Дорога охотника - Ян Ли

Вариант третий: увести их в ловушку. Довести до какого-нибудь опасного места, устроить им сюрприз.

Третий вариант нравился больше всего.

Я знал этот лес. Знал, где живут твари похуже гоблинов. Знал, где можно устроить засаду, откуда нет выхода.

Они хотели использовать меня как инструмент? Что ж. Посмотрим, кто тут инструмент.

Утром мы продолжили путь.

Я вёл их — но уже не к гоблинскому логову. Нет. Туда, где две недели назад я видел следы чего-то огромного. Туда, где сломанные деревья и кости размером с моё бедро.

Торвин ничего не подозревал. Шёл рядом, болтал о том, как они будут делить добычу. Сколько добычи в гоблинском логове, сколько рабов для продажи. Вопрос самок, кстати, не поднимался.

— Скоро, — сказал я, когда мы приблизились к опасной зоне. — За этим холмом.

Торвин кивнул, жестом приказал группе рассредоточиться. Лучник взял лук наизготовку, копейщики выставили оружие. Шаман начал бормотать что-то — видимо, готовил заклинание.

Я шёл первым, ориентируясь на навык. Только, в отличие от обычного, адекватного использования, шёл туда, куда идти не стоило. И пришёл.

— Что там? — спросил Торвин, поднимаясь следом.

— Смотри сам.

Внизу, в ложбине, лежала туша. Огромная, размером с автобус. Чешуйчатая, шестиногая, с головой как у крокодила.

Мёртвая.

— Виверна, — выдохнул лучник. — Дохлая виверна.

— Кто её убил? — Торвин побледнел.

— Не знаю, — честно ответил я. — Но что бы это ни было — оно где-то рядом.

И в этот момент охотничий инстинкт, и так крайне неспокойный, просто взвыл.

Что-то приближалось. Быстро. Очень быстро.

— Бежим! — заорал я и рванул в сторону.

Они не успели среагировать.

Из зарослей выломилось ЭТО.

Я не знал, как оно называется. Идентификация не работала — слишком далеко, слишком быстро… и, скорее всего, слишком высокий уровень. Но я видел: четыре метра в холке, шерсть как металлические иглы, пасть размером с дверной проём.

Оно врезалось в группу как локомотив в стадо овец.

Первым полетел один из копейщиков — просто снесло, как кеглю. Он даже крикнуть не успел. Второго подхватило пастью, тряхнуло — хруст костей, брызги крови, всё.

Торвин орал команды, махал топором. Лучник пустил стрелу — она отскочила от шерсти-игл. Шаман что-то выкрикнул, от его посоха полетела молния…

…и ударила тварь прямо в морду.

Она заревела — может, от злости, может от боли, — и развернулась к шаману.

Не стал смотреть, что будет дальше, в целом и так понятно — моим новым знакомым пиздец. Никакой интриги.

За спиной — крики, рёв, хруст костей. Я бежал, не оглядываясь, петляя между деревьями, используя каждый навык, который у меня был. Скрытность помогала двигаться тихо. Поиск следа показывал путь. Охотничий инстинкт предупреждал об опасности. Через пять минут бега остановился, прижавшись к дереву. Прислушался, просканировал окрестности. Тварь была далеко — удалялась в противоположную сторону. Видимо, насытилась.

А люди?

Три точки. И двигаются в мою сторону.

Трое выжили. Разочаровала тварюшка, конечно. Или не голодная была.

И они шли за мной. Видимо, решили, что я их подставил. Или просто я им очень понравился, и хотелось продолжить общение. К сожалению, я не разделял их чувства — и двинулся вглубь леса. Туда, где знал каждое дерево, каждую тропу, каждый овраг. Туда, где у меня было преимущество.

И начал готовить ловушки.

Для начала классика, уже доказавшая свою эффективность на гоблинах: яма, замаскированная ветками и листьями. На дне — заострённые колья. Не глубокая — времени не было копать как следует — но достаточная, чтобы повредить ногу.

Вторую — ещё через полчаса. Растяжка из лианы, привязанная к согнутому молодому деревцу. Кто заденет — получит хлёсткий удар импровизированного гарпуна из сухой ветки, в грудь или голову.

Третью, четвёртую, пятую…

Навык установки ловушек подсказывал оптимальные места, лучшие конструкции. Маскировка делала их практически невидимыми.

Преследователи приближались. Медленнее, чем раньше — видимо, осторожничали. Но приближались.

Я уходил всё глубже в лес. Туда, где деревья росли гуще, где тени сгущались даже днём, куда, судя по всему, люди опасались соваться.

И ждал.

Первый крик раздался под вечер.

Короткий, резкий — и сразу оборвался. Что-то сработало.

— Один есть, — прошептал я.

А даже если нет — застряли там надолго, даже дольше, чем с трупом. Нужно ведь вытаскивать раненого, обрабатывать рану. А это время, которое можно будет использовать для новых приколов.

Обошёл их по широкой дуге, зашёл с тыла. Установил ещё три ловушки на предполагаемом пути отхода.

Потом нашёл удобную позицию — на дереве, с хорошим обзором — и стал наблюдать.

Торвин был жив. И шаман тоже. Третьим оказался лучник — он и попал в яму.

Двое копейщиков погибли там, с тварью. Шаман выглядел весьма потрёпанным — балахон изорван, посох сломан… в общем, определенные вопросы ко мне у них были, да.

Они провозились с лучником почти час, до темноты. Потом разбили импровизированный лагерь — без костра, чтобы не выдать позицию. Умно… Но я-то их уже вычислил.

Ночью я подобрался ближе. Скрытность с новым перком радовала — они не слышали, не видели, не чуяли. Даже шаман — то ли его потрепало сильнее, чем казалось, то ли сказалась поломка посоха.

Лучник уже оклемался, сволочь — либо аналог моей регенерации, либо у местных есть вполне приличная медицина… собственно, почему нет, раз магия имеется. Значит, нужно намекнуть понятнее.

Стрела вошла лучнику в горло. Он даже не вскрикнул — просто перестал дышать.

Я отступил в темноту до того, как кто-то что-то заметил, и наблюдал издалека, выжидая.

Они двинулись дальше — уже явно не в настроении преследовать меня, просто сваливая. Наконец-то поняли, что охотник и добыча поменялись местами.

Но я не собирался их отпускать.

Они знали обо мне. Знали, как я выгляжу, где примерно обитаю. Если выживут — расскажут другим. Нет. Свидетелей быть не должно.

Я преследовал их несколько часов. Не приближался, не нападал — просто шёл следом, на границе восприятия — у них явно были похожие на мой инстинкт способности, как минимум у шамана. Давил на нервы, не давал расслабиться.

К полуночи они были измотаны. Торвин прихрамывал — видимо, тоже зацепило во время атаки твари. Шаман едва переставлял ноги.

И пропустили ещё одну ловушку.

Шаман задел растяжку. Согнутое деревце распрямилось, врезалось ему в грудь. Старик отлетел, упал, захрипел — и получил стрелу в бок. Можно было и раньше — но я опасался