Летящие в ночи - Джонатан Джэнз

Мы вместе взглянули в окно, затянутое сеткой. По ту сторону два Ночных ужаса рвали на части пациента.

«Не пациента, – поправил я сам себя, – ребенка. Мальчишку моего возраста. Человека, не заслужившего такой участи».

Сдерживая тошноту, я отвернулся.

– Ладно. – Баркера, кажется, тоже мутило. – План Б.

Баркер был выше меня всего на пару сантиметров, но его широкие плечи, мощная шея и даже кривой нос вселяли в меня надежду. И что самое странное, страх в его глазах меня окончательно успокоил. Я убедился, что, как бы опасна ни была ситуация, Баркер не угробит нас обоих из-за своей глупости или гордыни. Он боялся смерти ничуть не меньше меня и прекрасно осознавал, насколько опасны эти монстры.

Мы пошли дальше.

– Пуль у меня больше нет, – признался Баркер. – Но если доберемся до четвертого этажа, то я смогу перезарядить пистолет.

– Четвертый этаж? Это не там работает Анита?

Он ухмыльнулся.

– Что, влюбился в нее?

Даже несмотря на то, что сегодня случилось, я все равно покраснел от такого вопроса.

– Она меня вдвое старше. К тому же племянница Пьера.

– Мой офис рядом с ее. Наш с Гудом офис. Интересно, он…

Предложение Баркер не закончил. Сам ведь прекрасно понимал, как малы шансы, что его напарник выжил.

Мы подошли к двери, ведущей в главный коридор, за которым располагались наши камеры. Подкрались к двери и заглянули в окно. По ту сторону слабо мерцал свет. Из тускло освещенного коридора нам предстояло попасть в почти полную тьму.

Облизав губы, Баркер взглянул на меня.

– Держи тесак наготове.

Я понял, что все еще сжимаю окровавленное орудие. Я еле смог выкинуть из головы воспоминания о смерти поварихи. Времени для сожалений не было. Мне следовало злиться. Сосредоточиться на том, чтобы выжить. А не мучиться чувством вины. Потом еще успею.

Если это «потом» вообще наступит.

Дрожащими пальцами Баркер провел свою карточку через щель. Красный цвет сменился зеленым, и замок открылся.

Баркер медленно открыл дверь. Та слегка заскрипела. Мы кивнули друг другу. В следующее мгновение Баркер вошел в дверной проем.

Еле дыша, я последовал за ним.

Глава 6. Воины

В главном коридоре царил хаос. В мутном зеленоватом свете, исходящем от «умирающих» люминесцентных ламп, я смог различить какие-то предметы разных размеров и форм, разбросанные так, словно здесь произошел взрыв.

Баркер начал идти налево, но, сделав всего несколько шагов, замер. Прежде чем я успел что-то спросить, он прижал указательный палец к губам. Я осмотрел окружающий нас беспорядок. Даже если бы в этот момент не замерцал свет, я бы потерял дар речи от увиденного.

Повсюду лежали трупы.

Эмилио, как я вскоре обнаружил, спастись не смог. Он лежал с распахнутыми глазами, с распоротой грудью, напоминавшей тропический цветок, и внутренностями, раскиданными в виде жуткого красного «снежного ангела».

Еще один невинный ребенок. Хоть Эмилио и издевался надо мной, смерти он не заслуживал.

Но я уже давно понял, что смерть – штука крайне несправедливая. Когда приходит твое время, она без переговоров наносит удар. Хоть иногда и оригинальничает, как сейчас, меняя косу на острые зубы и похожие на лезвия когти.

Так, ладно. Сосредоточься.

Я попытался успокоиться. Задача практически невыполнимая, когда стоишь на месте массового убийства.

Тела валялись, как мешки с мусором, которые кто-то вытряхнул из кузова грузовика на скорости сто пятнадцать километров в час, и их содержимое рассыпалось при столкновении с автострадой. Я прекрасно знал, что многих у меня получилось бы опознать, если бы я повнимательнее взглянул на эти изуродованные трупы, но в то же время чувствовал, что сойду с ума, если распознаю в этих окровавленных ошметках людей. Я и так с трудом мог пошевелиться. Да я даже дышать мог с трудом. Казалось, что от ужаса все мои органы разом перестали работать.

Позади нас я увидел еще более растерзанные тела и три приоткрытые двери, одна из которых была сорвана с петель и покоилась на жертве.

– Сюда, – прошептал Баркер, хватая меня за руку.

Свет замигал, потух и вернулся уже тошнотворно-зеленым. И так по кругу. Мы пошли по залитому кровью коридору, стараясь не издавать ни звука, мимо множества трупов – в основном подростков, но и нескольких взрослых тоже. Все это время Баркер сохранял столь сосредоточенное выражение лица, что я невольно вспомнил другого ответственного взрослого, с которым познакомился прошлым летом.

Офицер Дэвид Вуд из полиции штата Индиана, рискуя жизнью, спас меня от одного из Детей, но сам погиб от рук Карла Паджетта. Если бы он не помогал мне, то, может, и смог бы выжить в тот ужасный дождливый день.

Но нет. Дети офицера Вуда потеряли отца из-за его доброты.

Я высвободил руку из хватки офицера Баркера. Он бросил на меня недоуменный взгляд. Я с тревогой попытался придумать объяснение своему внезапному действию, но Баркер, к моему счастью, молча пошел по коридору. Да и что я мог бы ему сказать? «Спасибо за заботу, но помогающие мне люди имеют свойство умирать ужасной смертью»?

– Вот дерьмо. – Баркер обошел сгорбленное тело, в котором я теперь опознал офицера Гуда.

У меня перехватило дыхание. С офицера Гуда… Первая ассоциация, что пришла мне в голову, – «будто латексную перчатку сняли». Совершенно неподходящая. Ведь кожа отсутствовала не на руках, а на шее. Одно из существ каким-то образом умудрилось подтянуть кожу вверх, от плеч Гуда до основания подбородка… и… и…

Не выдержав, я отвернулся.

Мы подходили к моей камере. Я взглянул на дверь, вспомнив, сколько ночей провел там, думая о Пич, Мие и Барли.

Больше всего о Пич.

Будь мы в кино, мой персонаж бы точно захотел вернуться в эту комнату. Внутри, под матрасом, лежало мое главное сокровище – письмо от Пич, переданное мне Пьером. Какая-то часть меня очень хотела его забрать.

Но я все же не был готов рисковать всем ради дурацкого письма. Я хотел увидеть Пич вживую. Хотел вернуться к сестре.

Я в последний раз прошел мимо своей комнаты и крепче сжал тесак. Его рукоятка – прочная, хоть и немного скользкая от пота – напомнила мне, что мы не беззащитны и все еще можем пережить эту ночь.

Мы пошли дальше, когда вдруг послышался хлюпающий звук. Баркер, оцепенев, посмотрел на свою ногу, вокруг которой растеклось озеро крови. И даже неважно чьей. Я различил смутные очертания светло-голубой одежды пациентов, но, к счастью, свет в этот момент замигал, и я успел отвести взгляд, прежде чем опознал жертву.

Баркер оторвал от пола