Балкания - Александр Ермак
– Слава богу, успели! Он еще не совершил непоправимого!
Мужчина также знакомым голосом объяснил:
– У нас есть ключ от вашей квартиры. Подобрали, пока вас и соседей не было дома.
– Что же вы просто не позвонили в дверь?
– Не были уверены, что вы тут же не вызовете охрану. А мы хотели просто поговорить. Поговорить по-человечески, – мужчина покачал головой, скрытой под глубоким капюшоном длинной куртки. – Но он хотел решить все по-другому! И в одиночку…
– А где Боян! Что с ним?
Мужчина ответил:
– С ним все в порядке. Спит на скамье во дворе. Удалось ему подсыпать снотворное в кофе.
Стефан вспомнил, где он слышал эти голоса – в пещере. А ее, ее он, похоже, слышал и раньше. Неужели. Невозможно.
Женщина попросила:
– Отпусти его! Он ничего тебе не сделает.
– Что ж.
Стефан отпустил руку нападавшего и уселся на кровать. С пола медленно, неуверенно поднялся худощавый, не тянущий на брутального киллера парень. Стефан узнал его по фигуре и узелку волос на затылке:
– «Петрарки в продаже нет!.. Библия давно закончилась.» Продавец из книжного магазина?
– Он самый. – подтвердил парень. – Подрабатываю в свободное от занятий в университете время.
Женщина смотрела на него с укоризной:
– Ты же мог разбиться! Третий этаж! Как ты вообще сюда забрался?!
Парень ничего не ответил. Увидев пустую бутылку на столе, бросился к ней. Схватил за горлышко, ударил о подоконник и, размахивая перед собой поблескивающей свежими сколами «розочкой», снова направился к Стефану.
Женщина вскрикнула:
– Нет! Ты не можешь его убить!
– Да? – парень подходил все ближе, размахивая «розочкой». – Почему? Назови хоть одну причину оставить в живых этого мерзавца!
Женщина еще раз так знакомо вздохнула:
– Это. – Снова набрала воздуха в легкие и выдохнула: – Это твой отец!
– Мой отец! – воскликнул и остановился парень.
Воскликнул и Стефан:
– Я?! Его отец?!..
Женщина выговорила уже спокойнее:
– Да, Стефано! Ты – его отец…
– Этот гад – мой отец? – парень смотрел на Стефана с прекрасно заметной даже в полумраке ненавистью.
Женщина пошарила рукой по стене и включила верхний свет:
– Не узнаешь меня?
Как он мог не узнать ее голос, ее по-прежнему стройную фигуру?
– Мария.
– Я.
С глубокой печалью в глазах она смотрела на Стефана:
– Я так сильно изменилась? Ты не узнал меня.
Стефан провел рукой по лысине на макушке:
– Я тоже изменился. Но ты, ты меня узнала!
Мария кивнула:
– Сразу. Когда в первый раз увидела тебя случайно в Трене на улице. Живу сейчас за городом. Потом известного специалиста показывали по телевизору… Потом мы привезли тебя в пещеру. Еще я была вчера на пресс-конференции.
Он вспомнил показавшийся ему знакомым взгляд из глубины зала. Пристально посмотрел на парня:
– Что-то я в нем еще тогда в магазине заметил. Похож. И на мою маму очень похож. Ему.
– Двадцать лет.
– Конечно.
Да, двадцать лет назад Стефан был здесь, в Балкании – тогда еще являвшейся частью Югославии. Он снова вспомнил свое знакомство с Марией в тренском университете, разговоры про перспективы демократического преобразования в стране, прогулки по городу и ущелью Враньских скал и, конечно, их дни и ночи на горе, рыжую бабочку на ее обнаженном плече.
Парень растерянно глядел то на Стефана, то на мать. Не понимая, замотал головой:
– Этого не может быть! У меня есть отец!
Мария объяснила:
– Я говорила тебе, всем, что ты родился немного недоношенным, но это не так. Мы с Огняном скрывали: ты появился на свет, как и положено, через девять месяцев после того, как я встретилась с твоим настоящим отцом.
Стефан был растерян не менее сына. Смотрел то на Марию, то на своего отпрыска, то на мужчину, словно ожидая от последнего какой-то поддержки.
Парень указал на Стефана:
И что с ним теперь делать?
Стефан нахмурился, обращаясь к Марии:
– Но почему, почему ты даже не пыталась со мной связаться за все эти годы?
Она горько усмехнулась:
– А почему ты ни разу не напомнил о своем существовании за все эти годы?
– О сыне ничего не знал… Но ты, ты же не захотела быть со мной!
– Я не захотела?!
– Конечно!
Стефан вскочил с кровати, быстро надел брюки. Достал из кармана портмоне, из него вынул пожелтевшую бумажку:
– Вот! Ты не пришла тогда, только прислала с каким-то парнем эту записку: «Извини, лети один.»
Мария кивнула и достала из сумочки какой-то пакетик, из которого извлекла такую же пожелтевшую бумажку:
– Вот вторая часть письма. – Прочла: – «Умерла любимая тетя в горном селе. Срочно еду. Перезакажи мне билет и встречай меня. Люблю! Целую!» Я поехала в райцентр Руянци, а от этого города еще долго добиралась до тетиного села. И вернулась не скоро.
Стефан схватился голову и, снова отойдя к кровати, сел на нее:
– Не понимаю!
Сын смотрел на мать:
– Но почему?
Мария опять вздохнула:
– В то время в меня был влюблен коллега по университету, Огнян. Он знал, что собираюсь выйти замуж за Стефана и улететь с ним в Европу. Так получилось, что Огнян оказался в университете рядом, когда я, ничего не подозревая, писала это письмо. Попросила отнести послание одного из студентов. Огнян перехватил письмо, оторвал и отправил только первую строку.
– Вот сволочь! – вырвалось одновременно у отца и сына. Они переглянулись.
Мария продолжала:
– Конечно, когда я поняла, что ты улетел один, ничего не ответив, я почувствовала себя обманутой: покрутил любовь с местной барышней и бросил. Я была разочарована, зла на тебя, на себя… А тут как раз Огнян со своим очередным предложением выйти за него. Когда я поняла, то предупредила его, что беременна. Родить без мужа в Балкании в то время считалось страшным позором. Я бы пережила, но родители, особенно мама. Огнян был согласен воспитывать чужого ребенка, и это меня купило. Так что я вышла замуж за него. Но потом он все время корил меня за так и не ставшего ему родным ребенка.
– Но я всегда считал Огняна своим отцом!
– Конечно, сынок, – Мария вытерла появившиеся на глазах слезы. – Наверное, нужно было все это рассказать тебе раньше, но я берегла тебя… Я не любила Огняна и не хотела рожать от него еще одного ребенка. Его это бесило, он стал все чаще и чаще выпивать, шатался по продажным девкам, которых в Трене развелось хоть пруд пруди. Денег совсем не давал, говорил: «Не буду содержать этого ублюдка!»
– Ублюдка?! – снова хором выдохнули отец с сыном и снова переглянулись.
– Огнян скандалил, даже пытался меня бить. А как-то раз,
