Лекарь из Пустоты. Книга 2 - Александр Майерс

— Есть, ваша светлость, — Захаров отдал честь и снял с пояса рацию.

Российская империя, город Приморск

Игнатий Романович спешно закидывал вещи в рюкзак. Он понимал, что всё кончено. Проклятье, которое он наслал на Громова, не могло оборваться просто так. Его оборвали.

Может, сам Серебров — этот мальчишка, как выяснилось, на многое способен. А может, и кто-то другой.

Уже не важно. Важнее то, что надо бежать. И как можно скорее.

С улицы раздался резкий свист шин. Сорокин подбежал к окну и понял, что опоздал. Микроавтобус охраны съезда остановился прямо у крыльца клиники. Из него вышло шесть человек. Не простые патрульные, а группа захвата в полном обмундировании. И среди них — человек, чья аура горела пламенем. Боевой маг.

У магистра перехватило дыхание. Всё. Его вычислили. Как-то узнали, что он здесь, в клинике. Зря он решил собрать вещи, надо было бежать прямо так, в чём есть!

Так, стоп. Паниковать нельзя. Что делать? Как сбежать?

Они войдут через главный вход. У них есть ключи-дубликаты от всех служебных помещений. У них есть маг, который сможет легко найти Сорокина по энергетическому следу, если он просто спрячется. Попытаться оправдаться тоже вряд ли выйдет. В лаборатории остались следы энергии проклятия, убрать их полностью так быстро не получится.

Сорокин отпрянул от окна. Из сейфа, открытого ментальным ключом, он выхватил три предмета. Кристалл памяти, где были записаны его исследования — не оставлять же свою работу кому попало! Флакон с маслянистой жидкостью — мощный эликсир, маскирующий ауру. И личный оберег — тонкий серебряный браслет с тремя сапфирами, подарок отца.

Игнатий Романович плеснул эликсир на ладонь, растёр его и провёл руками по лицу, волосам, открытым участкам кожи. Прохладная волна прошла по телу, и яркая, узнаваемая аура магистра потускнела, стала напоминать ауру уставшего лаборанта. Эффект продлится недолго, но этого может хватить.

Внизу уже слышались шаги тяжёлых ботинок гвардейцев. Голос, отдающий приказы. Щёлканье затворов.

Сорокин бросился к дальней стене лаборатории, где стояли шкафы с химикатами. За одним из них находилась служебная ниша для вентиляционных коммуникаций, о которой знали только старые сотрудники. Он отодвинул тяжёлый шкаф и скользнул в узкий пыльный проход, ведущий в систему вентиляции технического этажа.

Игнатий Романович протискивался по тёмному тоннелю, отчаянно вспоминая план здания. Технический этаж, потом — выход на кровлю через люк. С крыши можно перебраться на соседнее крыло, а оттуда — спуститься по пожарной лестнице в переулок между корпусами. Там нет камер.

Сердце бешено колотилось, вышибая из груди последние остатки гордости и достоинства. Он, магистр гильдии, бежал, как крыса, по вентиляции.

Он добрался до люка и вылез. Ночной ветерок обдул его разгорячённое лицо. Внизу стоял тот самый микроавтобус. Рядом дежурил один гвардеец.

Сорокин, пригнувшись, перебежал на другую сторону крыши, к пожарной лестнице, ведущей вниз. И тут его ауры, несмотря на эликсир, коснулся цепкий импульс. Маг ищет его и делает это хорошо.

— Третий, он на крыше! Задержать! — донёсся крик снизу.

Гвардеец у машины поднял голову, и Сорокин встретился с ним взглядом. Боец тут же вскинул автомат и заорал:

— Стоять на месте!

Сорокин бросился к краю крыши, поскальзываясь на гладкой кровле. Перекинул ногу через парапет и начал спускаться по холодным металлическим ступеням пожарной лестницы.

Сверху раздались быстрые шаги. На краю показалась фигура гвардейца. Он поднял руку, и на его запястье вспыхнул браслет. Из него вырвался сгусток кинетической энергии, предназначенный для оглушения.

Магистр, не останавливаясь, выбросил ладонь навстречу. Он хоть и не боевой маг, но знает основы защиты. Энергия ударила в щит и развеялась, а Сорокин неудачно поставил ногу и полетел вниз.

К счастью, он находился уже невысоко и ничего не сломал, хотя весь дух из него вышибло. С трудом поднявшись, он увидел, как из-за угла выбегает тот гвардеец, Третий.

— Магистр, вы арестованы. Прошу не сопро… — боец не договорил.

Игнатий Романович выпустил ослепляющее заклинание. Вокруг на мгновение стало светлее, чем днём. Гвардеец вскрикнул и отшатнулся, хватаясь за глаза.

Сорокин бросился бежать, применяя заклинание ускорения. Впереди показался забор, окружающий территорию клиники. Знакомое место! Неподалёку находилась старая дыра, затянутая сеткой, о которой знали только местные. За ней — узкая тёмная улочка, где можно было потеряться.

Магистр, задыхаясь, добрался до этой дыры и прыгнул прямо на сетку. Та порвалась под его весом.

Он выкатился на другую сторону, в вонючий переулок, содрал кожу на локтях об асфальт. Не оглядываясь, пополз, потом встал и побежал дальше, теряясь в ночных тенях.

Сорокин бежал, не видя дороги, следуя лишь инстинктам. Он уже не слышал за спиной преследователей, но продолжал нестись, подпитывая из последних сил заклинание ускорения. Наконец, когда в лёгких уже не оставалось воздуха, он рухнул в дренажную канаву под полуразрушенным каменным мостиком.

Магистр лежал на спине, глядя на узкую полоску звёздного неба между краями канавы. Адреналин отступал, и на смену ему пришло осознание краха.

Он, Игнатий Сорокин, светило диагностики, уважаемый магистр, член комитетов, стал беглым преступником. Его репутация растоптана, карьера закончена. Гильдия от него отречётся. Его лишат всего. Всё, что он строил десятилетиями, превратилось в прах за одну ночь.

И всё из-за чего? Из-за того, что он позволил графу Измайлову втянуть себя в грязную игру. Стоило ли это того? Ну конечно, нет. Но теперь уже поздно.

Слёзы отчаяния выступили на глазах Сорокина. Он смахнул их тыльной стороной ладони с яростью, направленной на самого себя. Что толку теперь плакать?

Игнатий Романович услышал вдали сирену. Потом ещё одну. Охрана прочёсывала район. Они найдут его по ауре, даже эликсир вряд ли поможет. Времени нет. Надо уходить как можно дальше.

Но куда? Сорокин не знал.

Сейчас не слишком важно. Главное, скрыться, а потом уже думать, как быть дальше.

И как найти способ отомстить всем, кто виновен в его падении…

Российская империя, окрестности города Приморск

Последний день съезда выдался на удивление солнечным и ясным. Утром предстоял практикум по изготовлению эликсиров, на который я, конечно, собирался пойти. Не только потому, что меня интересовало само дело, но и потому, что предстояло соревнование с Мессингом.

Сорокин вчера сумел сбежать, и его объявили в розыск. Жаль. Мне очень хотелось узнать, по чьей указке он действовал. Почти уверен, что это Измайлов, но иметь доказательства было бы неплохо.

Ну ничего. В любом случае эта страница перевёрнута, и