Как не подставить истинную - Мия Флор

— Себастиан! — Заледеневшими руками я убираю снег с его огромной драконьей морды, высотой с меня. Глаза закрыты. Он же не может спать?

Пытаюсь его растормошить. Дергаю за ухо, толкаю в щеки. Чем больше мои глаза привыкают к тусклому освещению Люмираны и мерцающей кожи дракона, тем сильнее страх прокрадывается в мое сердце. Я замечаю несколько рваных ран на теле дракона и кровь, пачкающую снег…

— Нет… Нет! Себастиан! Ты же меня слышишь? Ну же, миленький, открой глаза! — шепчу я ему, расчищая от снега его громадную морду.

Сначала дракон морщится. Фыркает. Потом, я слышу легкий утробный рык, походящий на мурчание кошки, только громкое и болезненное. Я ощущаю теплое дыхание дракона. Он жив. Но сердце все равно продолжает тревожно скакать туда сюда в моей груди, отбивая эхом о стены глубокой расщелины. Я больно кусаю себе губы, терзаясь чувством вины. Из-за меня он пострадал. Надо было послушать его, сидеть в библиотеке…

Тело Себастиана приходит в движение, и я вынуждена быстро отскочить в сторону, чтобы позволить дракону принять человеческое обличье. Его тело переваливается с одного бока на другой. Становится сложно определить, где хвост, а где шея. Я слышу звуки, похожие на стоны, и скрежет когтей по ледяной поверхности.

Момент обращения кажется таким интимным, что я решаю отвернуться, чтобы не смущать Себастиана своим подсматриванием, и не смущаться самой. Когда превращение заканчивается, я подхожу к тяжело дышащему Себастиану. Он сидит и опирается спиной на заледенелый выступ, его голое тело обессилено, хоть и на первый взгляд кажется, что раны, которые я видела на теле у дракона, значительно уменьшились в его человеческой форме. Возможно, обращение действует исцеляюще…

— Кирана… С тобой все хорошо? — хрипит Себастиан, и я замечаю довольную полуулыбку на его лице.

Как он может думать обо мне в таком состоянии?

— Да. Все просто замечательно. — пытаюсь говорить я как можно спокойнее, однако, покрасневшие от накативших слез, глаза выдают мое волнение, тревогу и ужас от произошедшего. Ужас, в котором виновата я… Надеюсь, он не заметит этого…

Дрожащими руками разрываю верхний слой своей юбки. Треск одежды. В полутемноте, я пытаюсь перевязать раны на его руках. Осторожно дотрагиваюсь до обжигающего тела, боясь причинить боль, однако, оборотень ловит мое запястье и притягивает к себе.

— Кирана… — шепчет он. — Ты так вкусно пахнешь…

От его шепота дрожь проходит по всему телу. Чувствую, как щеки заливает румянец, хотя вокруг стужа, и не сопротивляюсь, когда он зарывается носом в мои локоны и его горячее дыхание касается кожи. В слабом сиянии Люминары замечаю, как над его разгоряченным телом клубится легкий пар.

— Ты горячий… — делаю я вывод, после того, как дотрагиваюсь ладонью до его лба.

— О да… Я очень горячий… И тебе повезло, что зелье перестало уже действовать. — он усмехается и удовлетворенно смотрит на то, как я продолжаю перевязывать его рану, в этот раз, на ноге.

— Какое зелье?

— Не важно. — Вздыхает он. — Это теперь позади. Мне удалось не наделать глупостей. Я был на грани, когда ты появилась в моем замке…

— Тебе больно? — спрашиваю я, пряча свои слезы. Ему ведь и так плохо, если я еще здесь разревусь, вряд ли это поможет…

— Пустяки, до утра заживет, но нам лучше найти путь обратно.

Сердце каменеет. Я вскидываю голову кверху, не решаясь высказать свое беспокойство… Чтобы выбраться, надо подняться на сотню метров вверх и протиснутся сквозь дыру… У меня это врядли получится. Я летать не умею. А вот Себастиану в крылатом обличье это может вновь причинить боль и новые раны… Другого способа выбраться я не вижу. Мы окружены гранитом каменной расщелины.

— Я знаю способ. — успокаивает меня Себастиан, словно услышав мои мысли. Но я не верю. Как отсюда можно выбраться, при этом не пострадав? Возможно, он бредит.

Разорвав платье на продолговатые полоски и перевязав раны, я обнимаю оборотня и пытаюсь прикрыть остатками своей юбки его тело. Я стараюсь сделать все что в моих силах. Выходит, конечно, коряво.

— Тебе холодно? — спрашиваю.

— Ты рядом, этого достаточно чтобы согреть меня. — отвечает он, прижимая к себе крепче. Я чувствую как мы передаем тепло друг другу, при этом усиливая жар. Он прав, нам не нужен огонь.

Так мы сидим в тишине, пока Себастиан заботливо поглаживает меня по волосам, словно и не оказался здесь из-за меня, раненый и голый.

Я всхлипываю. И меня несет.

— Мне очень жаль. — начинаю я. — Это из-за меня. Ты говорил, чтобы я сидела в библиотеке… Но я не послушала. Скрипка. Я нашла ее и мне срочно нужно ее вернуть… — я понимаю что мой голос дрожит и самой становится противно от собственной слабости и безнадежности. Я виновата в этом. Себастиан пострадал из-за меня…

— Кирана, успокойся. Все будет хорошо. Сейчас мы найдем отсюда выход.

— Неужели это возможно? — Я стою перед ним, в отчаянии, потому что в этой темноте я не вижу никакого выхода. Даже намека!

— Это мои земли. Мои горы. Я знаю здесь каждый камень. Доверься мне.

Себастиан медленно и с трудом встает, опираясь при этом на ледяную стену. Сначала он произносит заклинание и на нем появляется одежда. Свежая, чистая, элегантная.

Я остаюсь сидеть с открытым ртом, потому что до этого так заботливо его прикрывала своей разодранной юбкой. А теперь наблюдаю, как он галантно подает мне руку, приглашая подняться с гранитного дна расщелины…

Затем, Себастиан начинает внимательно прислушиваться к стене расщелины, местами постукивая ее, пока я играю на Люминаре, освещая нам путь. Он уже не выглядит болезненно. Напротив, кажется, что он светится от радости. Так мы идем вдоль стены. Вид его уверенного лица дает мне надежду, что у нас есть шанс выбраться из расщелины.

В какой-то момент Себастиан останавливается и проводит ладонью по заледеневшей стене. Его пальцы чертят в воздухе странные символы, которые вспыхивают голубым светом. Внезапно часть стены начинает таять, открывая проход в пещеру.

Я ахаю. Бриллианты всех размеров — от крошечных до огромных — сверкают подобно застывшим звездам. Слабый свет от Люминары отражается тысячей искр от кристаллов, усыпающих стены.

Себастиан проходит внутрь, он кажется не менее изумлен, чем я сама…

Я делаю шаг за ним. Розовые, голубые, зеленые отблески танцуют на стенах, создавая впечатление, будто мы оказались внутри гигантской призмы. Люминара легко вибрирует в моих руках, словно разговаривая на своем языке с камнями…

— Это... это невероятно. — шепчу я, боясь нарушить волшебство момента