Изгой рода Орловых. Маг стихий - Данил Коган
Заодно мы прошли в гараж, пристройку справа от особняка. В гараже нас ждал сюрприз — небольшой грузовичок, который оказался на ходу. Почему его не конфисковали, я без понятия, но приобретение вполне полезное. Гараж оказался просторным, места там было еще на несколько машин. Броневик влезет точно, как сказал Ветер. Также мы порадовались наличию инструмента и кран-балки под потолком с целым мотором.
На втором и третьем этаже можно было разместить полк. Ну, несколько команд так точно. Плюсом была сохранившаяся мебель и обстановка. Минусом — второй этаж был бандитами изрядно засран. Я добавил Каю задачу нанять организацию для капитальной уборки помещений.
Коммуникации не работали, но в коммунальной службе района, услышав мою фамилию, обещали все подключить и проверить в ближайшие часы. Кажется, Соколовы меня поставили в список приоритетных для обслуживания лиц. Ну или конкретный Соколов.
Когда я высказал мысль потрясти Волкова на предмет личных дел членов команды, Ветер, усмехнувшись, возразил:
— У этого итальяшки, или кто он там, ты снега зимой не выпросишь. Снаружи-то он мягкий, но на самом деле кремень мужик-на. Личные дела по нашим я тебе скину. Уберу только служебную информацию управления. Ну и на Серну со Свирелью достану, не проблема. Все будет.
И добавил, мы как раз спускались с третьего этажа:
— Слушай, я думал, хуже будет. А здесь реально жить можно, еще и шикарное все такое. Жена, конечно, сперва охренеет, а потом поедом меня будет есть, чтобы у нас тоже такое было, только свое, вот помяни мое слово, Боярин. И это я не про сам домину, а про мебеля и посуду. Что сохранилось, богатое такое, — он вздохнул.
Я видел его квартирку на третьем и понимал, о чем он. Комната с коврами на стенах, которая спальня и гостиная, и кабинет, и все остальное, и крохотная кухня. Здесь же даже кладовки были больше по размерам и обладали лучшим интерьером. В глобальном смысле я с социальным неравенством и бедностью безродных ничего сделать не мог. А вот улучшить жизнь своих людей я был в состоянии. И сегодня еще раз убедился в том, что это делать необходимо.
Внизу мы встретили Кабана, который уже притащился на место с двумя здоровенными баулами.
— Серег, а ты здесь чего? — спросил Ветер. — Вроде на завтра договаривались. Или так не терпится на четвертый перебраться?
Кабан вздохнул и покрутил головой на могучей шее.
— Тут сторож на сегодня нужен будет. Небось, работы-то скоро начнутся. А остальные ребята только с завтра подтянутся. А кто ночью присмотрит? — и добавил, произнося самую длинную речь дня: — Куды сумки бросить можно?
Мы показали ему комнату на втором, которую он прокомментировал: «Как есть хоромы барские», после чего закинул внутрь баулы и пошел смотреть: «Чего здесь поделать можно».
Вторыми прибыли коммунальщики, мы оставили их на Кабана и разъехались по домам.
Примерно через час мне отзвонились специалисты по установке охранной системы с вопросом, что за странный мужик пытается не пустить их на территорию. Я урегулировал и этот вопрос. Затем это еще раз повторилось с уборщиками, которые прибыли целой бригадой в десять человек. В общем, день у меня выдался насыщенный.
Вечером мне удалось поймать окошко в тренировочном зале и попрактиковаться в фазовом прыжке. Я добился уверенной секунды для активации и на выходе из прыжка практически сразу мог действовать, особенно если до нее разогнать прану по телу. С дальностью и точностью все еще оставались проблемы, как и с потреблением праны, но потихоньку дело двигалось. Способность по-прежнему жрала прану как не в себя, что являлось основным препятствием для тренировок.
Завтра, кстати, устрою своим ребятам смотр способностей. Сомневаюсь, что они занимаются каждый день, как и я. Но мы теперь это исправим. Вообще с развитием способностей в конторе ликвидаторов дело обстояло практически никак. Не было ни регулярных занятий, ни толковых инструкторов. За счет своего личного времени можно было мотаться в специальный тренировочный центр Управления, где тренировали спецназ, но мало кто мог себе это позволить или заморачивался.
После тренировки я сел разбирать сообщения, которыми меня засыпали охранные и строительные компании, затем плюнул на это дело и попросил Кая просто вежливо всех послать подальше. Кажется, мой помощник перестарался и сделал рассылку по половине предприятий полиса.
Из горы сообщений я выловил записку от Марии с приглашением. Да и призадумался. Нет, поехать-то я, естественно, поехал.
Но вот по приезду вывалил на нее все новости дня.
— Так что, сама видишь, дорогая. На казенной квартире тебе оставаться опасно. Мы, конечно, наши отношения не афишируем, но узнать про них труда не составит. Мне будет намного спокойнее, если ты снова переедешь ко мне, — закончил я свой рассказ.
— Хм. Орлов! — Истомина уперла руки в бока, но тут же сдулась. — А, впрочем, ты, кажется, прав. Наверное, снова придется сидеть как птица в клетке и питаться теми крохами, которые соизволит скинуть с барского стола Игорь. — она как-то сразу повеселела. — Решено. Наступлю на горло собственной песне. Завтра перед завтраком и вернусь! Ладно, дружок. Рассказывай уже все. Что такое ты упер из башни, что за тобой гоняется маньяк-потрошитель.
— Эй! Чего это сразу за мной! Что за наветы и неправды? Я ничего не брал. Это не я!
— Давай колись, злодей! — в меня прилетела подушка.
— Это довольно долгая история, Мари. Ты правда хочешь, чтобы я начал рассказывать?
— Хочу, хочу. Не увиливай. На работе меня не скоро восстановят, а мозги мне чем-то занять нужно. Давайте, свидетель. Начинайте уже давать пояснения.
Я глубоко вздохнул и начал обстоятельный рассказ, аж с момента «происшествия на рыбной ферме» и захваченного нами мутагена. Мои надежды, что моя занудная манера изложения и не очень интересная тема быстро Истоминой приестся, оказались напрасными. Маша слушала внимательно, задавала точные и своевременные вопросы.
В конце она пообещала:
— Я все записала, завтра в служебной программе попробую связи построить. Очень много переменных и внешне не связанных событий. Хотя интуиция говорит мне, что на самом
