от религиозной иконографии и не нуждаются в приглашении, чтобы войти в ваш дом.
— Что значит иконография? — шепотом спросил Питт у Лейлы.
Ей не понравилось предположение, прозвучавшее в его вопросе. Думает, что я должна ему помогать, раз мы в одной команде. Однако короткое раздраженное размышление заставило ее прийти к выводу, что он прав. Не желая навлекать на себя гнев Стейва, она начертила каблуком туфли крестообразную фигуру в грязи.
— О, — пробормотал Питт. — Точно.
— Чеснок тоже ничего не делает, — продолжил Стейв. — Или святая вода, или воткнуть деревяшку в сердце. Они истекают кровью, как и мы. Достаточно нанести урон, и они умирают. Как и мы. — Он сделал паузу, чтобы поднять предметы, которые держал в каждой руке. В правой было нечто, напоминающее то ли увеличенный пистолет, то ли миниатюрный дробовик. В другой — небольшой цилиндрический предмет, который, по мнению Лейлы, был чем-то вроде пули.
— В одном старые истории правы, — сказал Стейв. — Они очень не любят серебро. Или, точнее, зыбучее серебро, более известное как ртуть. Для человека она ядовита в жидком виде в достаточном количестве. Для кормщиков достаточно щепотки, чтобы убить их. Здесь... - он подбросил пулю в воздух и поймал ее, — смесь стандартного черного пороха, стальных дробинок и фульмината ртути. Одного выстрела достаточно, чтобы свалить любого кормщика, и это удача, потому что эта... - он нажал на защелку на прикладе пистолетоподобного оружия, открывая отверстие, а затем вставляя гранату, — стреляет только одним патроном. Мы называем его бластером, потому что это именно то, что он делает. — Он захлопнул ствол и указал на Питта. — Ты первый, раз уж ты так стремишься.
Питт встал так, чтобы его ноги находились на одной линии с плечами, обеими руками взялся за изогнутую рукоятку бластера и направил его на цель, изображающую гамму. — Зафиксируй локти, — сказал ему Стейв. — У него мощный удар. Целься в центральную часть мишени. Курок тяжелый, поэтому оружие не выстрелит, если ты его уронишь, так что взводи его посильнее. — Он отступил назад, заложив пальцы в уши. Увидев, что Эйлса и Ромер сделали то же самое, Лейла быстро последовала его примеру.
— Огонь по готовности, — сказал Стэйв.
Жилистые руки Питта напряглись, когда он надавил на курок. Отдача заставила его сделать шаг назад, и оружие едва не вырвалось из рук. Бластер выдохнул значительный шлейф дыма и издал плоский гул, от которого у Лейлы заложило уши, несмотря на пальцы. Однако его выстрел пришелся точно в цель. От деревянного кормщика полетели щепки, а гранаты уничтожили большую часть его приземистой, рычащей фигуры. Через полсекунды появились искры пламени и черное обугливание. Оно быстро разгорелось и горело ярко, пока Эйлса не погасила его ведром воды.
— Единственное, что привлекает кормщиков больше, чем запах крови, — это выстрел, — продолжал Стэйв, забирая у Питта оружие. — Звери отступают от громких звуков. Кормщики не отступают, потому что знают, что мы, скорее всего, сделали это. — Дальность действия бластера — тридцать футов. Все, что дальше, — пустая трата патронов. Итак, правила ведения боя таковы: стрелять только если придется, не промахиваться и не болтаться без дела. Во внешнем мире вас убьют две вещи: любопытство и нерешительность. Мы отправляемся туда не для того, чтобы осматривать достопримечательности. Мы также не собираемся устраивать там выбраковку. Это уже пробовали, и ничего не вышло. Это... - он снова открыл ствол бластера, — лишь крайняя мера. В Кредо «беги, пока не сражаешься» уступает только «оставайся на Свету. — Это не случайно. Хорошо. — Он повернулся, устремив взгляд на Лейлу. — Ты следующая.
— Разве я не могу больше тренироваться? — спросил Питт. Вопрос вызвал смех у двух ветеранов и укоризненный взгляд у Стейва.
— Они не растут на деревьях, молодой человек. — Он вставил в бластер еще одну гранату. — Один выстрел — и все. Как во Внешнем мире.
10
Толпа, собравшаяся на стене, чтобы проводить их, была большой, но притихшей. Стэйв заставил их встать с постели и собраться задолго до рассвета. После стрельбища они провели день под интенсивным обучением его и пары ветеранов. Информации было много, и Лейла знала, что ей повезет, если она запомнит хотя бы половину из нее. — Двигайтесь днем. Ночью спите. Не поддавайтесь искушению отправиться в путь, пока не стало совсем светло. Избегайте машин, в них гнездятся кормщики. Никогда не спускайтесь под землю без крайней необходимости, а перед этим всегда меняйте батарейки в фонарике. Не доверяйте уличным и дорожным указателям. Известно, что альфы их изменяют....
Помимо предостерегающих диатриб, были и уроки по сигналам, которые подавали Крестовые, когда им нужно было замолчать. Их было всего шесть, и Лейла легко их запомнила. Приложенный к губам палец означал тишину. Поднятый кулак означал «стоп. — Растопыренные пальцы означали, что кормщики в поле зрения. Поднятый вверх большой палец означал «все чисто. — Махнуть рукой — значит бежать. Палец на шее означал угрозу убийства.
Осмотрев рюкзак, который ей выдали в деревне, Лейла обнаружила три однолитровые фляги с водой и пайки на четыре дня,
