Тот, кто оседлал ветер - Сергей Александрович Самохин

В этот день по пути нам стали попадаться дома. Почти все стояли особняком, чуть в отдалении от дороги. Некоторые из них казались заброшенными, но уже настолько разграбленными, что там нам нечем было поживиться. Голод уже сумел заставить замолчать Орвина, и сводил меня с ума. Ничего съедобного в лесу мы не находили, а охотиться на какое-то зверье никто из нас не умел, да я и не знал, как это делается – слышал только рассказы дружинников об охоте. В очередной раз остановившись на привал, и с тоской слушая свой урчащий желудок, я решил, что с нас хватит.

– Нам нужно добыть какую-то еду в одном из тех домов, что мы встречаем по пути. – хмуро поделился я своей мыслью с Орвиным.

– Мы уже три обшарили – там даже доски с пола были сняты, куда уж еду найти. – вяло ответил мой друг. – Не думаю, что дальше будет что-то другое.

– Нет, я не имел ввиду заброшенные дома.

– Аааа. – протянул Орвин неуверенно. – Ну… И как ты думаешь это сделать?

– Лучше бы найти такой дом, где сейчас нет никого. Быстро залезть в него, найти еду, и уйти, пока нас никто не заметил.

– Замечательный план. – уныло покивал Орвин. – Правда, я не заметил ни одного дома, где было бы написано "заходите, тут нет никого, и вся еда лежит на столе". Я имею ввиду, что вряд ли кто-то у дороги оставляет дом без присмотра.

– Ну, значит, нужно дождаться ночи. Под утро, когда все спят крепко. Залезть в дом, найти хоть что-нибудь, и вылезти.

– А если нас все же застукают?

– Не застукают, если не шуметь! – начинал злиться я. – А даже если и застукают. Пригрозим оружием, и уйдем. Не дернутся.

– А если дернутся, то что? Зарубишь всех?

– Не всех, а только тебя. Если тебе не нравится мой план, то предложи другой! Я с радостью его послушаю.

– Нету у меня плана. Но и твой не нравится.

– Ну так и что тогда? Умрем с голоду? Или какие у тебя предложения?

– Да никаких. Просто мне как-то… Не знаю. Стыдно, что ли, людей грабить.

– А мне думаешь не стыдно? Я вообще такого никогда не делал. Но другого способа добыть еду я не вижу. И потом, мы же не все заберем! Только немного, для нас, на пару дней. Выберем дом побогаче, чтобы быть уверенными в том, что не последнее забираем у людей.

– В доме побогаче и людей будет побольше.

– Слушай! – зашипел я. – Ты либо со мной, либо не мешай. Сидеть и рассказывать, какие у меня плохие идеи совсем не сложно. Придумай что-то получше, и я с тобой.

– Да ладно, ладно. Я так, просто сказал. Я с тобой. Раз уж зашли так далеко… Только давай действительно подходящий дом найдем.

Подходящий дом нашелся почти сразу. Дом стоял достаточно далеко от дороги, так, что можно было почти не опасаться быть замеченными случайными всадниками, которых мы несколько раз уже видели. Дом был солидный, раза в два больше дома Марии. На заднем дворе был раскинут большой огород, из сарая доносилось лошадиное ржание. Мы понаблюдали за домом до наступления темноты, но увидели только плохо одетую пожилую женщину, похожую на служанку, да какого-то пухлого мальчишку лет десяти, несколько раз с деловым видом выходящего во двор. Мужчин постарше мы не видели, что само собой не означало, что их в доме нет.

Когда стемнело, меня уже настолько мутило от голода, что я наверное был действительно готов убивать за еду. Никогда не думал, что чувство голода может быть таким сильным. Я почти не мог сконцентрироваться, а надо было еще придумать куда и как нам проникнуть в дом. Неожиданно, в этом помог Орвин.

– Надо залезать в то окошко, которое на дорогу выходит, около входной двери. Там можно постараться ставни ножом поддеть.

– Почему именно там? Там все на виду… Я думал, с заднего двора лезть.

– Это, наверное, у вас на Вильме так принято. А тут почти все спальни выходят окнами на задний двор. Да и вообще, все оттуда и ждут воров, если ждут. А у входа какое помещение? Или чулан, или просто комната большая. Ночью там никого быть не должно.

– Хм… И откуда ты все это знаешь?

– Приходилось полазать в жизни по окнам. – хмуро ответил Орвин, и поменял сразу тему. – Нам бы в кладовую, в таких больших домах наверняка подвал есть, там обычно хранят запасы. И если мы справимся тихо и быстро, то нас и не заметят.

– Хорошо. – я был несказанно рад такой помощи. Вор из меня скорее всего никудышный, если честно. – Так и сделаем. Только подождем еще, чтобы все наверняка уснули.

Мы посидели еще в кустах, пока урчания наших голодных животов не начали, казалось, заглушать стрекочущих в траве насекомых. Никакого движения ни в доме, ни около дома я не видел. В какой-то момент я поднялся, разминая затекшие ноги, и передал свой нож Орвину.

– Держи.

– Зачем он мне? – даже в лунном свете я увидел, как подозрительно смотрит на меня Орвин.

– Овощи порежешь нам на салат. – шепотом предложил я. – Если надо будет кого-то напугать, то лучше это делать оружием. Можно, конечно, твоим красноречием, но так много времени у нас увы, не будет.

Орвин что-то буркнул, но нож взял. Мы вылезли из кустарника, и стали медленно и осторожно спускаться к дому. Я старался идти тихо, и еще постоянно придерживал Орвина, который все норовил споткнуться и грохнуться. Время от времени мы замирали и прислушивались, но нет, ничего подозрительного мы не слышали. До дома добрались быстро, а вот пробираться ко входной двери оказалось противно – место было открытое, и у меня были такое ощущение, что мы с Орвиным видны аж из Города. Я чуть шею себе не сломал, постоянно оглядываясь вокруг. У окна мой друг достал нож, тихо вставил лезвие в щель между створками ставень, и начал там негромко возиться. Когда я уже собирался спросить, что он там делает, ставни раскрылись, чуть скрипнув. Мы оба застыли, и простояли без движения несколько вдохов. Вроде ничего, никто не кричит "вот они! Держи воришек!". Орвин еще немного повозился с рамой, и вот он уже первый неожиданно ловко полез в открытое окно. Я оглянулся еще раз, и полез за