Рыжая стая - Константин Горюнов

Маклауд поёжился, хотя было не холодно.

— Не нравится мне это. Совсем не нравится. Я привык, когда враг понятен. Человек, наёмник, даже мутант — всё ясно: стреляй, пока не сдохнет. А тут... не пойми что.

— Зона, — коротко ответил Змей. — Здесь всегда так.

Они двинулись по следу. Лес становился всё гуще, хотя деревья по-прежнему стояли мёртвые, ржавые. Где-то впереди ухнуло, и небо на мгновение озарилось синим светом.

— Аномалия, — определил Маклауд. — Или выброс. Чёрт его знает.

— Нет, не выброс. Что-то другое.

Они вышли к небольшому озеру. Вода в нём была неестественно синей, почти ядовитой. На поверхности плавали какие-то пузыри, лопались с тихим шипением. А на берегу — ещё одно тело. Женское.

У Змея ёкнуло сердце. Неужели?

Они подбежали. Но это была не Лиса. Старшая женщина, лет пятидесяти, в рваной одежде сталкера. Тоже мёртвая. Тоже с ожогами.

— Кто это? — спросил Маклауд.

— Не знаю. Не местная, наверное.

— А что здесь делает баба в таком возрасте?

— То же, что и мы. Ищет что-то. Или кого-то.

Змей присел над телом, осмотрел карманы. Пусто. Ни документов, ни записок. Только странная татуировка на запястье — рысь, прыгающая на добычу.

— Группировка какая-то? — предположил Маклауд.

— Не знаю. Не слышал о таких.

Они оставили тело там, где оно лежало — хоронить всё равно некогда, да и опасно задерживаться. След Лисы вёл дальше, в обход озера, к старому полуразрушенному зданию, которое виднелось вдалеке.

— Что это? — спросил Маклауд.

— Похоже на кордон. Или на старый КПП. Там раньше был вход в «Вектор».

— Значит, она туда.

— Значит, туда.

Они подошли к зданию, когда уже начало темнеть. Змей поднял бинокль, осмотрел. Пусто. Ни движения, ни звуков. Только ветер гуляет в пустых оконных проёмах.

— Заходим? — спросил Маклауд.

— Ждём. Дотемна. Ночью будет безопаснее.

Они залегли в кустах метрах в ста от здания, наблюдая. Час, другой. Солнце село, на небе высыпали звёзды — яркие, немигающие, какие бывают только в Зоне. Где-то далеко завыли псы. И вдруг — звук.

Шаги. Крадущиеся, осторожные.

Змей поднял руку, приказывая замереть. Шаги приближались. Кто-то шёл со стороны леса, прямо к их укрытию.

— Свои, — шепнул Маклауд, вглядываясь в темноту.

Из кустов выступила фигура. Маленькая, худенькая, с автоматом наперевес. И с рыжей косой, туго заплетённой, которая даже в темноте казалась огненной.

Лиса.

Она была в трёх метрах от них, когда остановилась, вскинула оружие и тихо, но отчётливо сказала:

— Выходите. Я знаю, вы здесь. И если вы наёмники — я вас положу раньше, чем вы чихнуть успеете.

Змей медленно поднялся, держа руки на виду:

— Мы не наёмники. Мы те, кто пришёл на сигнал.

Лиса замерла. Вгляделась. И вдруг автомат дрогнул в её руках.

— Ты... — выдохнула она. — Ты тот самый. С рисунка.

— Я Змей. А это Маклауд. Мы от Сидоровича.

Лиса смотрела на него долго, очень долго. Потом медленно опустила автомат.

— Вы всё-таки пришли, — сказала она, и в голосе её вдруг пропала вся дерзость, осталась только усталость и... облегчение. — Думала, показалось. Думала, бред. А вы... настоящие.

— Настоящие, — подтвердил Змей. — Ты как?

— Хреново. — Лиса покачнулась, и он едва успел подхватить её. — Ранена... кровь потеряла... Думала, всё...

— Всё, — сказал Змей, прижимая её к себе. — Теперь всё будет хорошо. Мы здесь.

Лиса подняла на него глаза — зелёные, огромные, горящие даже в темноте.

— Свои, — прошептала она. — Мои... Наконец-то...

И потеряла сознание.

Маклауд присвистнул:

— Ну, Змей, ты даёшь. Прям с первого взгляда в обморок.

— Заткнись и помоги.

Он подхватил Лису на руки — лёгкую, почти невесомую, и понёс в укрытие.

Ржавый лес остался позади.

Впереди была ночь, перевязка и разговоры.

Но главное — они нашли её.

Живую.

Свою.

Глава 6. Клетка для Лисы

День седьмой. НИИ «Вектор», внешний периметр.

Лиса очнулась на рассвете.

Первое, что она увидела — серое небо сквозь ржавые прутья крыши. Второе — лицо незнакомого мужика с седой бородой, который сидел рядом и деловито заматывал ей бок бинтом.

— Не дёргайся, — сказал он, не поднимая глаз. — Рана неглубокая, но грязная. Щас почистим, зашьём, будешь как новенькая.

— Ты кто? — спросила Лиса, пытаясь приподняться.

— Маклауд я. А ты, значит, та самая Лиса, из-за которой мы переться через всю Зону?

— Та самая, — подтвердила она, морщась от боли.

— Ну и наделала ты шуму, красавица. Там, в лесу, твоих рук дело?

— Каких рук?

— Наёмников. Десяток трупов на поляне.

Лиса покачала головой:

— Не я. Я их даже не видела. Я от них уходила, петляла, а потом... потом сил не стало. Я думала, всё.

— А кто ж их тогда?

— Не знаю. Может, Зона.

Маклауд хмыкнул, но спорить не стал. В Зоне всё может быть.

Подошёл Змей, присел рядом. Лиса посмотрела на него — долго, изучающе, словно сверяла с внутренним образом.

— Точно ты, — сказала она. — С портрета. Я думала, глюки. Рисую тебя уже неделю, а вижу впервые.

— Зачем рисовала? — спросил Змей.

— Не знаю. Рука сама тянулась. Зона шепчет, наверное. Она со мной иногда... разговаривает. Через рисунки.

Маклауд переглянулся со Змеем, но промолчал.

— Рассказывай, — сказал Змей. — Что там, в «Векторе»? Что ты нашла? Кто тебя пасёт?

Лиса откинулась на рюкзак, прикрыла глаза, собираясь с силами.

— Документы, — начала она. — Старые, советские. «Проект Рассвет». Там про эксперименты над людьми, про психотронное воздействие, про... про визуализацию Зоны. Про таких, как я.

— Таких, как ты?

— Которые видят. Рисуют. Предсказывают. — Она открыла глаза, посмотрела на Змея. — Я не просто так тебя рисовала. Я видела, что ты придёшь. Знала, что ты мой... ну, в смысле, что мы встретимся.

— И поэтому пошла в «Вектор»?

— Там ключ. Понимаешь? Во всех этих бумагах — ключ к тому, что здесь происходит. Почему Зона живая. Почему она меняется. И почему «Хозяин» охотится за ними.

При упоминании «Хозяина» Змей напрягся:

— Он там?

— Его люди. Много. Я насчитала около двадцати, но может быть больше. У них там база, в старом лабораторном корпусе. Они