Расколотые небеса - К. М. Дэвидсон

— Ну, конечно. Я присутствовала на коронациях всех своих братьев и сестер.

Она хотела поговорить с Фиби еще, особенно когда рот ее сестры открылся от изумления, но мысли об этом эликсире тяжело давили на нее, распухая и занимая каждый последний дюйм пространства. Астерия вышла из кабинета и вернулась в приемную, сердце бешено колотясь в груди.

Уэллс, Пирс, Гаврил и Дастин все поднялись со своих мест, взгляды перебегали между Астерией и открытой дверью смежной комнаты. Ее свита смотрела на нее ожидающе, но Дастин был скорее встревожен.

Астерия махнула рукой за спину.

— С ней все в порядке, хотя кое-что, сказанное мной перед уходом, вполне могло ее сломать.

Хмурость Дастина усилилась, но он тихо извинился и проскользнул мимо Астерии.

Гаврил усмехнулся, засунув руки в карманы.

— Полагаю, если ты сломала собственную сестру, беседа пошла не так, как ты планировала.

Астерия оскалилась на него, прежде чем направиться к Пирсу и Уэллсу. Она протянула руку последнему, и он удивленно поднял брови, но тут же принял ее. Она почувствовала, как пристальный взгляд Гаврила прикован к этому соединению.

— Фиби хочет поговорить с тобой, — пояснила Астерия, обращаясь к Пирсу, ее хватка на руке Уэллса усилилась от тревожного жужжания под кожей. — Она не из тех, кого убедят цветистые речи. Она расчетлива, и мне кажется, ты лучше подходишь для такого разговора, чем Уэллс.

Гаврил фыркнул, и Пирс бросил на него настороженный взгляд, прежде чем кивнуть один раз.

— Если ты считаешь, что так будет лучше.

— Я уверена в этом. — Она открыла портал рядом с Уэллсом, и тот нахмурился, сжав губы.

— И куда ты забираешь моего брата? — Пирс насмешливо приподнял бровь.

— Мне нужно кое-что проверить, и я была бы признательна за поддержку, если что-то пойдет не так. — Она пожала плечами, помахав свободной рукой в сторону комнаты, откуда Дастин и Фиби все еще не появлялись. — Я уверена, они проводят вас обратно в наши комнаты.

Не взглянув больше на Пирса или Гаврила, она ненадолго встретила любопытный взгляд Уэллса, и ее сердце снова забилось чаще при виде непоколебимого доверия в его глазах.

Он не спрашивал, куда они направляются. Он просто сказал:

— Веди, Блю.

Ей предстояло узнать, насколько сильно Уэллс доверяет ей, когда они шагнули через портал в личные покои Эндоры.

ГЛАВА 54

АСТЕРИЯ

Астерия не дала Эндоре шанса осознать, кто вошел в ее кабинет.

Взмахом запястья Эфир пронесся через комнату, раскинув руки Эндоры в стороны и обвив ее торс. Еще одним взмахом Эндора отлетела назад к полкам на дальней стене своего тусклого кабинета, банки и книги с грохотом падая на пол.

— Она пришла за возмездием. — Эндора мрачно усмехнулась, морщась. — Она злится на меня за то, что я сделала с Сибил.

— Вообще-то, я пришла поговорить о совершенно другом. — Астерия скривила губы, поднимая другую руку. С рабочего стола поднялись ножи, залитые золотым сиянием Энергии. — Но спасибо за напоминание.

Астерия расколола полки на стене шаром Энергии, затем метнула два ножа в раскрытые ладони Эндоры. Два других пронзили ее плечи, пригвоздив к теперь уже пустой стене позади. Эндора вскрикнула, когда Астерия убрала Эфир с ее тела, и только четыре ножа удерживали ее на весу.

— Астерия… — голос Уэллса был ровным, но в нем был подтекст, который она еще не слышала от него.

Это была не та злость, которую она ожидала. Это было что-то нежное, ласкающее ее без прикосновения.

— Вот это… — Эндора стиснула зубы, запрокинув голову назад о стену. — Вот это больше похоже на то, что я ожидала от визита Богини Сирианцев.

Астерия промычала, скрестив руки за спиной. Она медленно обошла котел посреди комнаты, пока не встала перед Эндорой.

— Ты признаешь меня своей Богиней, но вызываешь мой гнев, напав на ту, кого я считаю сестрой.

Эндора рассмеялась, качая головой, но напряглась от движения сухожилий в плечах, которое это вызвало.

— Ирония этой фразы восхитительна, Астерия. Ты хочешь признать свой статус Богини, когда желаешь обрушить свой гнев, так какая разница, что я пытаюсь навлечь? Затем ты называешь мою сестру своей, тогда как я, кажется, развила родственные отношения с твоей сестрой.

Астерия сузила глаза, странный рык прокатившись у нее в горле.

— Моя кровная сестра — вот истинная причина, по которой я здесь.

Эндора закатила черные глаза. Кровь проступала сквозь ее тунику, придавая ей изможденный вид.

— Ты хочешь, чтобы я поверила, что тебя раздражают мои отношения с Фиби?

— Меня совершенно не волнует, с кем Фиби общается, — отчитала Астерия, скрестив руки на груди. — Фиби рассказала мне про эликсир смертности.

Эндора вздрогнула, ее тело застыло, что только заставило больше крови хлынуть из ее ран, и она вскрикнула — резко и отрывисто. Она быстро пришла в себя, гордо подняв подбородок.

— И что с того? — прохрипела она.

Астерия прищурилась.

— Она сказала, что он лишил ее бессмертия.

Эндора сухо кашлянула.

— И ты хочешь, чтобы я поверила, что тебя внезапно заботит, как долго проживет Фиби?

— Погоди, что? — спросил Уэллс позади нее. Астерия наконец глянула через плечо, изучая его лицо. Его брови были нахмурены, но эти яркие глаза сверкали любопытством. — Фиби добровольно отказалась от своего бессмертия?

Астерия кивнула, в то время как Эндора сказала:

— Конечно, да. Она так сильно любит своего человека, что отказывается пережить его.

— Она сказала, что сохранила свои силы, за исключением первого дня после приема, но потеряла улучшенные физические способности, такие как исцеление. — Астерия сузила глаза на Эндору, изучая ее и ощущая любые изменения Эфира внутри нее. — Ты говоришь мне, что у тебя получилось, и нет никаких драматических или опасных побочных эффектов?

— Единственный побочный эффект, который мы пока выявили, — это то, что он лишил ее способности иметь больше детей, — протянула Эндора, ее глаза пробежали по лицу Астерии. — Других не было. Почему ты спрашиваешь?

Подозрение сочилось из Эндоры вместе с замедляющимся потоком ее крови. Астерия с удовлетворением наблюдала, как раны Андромедианки затягиваются вокруг стальных ножей, включаясь усиленное исцеление, о котором они говорили.

— Сработает ли это на Лиранце?

Астерия поклялась бы, что почувствовала, как Уэллс застыл позади нее, его вдох стал быстрым, но тихим.

Хмурость Эндоры углубилась, затем ее лицо обмякло. Ее взгляд метнулся за Астерию, и уголок ее губы дрогнул совсем чуть-чуть, пока она пристально смотрела на Уэллса.

Твою мать.

Голос Эндоры стал маслянистым.

— И с чего бы это хорошему Маленькой Лиранке захотелось стать