Касаясь пустоты: Черная Птица - Джон Олдман
Сказано это было без пафоса. Почти буднично.
— Большая перестрелка. Фракции что-то не поделили. Площадь перед административным блоком залило кровью. Тело оставили прямо там. Открыто. Как послание.
Она провела пальцем по краю стакана.
— Я тогда работала с технической бригадой рядом с медблоком. Мы вытаскивали тех, кого ещё можно было вылечить. Я проходила мимо. Видела тебя близко.
Я молчал.
— В тебе были дыры. Много. Но крови почти не было. — Она на секунду прищурилась, будто возвращаясь туда. — Внутри были жгуты. Металл. Не импланты — глубже.
Каэла пересказывала городские легенды — или я действительно унаследовал чужой конфликт с криминальным миром Каллисто? Я попытался вспомнить лог воскрешений, но там были только даты. Без локаций. Как будто кто-то специально оставил мне календарь, но вырвал карту.
— Ты ведь не совсем человек, да?
Я не ответил.
Она кивнула, словно и не ожидала и продолижила.
— Через неделю возле Каллисто появился корабль. Очень похожий на тот, что только что пришвартовался к Фарпосту. Длинный, с термоядерными двигателями спаркой.
Она наконец подняла на меня взгляд.
— В тот же день администратора нашего купола нашли без головы. В его кабинете. Дверь заперта изнутри. Камеры ослепли на три минуты. Охрана ничего не видела.
Татуировки на её шее мягко вспыхнули и погасли.
Она чуть наклонилась ко мне.
— Я не знаю, кто ты. Тот же самый или просто похожий. Но лицо — почти то же. —Она помедлила —Взгляд может быть другой.
Её голос стал тише.
Потом коснулась пальцами шеи.
Там, на тонком шнурке, висела небольшая стеклянная бусина — прозрачная, с едва заметным тёмным вихрем внутри. Когда она двинулась, бусина поймала свет и на секунду стала почти чёрной.
— И если ты действительно тот мертвец с площади… то я либо делаю очень глупую ставку, либо очень удачную.
Её пальцы задержались на бусине.
— Но Пустота редко ошибается.
Я не стал спрашивать, что она имеет в виду.
Она слегка усмехнулась.
— Пустота нас свела здесь вместе.
Сказано это было без фанатизма. Без торжественности. Как констатация факта. Как если бы она сказала: “орбиты пересеклись”.
Она отпустила бусину.
— И если это знак, то я не из тех, кто его игнорирует.
Она наклонилась чуть ближе, понизив голос.
— Если капитан заказывает текилу и пьёт один — значит, он набирает экипаж.
Я посмотрел на свой стакан. Потом — на неё.
— Я не нанимаю экипаж.
Она улыбнулась. На этот раз шире.
— Все так говорят.
Несколько секунд мы просто сидели молча. В этом молчании не было неловкости — только ожидание. Я вдруг поймал себя на мысли, что не помню, зачем вообще сел в этот ресторан. И что разговор с ней ощущается… правильно. Как будто эта встреча была неизбежной, независимо от моих решений.
— Допустим, — сказал я наконец, — но я не тот, за кого ты меня принимаешь.
— Допустим, — легко согласилась Каэла. — Тогда ты просто случайно выбрал текилу. А я просто случайно села рядом.
Она подняла стакан.
— За случайности, Алекс.
Я коснулся её стакана своим.
Она снова посмотрела на меня — на этот раз уже без легенд и полунамёков. Взгляд стал профессиональным, собранным.
— Ты с корабля ОПЗ, — сказала она.
Я не стал отвечать.
— Недавно пришвартовался, — продолжила Каэла, словно уточняя данные вслух. — Военный корпус. Старой сборки. Луна или земные верфи.
Она прищурилась.
— Слушай… а может, ты с Земли?
— Нет.
Это было правдой. Если отбросить прошлое Блейка, моим домом и местом рождения был сам корабль. Металлический каркас, переборки, шум систем жизнеобеспечения.
Она чуть склонила голову, будто мысленно прокручивала заход.
— Тормозил одним двигателем, судя по факелу. Правым. Левый либо в холодном резерве, либо мёртв.
Она сделала глоток и кивнула куда-то в сторону иллюминатора.
— И левый борт побит. Керамика выгорела. Такое бывает после близкого боя или ядерного взрыва.
Я не ответил.
— Угадала? — спросила она без нажима.
— Местами, — сказал я.
Она усмехнулась.
— Тебе нужен Инженер, — ответила она просто. — И серьёзный ремонт.
Я усмехнулся.
— Корабль на ходу. Я и сам неплохо управляюсь.
— Конечно, — кивнула она. — Поэтому ты заправляешься на Фарпосте, а не летишь дальше.
— Ты слишком много знаешь для случайной встречи, — сказал я.
— А ты слишком спокоен для человека, у которого корабль разваливается — парировала она.
Я не ответил. Каэла достала планшетку и взмахом руки отправила мне файл резюме.
Имя: Каэла Норр
Происхождение: Каллисто
Специализация: корабельные системы, силовые установки, термоядерные контуры, корпусные работы
Опыт: 9 лет внепланетных рейсов, внешний рубеж
Допуск: гражданский, расширенный
— Ты навязываешься, — сказал я.
— Да, — без тени смущения согласилась она. — Потому что ты мне подходишь.
— С чего ты взяла?
— Потому что ты не стал спорить с фактами, — ответила она. — И потому что твой корабль ещё жив, несмотря на всё, что с ним сделали.
Она чуть склонила голову, и татуировки на шее мягко вспыхнули.
— Ну и потом я всегда хотела служить на «Летучем голландце».
Я не понял.
— На чём?
Она усмехнулась.
— Корабль-призрак. С бессмертным капитаном. Летает чёрт знает где, возвращается, когда все уже похоронили. Романтика.
— А ты не боишься работать с человеком с такой репутацией?
— Бояться чего? — она пожала плечами. — Что меня убьют? Это космос. Здесь убивают и без легенд.
Она допила текилу и поставила стакан аккуратно, почти церемониально.
— У тебя есть BTI. У тебя есть побитый, но крутой корабль. И ты явно не идиот. Я инженер с пустым кошельком, застрявшая на самой дальней станции, какую только можно найти.
Пауза.
— С точки зрения математики, риск выглядит приемлемым.
Она посмотрела прямо в глаза.
— Даже если ты действительно призрак.
Я пролистал резюме до конца. Опыт у неё был внушительный, но она достаточно часто меняла корабли.
— Почему ты ушла с корабля на Фарпосте?
На этот раз она не ответила сразу.
Каэла отвернулась, глядя в изгиб жилого кольца, где за прозрачным стеклом медленно шли люди. Кинетические татуировки на её шее слабо вспыхнули и погасли.
— Личные обстоятельства, — сказала она наконец.
Я ждал продолжения, но его не было.
— Фарпост — заправочная база, — добавила она уже спокойнее. — Работы
