Тьма, которая нас связывает - Ю. К. Перес

Она вздыхает.

— Послушай, Петуния Каллторп была моей хорошей подругой и одной из лучших клиенток. Возможно, ее больше нет, но многие в этом городе любили ее, включая меня. Так что у меня есть время выслушать твою долгую историю. — Этой женщине не больше тридцати. Петуния, должно быть, часто бывала здесь, потому что разница в возрасте между ней и Терри не позволяет поверить, что они вращались в одних кругах.

— Петуния была моей биологической матерью, — выпаливаю я, срывая пластырь. Терри смотрит на меня с недоверием в глазах. Она смотрит на меня скептически, ища что-то. Я нервничаю под ее взглядом. Я вижу, как она все сопоставляет, потому что она ахает, и маленькая банка, которую она держит, падает на пол. — Ты в порядке? — Спрашиваю я, не зная, что делать.

Ее руки дрожат, когда она подносит их ко рту. Почему все в этом городе так паникуют из-за меня? Только сегодня четыре человека вели себя точно так же. Она ведет себя немного драматичнее, чем остальные жители города. Они просто смотрят на меня с ног до головы, бледнеют и убегают. Я устала объяснять всем, почему я здесь.

Через несколько минут она приходит в себя и берет из угла метлу и совок. Закончив уборку, она стоит, опустив голову и сложив руки на бедрах. Я смотрю куда угодно, только не на нее, чувствуя себя неловко, наблюдая за ее эмоциональным потрясением. После еще одной мучительной минуты молчания я поворачиваюсь к двери. Мне эти вещи нужны не так сильно, как ей, похоже, нужна минутка.

— Подожди. Прости. Пожалуйста, не уходи. — Когда я поворачиваюсь к ней, мои глаза встречаются с ее умоляющим взглядом. Ее губы плотно сжаты, а рука потирает лоб. Я не могу не сочувствовать ей, видя, как она пытается справиться с информацией, которую я только что на нее обрушила.

— Послушай, я понимаю, что ты с моими биологическими родителями были друзьями и что нелегко узнать, что у них был ребенок. Мне тоже нелегко. Я понятия не имею, что произошло, но все относятся ко мне так, будто либо ненавидят меня, либо знают что-то, чего я не знаю.

Она садится на стул за прилавком и делает глубокий вдох.

— К сожалению, я не могу многое сказать. Твоя мать доверяла мне, и я не нарушу это доверие. — Я закатываю глаза, раздраженная ее уклончивостью. Если она не собирается говорить мне ничего полезного, зачем вообще что-то говорить?

— Боже, я сыта по горло тем, что люди ничего мне не говорят. Я думаю, у меня есть право знать. — Я в отчаянии вскидываю руки.

Я поворачиваюсь, чтобы уйти, но она кричит, останавливая меня на месте.

— Есть вещи, о которых я не могу говорить прямо, хотя я бы сказала, если бы могла. Я могу рассказать тебе немного общедоступной информации, и, надеюсь, это поможет тебе найти ответы.

Когда я киваю, она встает со стула, направляется вглубь помещения и жестом приглашает меня следовать за ней. Я быстро прохожу за ней через черную бисерную занавеску в заднюю комнату, где у нее есть небольшая кухня, холодильник и столик на двоих.

— Присаживайся, — говорит она, указывая на стол. Сейчас меня переполняют столько эмоций, что трудно разобраться в своих чувствах. Она садится напротив меня. — Начну с краткой истории этого города. Блэквуд был основан четырьмя семьями: Блейкли, Салливан, Эверли и Каллторп. Однажды ночью в конце 1600-х годов они заключили договор и бежали в глушь, где могли жить свободно со своими семьями. В конце концов, об этом просочилась информация, и появилось больше людей, умоляющих разрешить им жить в Блэквуде. Никто из просивших убежища не был отвергнут. Этот город был прибежищем для многих людей и остается им до сих пор.

— Единственные люди, которые здесь живут, это те же семьи, которые переехали в город давным-давно? — У меня возникает ощущение, что это какой-то культовый городок.

— Нет, но большая часть населения — да. Судя по записям, были годы, когда никто не приезжал жить в Блэквуд. Так что, когда будешь изучать историю своей семьи, будешь знать, с чего начать.

— Ты не сказала мне ничего полезного. — Ее челюсть сжимается от моего резкого тона, но она быстро подавляет гнев.

— Извини. Я знаю, что не была особенно полезна, но тебе придется самой во всем разбираться.

Каким разочарованием оказался этот разговор. У меня больше вопросов, чем ответов. Я встаю и направляюсь к двери. Прежде чем я выхожу, она кладет руку мне на плечо и останавливает меня.

— Пожалуйста, пойми, Амарис. Твоя мама доверила мне вещи, о которых я не могу говорить. Я поклялась, что не буду. — Она смотрит на меня умоляющим взглядом

— Тогда тебе не следовало ничего говорить.

Ее плечи напрягаются.

— Я знаю, что не следовало. Ты застала меня врасплох. Извини. Но если ты сама что-то узнаешь, поговори со мной.

— Зачем? Разве ты не сказала, что ничего не можешь рассказать?

— Да, но в любом правиле есть лазейки. Я не могу ничего рассказывать, но если ты найдешь информацию самостоятельно, я, возможно, смогу поговорить с тобой или ответить на твои вопросы.

У меня кружится голова от всех этих запутанных разговоров, но я воспользуюсь ее предложением. Мне нужно найти место, где я смогу получить нужную информацию. На сегодня с меня хватит странных встреч. После того мужчины и этой дамы я совсем выдохлась. Мне нужно провести небольшое исследование, и я знаю, куда пойти. Я отмахиваюсь от нее и направляюсь к своей машине.

Как только я вхожу в библиотеку Блэквуда, меня встречает милая пожилая дама с белыми волосами, собранными в пучок, в круглых очках и черно-белом платье. В ее теплой улыбке есть какая-то непринужденность, как будто она улыбалась миллион раз за свою жизнь.

— Здравствуйте, я ищу записи о семье Каллторп.

Она кивает, указывая на карту.

— Они находятся на четвертом этаже в разделе «История Блэквуда». Все наши записи хранятся там.

Я киваю в знак благодарности и поднимаюсь на четвертый этаж. Когда двери лифта открываются и я выхожу, я оглядываюсь по сторонам. Здесь стоит несколько столов с лампами, за которыми можно присесть, а по комнате расставлены книжные полки. Не зная, с чего начать, я просматриваю названия, беру несколько многообещающих книг, нахожу тихий уголок с хорошим освещением и приступаю к чтению.

Глава 6

Амарис

Прочитав целую стопку книг, я по-прежнему нахожусь там же, где и вначале: нигде. Я громко