Земля зомби. Весеннее обострение - Мак Шторм
Ветки куста, давшего мне укрытие, сильно мешали, приходилось искать положение, в котором можно было хоть что-то рассмотреть. После веток в поле зрения бинокля стали попадаться сосновые стволы, росшие между нашим укрытием и объектом изучения, мне удалось нащупать между ними прогалину и навести окуляры бинокля на забор. Подрегулировав резкость изображения, я увидел перед собой белый бетонный забор из квадратных плит, покрытых ромбами, поверх забора к транспортировочным проушинам были приварены прутки арматуры, по котором была щедро натянута колючая проволока. Всё, что мне удалось рассмотреть, — это куски забора между деревьев. Опустив бинокль, я шепотом произнёс:
— Ни хера не вижу из-за деревьев. Только забор кусками и колючку поверху. У тебя что?
Артём, позиция которого находилась в соседнем кусте, ответил:
— То же самое, только куски забога смог гассмотреть. Нужно менять позицию, сидя тут, мы нифига не увидим.
— Согласен. Как поступим, подползем ближе и послушаем, посмотрим? Или попробуем залезть на дерево и с его высоты рассмотреть, что за забором?
— Втогой вагиант мне больше нгавится. Сгисовать нас могут во всех пегечисленных случаях, но безопаснее втогой. А если ничего подозгительного не увидим, тогда уже можно будет подобгаться поближе.
— Хорошо, ищи дерево, на какое полезешь.
— А что сразу я полезу, почему не ты?
— Ты помельче и ловчее меня. Я, когда последний раз забыл ключи от дома, решил перелезть через ворота. В итоге повис на них, зацепившись рукавом куртки за декоративные пики сверху.
— Тебе повезло, что кугткой, а не одним интегесным местом. Пгизнаю, твой аггумент весомый, я полезу, а ты стгахуй. — согласился Артём и тихо ступая пошел по лесу, ища себе подходящее для наблюдательного пункта дерево.
Свой выбор Артём остановил на зеленом гиганте с раскидистыми ветками, который сильно отличался от окружающих его деверев. Скорее всего, это дерево выросло в гордом одиночестве задолго до появления остального леса. Другого объяснения тому, что оно было таким огромным и отличалось от своих сородичей, которые были с длинными ровными стволами и ветками только у самых макушек, у меня не было.
Скинув со спины рюкзак, Артём пристроил его у подножья дерева. Потерев друг о друга руки в перчатках, он подпрыгнул и, ухватившись за толстый сук, проворно подтянул своё тело вверх. Спустя пару минут, он уже, прильнув к биноклю, внимательно рассматривал территорию части.
Мне ничего не оставалось делать, как спрятаться в ближайший куст и терпеливо дожидаться его возвращения на грешную землю, попутно наблюдая за округой, на случай появления незваных гостей.
Артём не стал меня долго томить ожиданием. Примерно через 5 минут я услышал шорох подошвы его ботинок по коре. Задрав голову, увидел, что он начал спуск. Выйдя из своего укрытия, я вернулся к дереву. Дождавшись, когда он окажется на земле и наденет рюкзак за спину, спросил у него:
— Ну, что там показывают?
— Непонятные вещи показывают, я такого никогда не видел. Теггитория части вгоде большая, но пгактически пустая. Вышек нет, запгетки нет, только бетонный забог по пегиметру, с колючкой повегху. На всю здоговенную теггиторию части всего пагу стгоений, больше похожих на кугятники и один ангаг сгедних газмегов. Даже туалет есть уличный. Такой, типичный пегекошенный от вгемени сортиг, из потемневших досок. Вогота вгоде закгыты, в помещении КПП никаких движений, тгопинки все загосшие. Складывается впечатление, что с самого начала всей этой зомби хгени тут никого не было.
— Похоже, нам повезло и это может оказаться нетронутой частью, среди леса.
— Может, она давно забгошена и кгоме дегевянного согтига, там вообще нечего тгогать?
— Гадать — только время терять, нужно подобраться поближе. — решил я, и Артём крадучись направился к забору, а я последовал за ним.
Оказавшись у цели, мы замерли, присев на корточки и внимательно прислушиваясь. Лес жил своей жизнью, издавая множество разнообразных звуков. Скрипели ветви деревьев, раскачиваемые ветром, весело щебетали птицы. С территории части нам не удалось уловить ни единого звука, который нарушал гармонию леса и указывал на то, что она обитаема. Мёртвую тишину за забором разбавляли только порывы ветра, от которого тихо начинала шелестеть трава и листва.
Артём скинул свой рюкзак и принялся в нём рыться. Из недр рюкзака на свет появились потертые пассатижи, ручки которых были обмотаны синей изолентой. Застегнув рюкзак, он закинул его себе за спину и сказал:
— Подсади меня, я сгежу колючку над забогом.
— Может, войдём через ворота?
— Зачем? Тут мы уже осмотгелись, тут и полезем. Тем более, изолятогов я не вижу, значит на забоге обычная пговолока, без сигнализации и напряжения. Камег видеонаблюдения вокгуг не видно, поэтому пгоще тут сгезать пговолоку и пегебгаться через забог.
— Ладно, срезай колючку, только осторожней.
— Не волнуйся, если я увижу что-то подозгительное, то сгазу спгыгну. Подойди вплотную к забогу и упгись в него гуками, будешь моей опогой.
Мне ничего не оставалось, как молча упереться руками в холодную бетонную секцию забора, расставив для устойчивости пошире ноги. Артём ловко вскарабкался мне на плечи, держась одной рукой за забор. Другой с помощью пассатижей он принялся перекусывать колючую проволоку. Я терпеливо держал его на своих плечах, пока он, клацая пассатижами, срезал колючку, которая шла тремя рядами в высоту, выпирая по обе стороны забора, напоминая по форме английскую букву V.
Отбросив на землю очередной кусок срезанной проволоки, Артём произнёс:
— Вот и всё, колючки больше нет. Подегжи меня ещё немного, я посмотгю в бинокль на эту стганную часть поближе.
— Конечно, давай, смотри, побуду ещё твоей подставкой, мне не трудно.
— Я слышу в твоём голосе сагказм. Не выделывайся, не всё же мне по дегевьям, как обезьяне, лазить, пока ты на земле в носу ковыгяешься.
— Не ковырялся я в носу, а внимательно осматривал округу, прикрывая твою задницу обезьянью.
— Всё, не отвлекай, мне нужно гассмотреть ещё газ все внимательно и запомнить местоположение стгоений. — проговорил Артём, заставив меня замолкнуть и терпеливо ожидать, пока он всё рассмотрит.
Стоять на моих плечах ему явно было удобно, поэтому, сменив пассатижи на бинокль, он неспеша водил им из стороны в сторону, осматривая территорию части.
