Хозяюшка Покровской крепости. Книга 2 - Талия Осова
«А ещё говорят, что не одежда красит человека. По мне, так и не скажешь», — промелькнула мысль.
- Завтра мы едем в гости! — с воодушевлением заявила Надежда Филиповна.
К вечеру высадила на огороде рассаду и объяснила женщине, которая за ним присматривает, что и когда нужно делать. Коренастые помидоры хорошенько заглубила, а на перце оборвала первый «коронный» цветок на первом разветвлении основного стебля, чтобы в дальнейшем получить хороший урожай. Баклажаны пришлось сразу подвязать. Была надежда, что в городе вероятность замёрзнуть растениям будет меньше из-за расположения огорода будто бы в затишке, но на солнечной стороне. За день стены построек хорошо нагреваются, а ночью отдают накопленное тепло.
В гости мы выдвинулись ближе к полудню следующего дня...
Красивое платье голубого цвета с вышивкой по лифу и длинными рукавами сидело на мне идеально. Горничная Надежды Филиповны уложила волосы в причёску и закрепила шпильками небольшую воздушную шляпку в тон пелерины из белого кролика. Короткие сапожки на небольшом каблучке немного цокали подбитыми гвоздиками. Вид у меня был вполне достойный и элегантный. Меня запросто можно было принять за дочь Гуреевых.
Может, на это и был расчёт? Только зачем это надобно купцу?
- Купцы Медведевы десять лет назад на речке Суклеме поставили писчебумажную фабрику. Дело у них не сразу заладилось, — вводила меня в курс дела Надежда Филиповна. - Это пару лет, как оно оказалось очень прибыльным. Сегодня, считай, каждый листок в губернии на их бумаге отпечатан, а школы закупают её целыми возами.
- А из какого сырья они её производят?
- Это лучше у Евдокии Никитичны спросить. Прежде бумагу у иноземцев закупали за золото и серебро, а после указа Петра Алексеевича начали организовывать собственные мануфактуры.
Мы подъехали к дому, расположенному через два квартала от Гуреевых.
«Можно было прогуляться пешком, но нам нынче не по статусу топтать свои ножки по городской грязи» , — заметила с сожалением, спускаясь с брички.
Хозяйка нас уже ждала за накрытым столом, и самовар парил горячими боками. Аромат ванили и фруктового варенья сразу захватил все рецепторы, поэтому постаралась сглотнуть незаметно.
Евдокия Никитична Медведева оказалась женщиной лет сорока с богатой копной медных волос, которые уже слегка тронула седина. Морщинки вокруг зелёных глаз свидетельствовали о весёлом и лёгком характере. Мне она сразу понравилась своей доброжелательностью и открытостью.
Закрытое платье цвета оранжевой терракоты с контрастной вышивкой и воротником стоечкой подчёркивало стройную женственную фигуру. Украшения из серебра в едином ансамбле смотрелись очень органично, а вытянутые серьги заостряли внимание на тонкой, красивой шее.
Хотелось спросить в первый момент, чем хозяйка обесцвечивает веснушки, но я как-то постеснялась задавать такие личные вопросы в первый день знакомства.
Надежда Филиповна представила нас друг другу, и мы обменялись парой дежурных фраз.
- Проходите, гости дорогие, к столу. Я уже заждалась и извелась вся, как молодуха, — рассмеялась задорно и пропустила нас в гостиную. - Все мужчины мои с раннего утра на мануфактуре. Мальчишкам через пару дней на практику, а отцу помочь хотят с делами. Так, одна и кукую целыми днями, да вышивкой спасаюсь.
- Да, Сашенька тоже к практике готовится. Нынче они до самой осени заняты будут. Когда детям отдыхать? — с грустью в голосе поддержала подругу Гуреева.
За два часа чаепития и пустых разговоров мне хотелось взвыть.
«Это сколько полезного можно было сделать за это время?! Не понимаю я эту жизнь в праздности», — крутилось в голове, хотя я знала, что супруга Варфоломея Ивановича дома без работы не сидит.
Женщины обсудили погоду и новую моду, поговорили о каких-то общих знакомых и ценах на ткани и продукты. Надежда Филиповна не забыла нахвалить моё рукоделие и упомянула о расширении ассортимента изделий в лавке супруга в ближайшее время.
Мне удалось лишь спросить про сырьё на бумажной мануфактуре и отказаться от её посещения, когда узнала о полном ручном производстве силами крепостных крестьян. Частичная механизация с помощью конной тяги использовалась лишь при измельчении большими жерновами тряпья и растительных остатков. Всю остальную работу выполняли круглый год, строго соблюдая технологию. Я лишь могла представить себе тяжёлые условия труда на этом производстве, но понимала, что по-другому в это время, не будет. Зачем рвать душу и расстраиваться, когда сама не можешь повлиять на ситуацию?
- Сенечка переживает очень. Вот как примут новый закон и как быть с рабочими? — сокрушалась хозяйка.
- Варя сам давно планировал выписать вольные и сдавать землю крестьянам в аренду, брать оплату натурой. Всё дешевле выйдет, чем покупать зерно и продукты на рынке. В Карачино земли у нас не слишком много.
- Вам проще. А у нас ведь все производства встанут и люди потянутся в места, где им будет лучше. Как быть?
«Значит, закон об отмене крепостного права действительно обсуждается» , — сделала вывод.
- Нужно создать хорошие условия для труда и жизни людей, назначить честную оплату за работу, и они не захотят уходить, — не смогла сдержаться и выдала своё ви́дение решения проблемы. - Это только считается, что хорошо там, где нас нет. На самом деле на новом месте им ещё сложней будет начинать всё сначала.
- Машенька, а куда ты собираешься поступать? — поинтересовалась Евдокия Никитична.
«А не на смотрины ли меня сюда привезли?»
Глава 18.
Неделя выдалась насыщенная. Мне не хотелось обижать Надежду Филиповну, но от чаепитий категорически отказывалась.
- Варя, я совсем не ожидала, что девочка не захочет обзаводиться новыми знакомыми, — сокрушалась хозяйка.
- А чего ты хотела, когда потащила Марию сразу к Медведевым? Это тебе повезло, что мальчишки с Арсением по делам уехали. Девочка быстро смекнула к чему все эти поездки. Верно говорю, Мария Богдановна, — подмигнул мне, а у самого взгляд как у кота, объевшегося сметаной. - Куда спешила, Наденька? Надобно было начинать с тех, у кого девушки поступать в школу нынче собираются, — посмеивался над супругой. - Вот это было бы дело.
Я была полностью согласна с Варфоломеем Ивановичем.
