Сиротка хочет замуж. Любовь не предлагать - Надежда Игоревна Соколова
Проснувшись, я уже знала, где что изменить в своих нарядах и какую новую струю привнести в это болото. Раз уж я тут очутилась, то не собиралась оставаться в тени.
— Я вам здесь устрою модный приговор, — проворчала я, поднимаясь с кровати.
Как ни странно, тело не болело. И в общем я себя чувствовала даже очень хорошо отдохнувшей.
Вызвав служанку, я занялась утренним туалетом. Затем я переоделась в одно из платьев из усадьбы, раз уж мои наряды пока что не были готовы. Оглядев себя в зеркало, решила, что выгляжу достаточно презентабельно даже в светло-сером платье, длинном и полностью закрытом. Оно обтягивало фигуру, подчеркивая талию, и в то же время скрывало все недостатки. А значит, можно спуститься в обеденный зал и позавтракать у всех на виду. Пусть привыкают к моему присутствию за столом.
Волосы я зачесала в пучок, оставив несколько прядей свободно спадать на лицо. И из зеркала на меня сейчас смотрела придурковатая старая дева.
Ладно, потерплю пока свой внешний вид. Потом надо будет косметику найти. Может, хоть с ней стану выглядеть относительно нормально.
Надев туфли на невысоком каблуке, я уверенно зацокала каблуками по полу. Вернее, по небольшим неприкрытым участкам. В остальных случаях пушистые толстые ковры скрывали все звуки.
Я добралась до лестницы, спустилась по ней в холл, зашла в обеденный зал. Народ уже был там, императорская семья в полном составе сидела на своих местах.
Ну и придворные тоже, конечно. Куда ж без них?
— Доброе утро, — мило улыбнулась я.
И пожалела, что вышла без косметики. Совсем другой эффект от моей улыбки получился бы. А так, даже не вздрогнул никто.
Меня поприветствовали радостным тоном, как будто встреча с моей скромной персоной стала старым, добрым обычаем. Будущая свекровь тепло уверила меня, что с моим появлением утро стало еще добрее, чем было. Я уселась на свое место, в уютном кресле напротив Леонарда. Он сидел мрачнее тучи, словно тень накрыла его лицо, и, похоже, не испытал ни капли счастья при моем появлении. Что ж, это только его проблемы, и я не собиралась позволять его недовольству задеть меня.
Стол был уставлен разнообразными блюдами, и, как оказалось, денег на еду тут не жалели. Даже во время завтрака выглядело так, словно собратья по столу готовились к пиршеству: два вида пирогов — с капустой и яйцом, и с мясом, сладкие ватрушки с ягодами, оладушки, обжаренные до золотистой корочки, сырники с медом, чуть подслащенная каша бежевого цвета, морсы, компоты, соки и варенье.
Я встала из-за стола, ощущая себя этаким бочонком для хранения пищи. Как вообще передвигаться получалось с таким обилием еды внутри, не знаю. Но, по крайней мере, я дошла до двери зала самостоятельно. И там, уже в холле, меня перехватила служанка, подбежавшая ко мне с приглашением от императрицы. Моя будущая свекровь предлагала нам с ней вдвоем выпить чай и пообщаться на разные темы, похоже, именно сейчас. Полагаю, можно было бы и без чая обойтись. Просто зайти в гостиную и ответить на все вопросы, скопившиеся у любопытной свекрови. Естественно, отказ не принимался.
Так что служанка проводила меня в ту самую гостиную, с накрытым к чаепитию столом. Там, в удобном кресле неподалеку от камина, уже сидела императрица. На ней было множество украшений, от изысканных серег до замысловатого колье, сверкали драгоценные камни, подчеркивая её статус. На ней, да. Не на мне. А мне всего лишь предложили соседнее кресло. Я уселась туда. Служанка разлила нам в чашки чай и удалилась.
Ну и? На какую тему будет допрос?
— Найра Ирисия, надеюсь, вам нравится во дворце, — закинула пробный шар императрица.
— Очень, ваше величество, — честно ответила я. — Здесь и уют, и роскошь, и удобство — все есть.
Императрица довольно улыбнулась, как будто это все было создано целиком ее стараниями. А слуги тут ни при чем, угу. Впрочем, о чем я… Мое начальство, на Земле, на работе, тоже приписывало себе наши с девочками труды. И успехи скромно причисляло на свой счет. Неудачи только почему-то делились на всех. И отнимались в виде штрафов за работу. Денежных, естественно. Не удивлюсь, если тут была ровно та же самая система. Миры меняются, а существа в них остаются неизменными…
— Рада слышать, — между тем произнесла императрица. — Найра Ирисия, вы прибыли из другого мира. Сын рассказывал, что наши миры сильно отличаются. Не расскажете, чем именно?
Ой, даже и не знаю. Когда ж, интересно, Леонард успел узнать об отличиях в мирах? Я ему точно больших экскурсов в развитие Земли не делала. Неужели решил так из-за моего поведения? Или моя свекровь врет и не краснеет? Нет, я расскажу, мне не жалко. Но хотелось бы четкости и ясности в этом вопросе. А так получается, что придется Леонарда к стенке прижимать. После свадьбы, наверное, уже. А то спугну ненароком.
Глава 21
— Отличий на самом деле не так уж и много, ваше величество. В основном они касаются приспособлений для изменения образа жизни, — я вздохнула, развела руками, показывая, что этот пункт уж точно от меня не зависит. — Здесь используют магию. В моем бывшем мире все делалось без ее помощи. Но зато там работала техника, которой здесь нет. Что же касается взаимоотношений или характеров… Боюсь, все то же самое.
Императрица кивнула, мол, понимаю. И всем своим видом показала, что готова слушать. Внимательно слушать.
И проговорили мы долго, очень долго. Я даже не засекала, как долго. Я начала рассказывать о манерах, о свободах и возможностях, о том, как деньги в любом мире играют главную роль. Мы говорили очень долго, и я даже не засекала, как долго. Я без усталости делилась своими взглядами и сравнениями. Не затрагивала лишь технику, зная, что она была неинтересна императрице. Именно поэтому чай стал моим безмолвным союзником, помогая смачивать натруженное горло — идеальная вещь! Не думаю, что я выдержала бы столько времени, говоря без остановки, если бы не он.
И снова нас прервал Леонард. Похоже, это становилось уже традицией, у него так уж точно: появляться на пороге гостиной, когда я занята, общаюсь с кем-то. Бездельник, что тут скажешь. Вот я, женщина занятая, не шастаю по всем подряд комнатам дворца, чтобы найти, кого бы прервать. А ему явно нечем заняться.
Открыл дверь, распахнул
