Ведьмы Зелёной Волши - Анастасия Федоренко

Посмотрев на спящую Марину, позавидовала ей. Отдыхает себе человек, а не бредит всякими воспоминаниями, от которых только дурно делается.

Подумала, раз бабушка не спит, то можно попросить у неё успокаивающий чай. Может, хоть немного посплю?

Вниз спускалась со смешанными чувствами. С одной стороны, в теле явно ощущалась усталость, ноги и руки были ватными, но при этом глаза даже не слипались. Что за безобразие такое?

Свет на первом этаже был выключен. В сознании лишь на секунду промелькнула мысль, что, наверное, я всё же ошиблась и бабушка ещё спит, а шум мне лишь показался, но тут послышалось какое-то шипение.

— Ба, ты уже не спишь? Мне бы чая…

Слова застряли в горле. В первое мгновение мне захотелось заорать. Громко и с чувством. Можно было бы даже сознания лишиться для пущей драматичности. Видимо, не такая я и нормальная, как думала всё это время…

Закричать всё же стоило, хотя бы потому что на кухне вместо моей ба находилось нечто… или некто.

Существо едва доходило ростом до моих коленей. Напоминало оно, скорее, очень маленького человечка с обросшим лицом. Обросшим оно было везде — густые седые брови, закрывающие глаза (если они есть, конечно), переходили в длинную бороду до пола. Одет этот некто был в какую-то рубаху на древнерусский мотив, которая достигала ног, скрывая нижнюю часть тела. Когда я появилась на пороге кухни, это существо увлечённо перебирало старые кастрюльки, но стоило мне войти…

— Охохонюшки! Так вы, значит-с, меня видите отныне, младшая хозяюшка?

Тушите свет! Кажется, одна старшеклассница тронулась головой!

Глава 5

С того момента, как переступила порог кухни, начала понимать людей, которые сетуют, что поседели за мгновение. Не удивлюсь, если я после этого найду в своих чёрных прядях светлые волоски.

Время замедлилось. Будто застыло само по себе.

Наверное, сказывался шок, испытанный за несколько минут в ярчайших красках.

Надо сказать, что новый знакомый оказался очень учтивым. Поняв, что я вот-вот лишусь чувств, этот… дядечка (по голосу определила, что он ближе к мужскому полу) растаял в воздухе, чем ещё больше испугал меня. Через пять минут в кухню буквально влетела моя бабулечка, а за ней и этот некто материализовался вновь.

Оценив моё состояние, меня быстренько усадили на стул и развели бурную деятельность. От шока даже не нашлось сил на разговоры. В голове будто веником прошлись. Ни вопросов, ни мыслей.

А Инга Степановна, тем временем, спешно заваривала один из своих настоев и отчитывала этого… дядечку…

— Аккуратнее надо было, Юрий Игнатьевич! Зачем же вы так? Танюшка же даже не посвящена ещё, а вы…

— Не бранись, хозяюшка. Не специально же… Кто же знал, что Татьяна Александровна не спит ещё? Я думал быстренько переберу утварь всю, заговорю…

Голос у Юрия Игнатьевича был при этом такой обиженно-просительный.

— Да не злюсь я, — всплеснула руками ба. — Хотела ведь сделать всё правильно, постепенно…

— Так ведь Татьяна Александровна дар унаследовала, а теперь, коли семнадцать годков исполнилось, могла в любой момент узреть кого-нибудь из наших…

После слов… Юрия Игнатьевича захотелось срочно вернуться в комнату и святой водой опрыскать всё вокруг. Может, подействует? Мне вдруг дурно сделалось после его слов про «кого-нибудь из наших» …

Во-первых, пока я приходила в себя и слушала разговор этих двоих, в голове немного прояснилось. Я выросла на сказках своей бабушки и на историях Зелёной Волши, где каждый житель знает и о лесном хозяине, и об озёрном владыке и его помощницах, поэтому понять, что Юрий Игнатьевич никто иной, как домовой, не составило труда. Сложно не узнать самую известную нечисть, в которую верили в древние времена, ведь по нашей деревне до сих пор гуляют истории с участием всякой народной ереси. Но узнать — одно, а вот принять — совсем другое.

Во-вторых, по мере неспешной суеты, которую развили бабушка и этот странный мужичок, мысли прояснялись и шок начал постепенно сходить, а на его место стали приходить вопросы.

Когда в мои руки впихнули горячую чашку с красной жидкостью, отчётливо пахнущую ягодами, ко мне вернулся дар речи.

— Ба, скажи мне, что я сплю и это всё невзаправду, — тихо попросила я.

Бабушка при этом смотрела на меня с долей жалости в глазах, и это было лучше любых слов.

— Танюш, ты пей, — мягко сказала она, погладив при этом по голове так, как делала в детстве. — Это очень хороший и успокаивающий отвар. Он тебе сейчас нужен.

Совету пришлось последовать. Сделала несколько глотков кисло-сладкого напитка, слегка поморщившись.

Я не знаю — самовнушение это или нет, но уже через несколько минут мне словно легче стало. Как-то проще было воспринимать, что происходящее не сон и этот Юрий Игнатьевич не плод воображения.

— Расскажешь? — хрипловато попросила я, поднимая взгляд на родственницу.

— Куда уж денусь, — проворчала она, выразительно посматривая на причину моего нервно-шокированного состояния.

Юрий Игнатьевич не растерялся под бабушкиным взглядом.

— Схожу-ка проверю-с наши цветочки, — произнёс он и вновь истаял в воздухе.

Бабушка тяжело вздохнула, на секунду прикрывая глаза, и уже после присела рядом со мной.

— Не хотела я, чтобы это произошло таким образом, — тихим голосом начала она, сцепляя свои руки на столе. — Надеялась, что смогу поговорить с тобой и объяснить всё до того, как ты впервые увидишь, но раз уж сложилось так… Слушай, Танюшка, и не перебивай.

Кивнула в ответ, ещё не представляя, как сильно перевернётся моя жизнь после её рассказа.

Зелёная Волш — странное место, здесь веруют в разных духов и волшебство. Мы, местные жители, привыкли считать нормальным, что бабушки оставляют на ночь молоко и чёрный хлеб, дабы уважить хранителя домашнего очага. Привыкли не блуждать по лесу слишком долго, ведь у лесного хозяина переменчивое настроение. Ещё взрослые запрещали гулять нам у Водянки — озера, находящегося глубоко в лесу, объясняя это тем, что там обитают водяной и его вечные служанки — мавки.

Все эти сказки я знала с детства, но никогда не думала, что они вдруг оживут прямо на глазах.

По словам бабушки, нашу деревню основали семьи, где испокон веков передавалась магия по женской линии. Когда общество стало меняться и переживало одно потрясение за другим — революцию, войны, технический прогресс — маги, ведьмы и остальные существа предпочли уединённое существование и отдалились от крупных городов. Вслед за ними ушла и сама магия, блуждающая вместе с ветром по всему миру.

Наша