Темные земли - Татьяна Усеинова

подданные чувствовали себя комфортно, в том числе и Игнифер. Огонь от очага отражался в его глазах, а на его лице царила лёгкая улыбка. Я впервые видела его таким… влюбленным. Он проходил мимо всех этих малознакомых мне механизмов и с гордостью показывал оружие и доспехи, которые здесь ковали. Он любил это место и гордился им.

Завидев его, кузнецы тут же склонили головы, их глаза радостно блестели: я почувствовала, что здесь он был свой. На стене висел фартук, который был меньше других по размерам, нетрудно было догадаться, что он принадлежал королю.

Уже стемнело, мы вернулись в замок.

Осмотр достопримечательностей произвел на меня приятное впечатление, а Игнифер открылся в новом свете. Он помнил имена всех своих подданных, а они отвечали ему уважением и любовью. Сегодня я впервые увидела в них не только покорность.

Он провёл меня в башню и остановился на пороге моей комнаты.

— Как тебе прогулка? — спросил Игнифер, всё ещё с блуждающей улыбкой на лице.

— Мне она очень понравилась, — честно призналась я. — Подданные любят тебя, ты умеешь с ними ладить.

— Годы практики, — усмехнулся он.

Мы немного помолчали. На секунду мне показалось, что мы похожи на двух влюблённых после первого свидания, но я быстро отогнала эти мысли. В чём-то я была похожа на подданных короля: мне трудно было кому-то довериться. Я была готова выйти замуж за Игнифера, но меня пугала сама мысль о том, что он может мне понравиться.

— Как тебе твой свадебный наряд?

Король словно не хотел прощаться.

— Платье почти готово, — ответила я. — На мой взгляд, оно очень красивое. Надеюсь, тебе оно тоже понравится.

— Конечно, понравится, оно ведь будет на тебе, — вырвалось у Игнифера.

У меня перехватило дыхание. Я опустила глаза от смущения.

— Доброй ночи, — поспешил он закончить разговор.

— Доброй ночи, — с облегчением ответила я.

Нападение

На следующее утро Игнифер не пришёл, чтобы вместе позавтракать.

Къяра набрала ванну, помогла мне одеться и сопроводила в обеденный зал. Когда мы проходили мимо кухни, я поприветствовала поваров. Они как обычно ответили мне оторопевшим молчанием, словно каждая встреча со мной была для них неожиданностью.

После завтрака я решила сходить в оранжерею, и Къяра, наконец, оставила меня одну.

Прозрачный купол, как Игнифер и обещал, был идеально вымыт. Воздух в оранжерее до сих пор сохранял влажность, а земля до конца не впитала воду. Я взялась за работу: нужно было отмыть от вековой пыли статуи, фонтаны, резные скамейки и светлые мраморные плиты, выложенные между ровными участками земли, где когда-то росли цветы. Окруженная землёй и растениями, пусть даже полуживыми, я чувствовала что-то похожее на умиротворение. Забота об этом месте и физический труд помогали мне ни о чем не думать.

Время пролетело незаметно. Ближе к обеду Къяра вернулась, чтобы сопроводить меня обратно в башню. Когда мы проходили мимо переговорной комнаты, через открытую дверь я увидела Игнифера, стоящего возле овального стола ко мне спиной. Его окружали огромные, закованные в чёрные доспехи с шипами, вооружённые до зубов стражи. На фоне их мощных, покрытых тёмной шерстью тел, фигура короля казалась хрупкой. Теперь стало понятно, почему он пропустил завтрак. Магна, заметив меня у входа в переговорную, поспешно подошла к двери и яростно её захлопнула прямо перед моим лицом. Я вздрогнула от неожиданности и грохота.

Къяра пошла вперёд, что меня порадовало, потому что она не видела, насколько меня потрясло случившееся. Внезапно я осознала, что чужая здесь. Пусть молчаливые повара не захлопывали передо мной дверь, но она была закрыта внутри них самих. А сам Тёмный король, окруженный доверенными лицами, сейчас вёл переговоры о том, как бороться с моим родным королевством.

Война не исчезла с принятием моего решения, это я стала на другую её сторону. Не был ли мой поступок безумием?

Все эти мысли в доли секунды пронеслись в моей голове. В какой-то момент я была готова даже бросить всё и уйти из этого замка, но меня останавливало обещание, которое я дала Игниферу. Расстроенная и подавленная, я поспешила за Къярой, которая уже ушла далеко вперед.

Ночью меня разбудили громкие крики и шум, доносившиеся словно отовсюду.

Я резко села в постели, сердце от испуга готово было выскочить из груди. Схватив со стола лампу, которая обычно горела всю ночь, а утром её тушила Къяра, я накинула на плечи тёплый платок и выбежала из комнаты.

Проходя по бесконечным коридорам замка, я поняла, что крики раздаются подо мной. Когда я спустилась по винтовой лестнице на нижний этаж, голоса стали слышны более отчётливо. Я шла на яркий свет и вскоре увидела перед собой просторное светлое помещение, в котором рядами стояли огромные койки, на которых могло уместиться три человека сразу. На каждой из них лежали окровавленные тела стражей. Их доспехи были разломаны, тела изрублены, у некоторых из груди, ног и рук торчали стрелы с белым оперением. Судя по цвету оперения, они были виридийскими. Воздух пропитался запахом крови.

Тела продолжали приносить и за неимением свободных коек клали прямо на пол. Мимо раненых быстро, но без суеты передвигались лекари в светлых балахонах с накинутыми на головы капюшонами. Я искала глазами Игнифера, готовая ко всему, но к счастью его здесь не было.

Рядом с палатой располагалась комната поменьше. На длинных полках ровными рядами стояли сосуды с лекарствами, на небольшом столе лежали медицинские инструменты: долота, щипцы, ножницы, рядом стоял стол больших размеров, который сейчас пустовал. Видимо, на нём проводились операции.

Лекари работали слаженно, без паники, но не успевали — раненых было слишком много. Я подошла к одному из лекарей, осматривающему пациентов, и, перекрикивая шум и стоны раненых, сказала:

— Я хочу вам помочь!

Он быстро взглянул на меня, после чего вернулся к осмотру стража.

— Помощь оказывается только обученными лекарями, вы не можете помочь, — негромко прорычал он.

— Я могу остановить кровотечение, залечить ранение…

— Каждое действие медицинского работника чётко спланировано. Постороннее вмешательство чревато потерями, — непреклонно ответил он, не глядя в мою сторону.

Лекарь крупными и быстрыми шагами переходил от койки к койке, продолжая осмотр: задавал вопросы раненым и получал или не получал ответы. Я старалась не отставать от него.

— Что Вы сейчас делаете?

— Провожу первичный осмотр и сортировку раненых, — терпеливо ответил он. — Воины с лёгкими и тяжёлыми ранениями, не совместимыми с жизнью, отсортировываются в первую очередь. Их переносят в другие помещения. Те, кто получил ранения средней тяжести и тяжелые, остаются, им будет оказана медицинская