Отвергнутая невеста для верного дракона - Джулия Поздно

— Мне бы твою уверенность, Гатрик… — тяжело выдохнул, судя по всему, король. — Если бы не обстоятельства, я бы даже и не подумал приглашать сыновей Шолгира.

— У вас семь дочерей, и каждая из них красавица, каких свет не видывал! Они не могут не понравиться.

— Что верно, то верно. Наследие от матушки, моей ненаглядной Ауреллы. Но речь сейчас не об этом… Государство разорено, никто больше не соглашается давать займы, и если ни одна из моих дочерей не приглянется принцам… кажется, все пропало.

Бедный. Мне стало искренне жаль короля, но все-таки себя было еще жальче, и поэтому я собралась при первой возможности покинуть кабинет и бежать.

— Шолгир, духи бы забрали его голову, выдвинул условия, что молодые люди должны понравиться друг другу, иначе никакой свадьбы.

У-у-у. Бедный вдвойне. Я, кажется, совсем недавно уменьшила шансы короля ровно на одну дочь. Хотя там же постарался целитель…

Меня невольно передернуло при одном лишь упоминании о принце.

Потом пошли обсуждения о границах лесного королевства и, кажется, немного о вооружении стражей магическими молотами. Признаться, на этой теме меня невозможно потянуло в сон, я еле-еле достояла за портьерой до конца всего разговора.

Вскоре мужчины свернули свою беседу, дверь хлопнула, а я сползла на пол. Ноги мои гудели, в своем наряде я чувствовала себя скованно и неудобно, а в голове лишь билась одна мысль: как меня так угораздило…

От жалости к себе снова к глазам подступили слезы, но я не велась на провокации своей психики.

Никаких слез!

Встала, высвободилась из плена тяжелой ткани и прямиком направилась к двери. Оставаться этой ночью в странном месте я не планировала.

И стоило только дернуть дверь на себя, как на пороге я столкнулась с мужчиной.

Первая мысль была, что это тот самый король, но, посмотрев в его глубокие, как большие озера, глаза, отмела эту мысль. Слишком молод для короля. Хотя его взгляд не был таким, как у того наглеца-принца. Никакой игривости и дурных намерений не считывалось.

Но как же я умею ошибаться в людях!

Первое, что сделал мужчина, когда перевел свой взгляд вниз, уставился на вырез моего декольте.

Да что же их переклинило…

— На что вы смотрите, господин хороший?

И незнакомец наконец отмер, а затем склонился в почтении:

— Ваше высочество, — проговорил мужчина, — я секретарь короля Жуге, Фьори Бельмунт. Сопровождаю его высочеств: Эрбина и Элдрона Хворлэев Жуге.

— Ох, простите, я не помню, чтобы нас представляли, — и я изобразила книксен.

Не знаю, что это толком такое, но, кажется, память тела работала на отлично, потому что я выполнила все безупречно, как будто занималась подобным не первый год.

Когда я присела, приветствуя нового знакомого, и голова немного качнулась вперед, а волосы скрыли от секретаря мое лицо, стало понятно, насколько они были длинные и густые…

Похвастаться природной красотой своей шевелюры я никогда не могла. Шампуни, расчески, витамины никак не прибавляли растительности на моей голове, но современные средства по укладке творили чудеса! И этого было достаточно.

Поэтому я не очень сильно страдала от отсутствия длинной косы.

С непривычки я спохватилась откидывать волосы себе за спину и запуталась еще больше, как итог — сдвинула тонкую диадему себе на лоб и, кажется, сейчас походила больше на растрепанную ведьму, чем на принцессу.

Мои щеки заалели, стало невероятно стыдно за свою нерасторопность.

— Ванора Калдерон, седьмая дочь короля Луца, — ох, я даже знала свое имя…

— Очень приятное знакомство.

— Простите, мне не положено находиться с малознакомым мужчиной столько времени наедине.

Я встала, расправила юбку, но Фьори Бельмунт не очень спешил меня пропускать.

— Кажется, это ваше? — секретарь протянул руку, а когда раскрыл свою ладонь, я мысленно ахнула. Мои оторванные пуговицы с корсета…

Ну что же, первое правило, когда тебя закидывает в неизвестную обстановку, — все отрицать.

— Вы ошиблись, — и, легонько толкнув нового знакомого плечом, поспешила ретироваться.

Я захлопнула за собой поплотнее дверь в кабинет короля Луца и, не оборачиваясь, направилась в комнату той, в чьем теле я оказалась.

Последняя надежда на то, что меня каким-то чудесным образом перекинуло с того моста в другой мир, таяла, как лед за окнами королевского замка. Если меня и перенесло, то как дух с памятью о прошлом. Здесь же я седьмая невеста на выданье…

Глава 2

В комнате было миленько. Ну как… кровать, медная люстра с ободком под каменным потолком, зеркало в пол, чаша с кувшином, наполненная водой, и окно — большое, в плотной деревянной раме. И все… Ни тебе телевизора, планшета, телефона на худой конец.

Я шагнула к окну, раскрыла створки — захотелось еще раз убедиться, что все плохо.

Плохо. Очень.

За окном камни, непроходимый лес и горы. Сотовых вышек, естественно, тоже не было. Ну что же, можно было уже впадать в панику, теперь по-настоящему.

Я дала круг по комнате, схватила подушку с кровати и чуть ее не выронила — тяжелая жутко, это мне не гипоаллергенное наполнение невесомое. Попахивало птицей, и в подбородок мне тут же ткнулось гусиное перо…

А-а-а… Чертов Артем и его губастая швабра! И я дура, что поперлась на мост, нашла из-за кого с ума сходить.

Я откинула подушку в сторону, сложила руки на груди и попыталась прочувствовать, люблю дурака еще или отпустило.

Не люблю и даже убивать бы не стала. Домой захотелось, аж в груди кольнуло — там же бабуля одна-одинешенька.

Как вот теперь спасаться и вернуться, вопрос, конечно, открытый…

Я решила, что не буду себя нервировать еще больше, ошалеть я уже ошалела, короля вот живого увидела и придворных, Артема разлюбила, быстро и эффективно. Все! Может, на этом мои жизненные уроки окончены?

Вернулась к окну. Ну, собственно, никаких мостов вдали тоже не виднелось, то есть вернуться в исходную точку и рассчитывать, что откроется какой-либо проход, совсем не вариант.

Сердечко в груди подрагивало, в голове пульсировало с утроенной силой. Эх, и чего мне дома не сиделось? Сериальчик бы слезный посмотрела, прорыдалась в тепле и легла бы спать!

Кстати, о сне…

Я распустила корсет, прилично повозившись и со шнуровкой, и с юбками. Скинула с себя груз принцесскиной ответственности в виде платья и, оставшись в одной нательной рубашке, залезла под холодное одеяло.

Лютый холод сковал мое тело, и захотелось все-таки порыдать. Ну а чего теряться? И я дала волю своим задетым чувствам. Рыдала недолго, потому что на третье всхлипывание дверь в мою