Не сглазь и веди - Джульетта Кросс

Он надавил большим пальцем мне на подбородок, открыл мой рот и наклонил голову. Его губы прижались к моим, язык проник внутрь, лаская меня, сочетание нежности и стальной твердости заставляло меня плавиться на барном стуле.

Я застонала, только тогда осознав, что обеими руками вцепилась в его футболку, а его твердая, как камень, грудь прижалась ближе. Мои ноги были закинуты на перекладину табурета, а его тело зажато между ними. Вампир провел рукой по моей икре к колену, сжал его и отодвинул мою ногу дальше в сторону. И прижался тазом к моему.

Все это время его губы сводили меня с ума, доводя до предела. Его большая рука медленно скользнула вверх и обхватила мое бедро, удерживая на месте, пока он продолжал целовать меня с полной отдачей.

Я много раз целовалась. Но то, что Деврадж вытворял своим языком, ртом, кончиками зубов, покусывая мою нижнюю губу, а затем нежно поглаживая меня, было не похоже на то, что я испытывала раньше. Он словно исследовал только что завоеванную территорию. Без колебаний, поскольку она принадлежала ему, но четко отмечая губами каждый дюйм.

Когда его восхитительные губы спустились с поцелуями по моему подбородку к шее, я схватила его за плечо – черт возьми, как же сильно были напряжены его мышцы – и погрузила другую руку в его густую гриву. Деврадж застонал и прижался к нежному месту у основания моего горла.

– Я собирался тебя спросить, – он провел заостренными клыками по моему плечу и оттянул бретельку платья без рукавов, – хочешь ли ты, чтобы я трахнул тебя жестко или аккуратно и медленно. – И снова это сочетание: царапанье его острых зубов, затем успокаивающее движение языка. – Но я понял, чего ты хочешь. Что тебе нужно.

– Правда? – спросила я, потрясенная тем, что слышала на его тихой кухне собственное тяжелое дыхание. – И что мне нужно?

Его губы задержались над моей ключицей, и он прочертил языком тонкую линию. Каждое прикосновение его пирсинга было как мягкий удар тока – неожиданно нежный и дразнящий.

– Все, – прошептал он мне в кожу. – Я позабочусь о том, чтобы ты получила незабываемое удовольствие.

Тогда я поняла, что Деврадж расстегнул весь ряд пуговиц моего платья так, что я этого не заметила. Он отступил и обнажил меня всю, оставив на мне только белые хлопковые трусики и лифчик. Он сделал еще шаг назад и окинул меня долгим неторопливым взглядом, его руки скользили вверх и вниз по моим бокам. Его большие пальцы давили на мои бедра, от него волнами исходило горячее желание.

Я положила ладони на его руки ниже бицепсов, ожидая каких-нибудь приятных слов или парочки соблазняющих фраз. Но он лишь молча смотрел, пожирая меня взглядом.

– Деврадж, – произнесла я, начиная чувствовать себя неловко. Он вздрогнул, его пристальный взгляд встретился с моим, в глазах цвета красного дерева мелькнула расчетливая напряженность. – В чем дело? – настаивала я, желая знать, о чем он думает.

Его хватка на моей талии стала крепче, и он посадил меня на узкий край островка. Это действие так меня потрясло, что я взвизгнула и схватилась за его предплечья. Стоя у меня между ног, Деврадж стянул с моих рук платье, и оно упало на столешницу.

– Прошу прощения, – прошептал он, и его руки скользнули мне под мышки и за спину, чтобы расстегнуть лифчик. – Я обдумывал…

– Обдумывал?

Он стянул с меня бюстгальтер и провел ладонью между грудей, его рука легла на мою ключицу.

– Я обдумывал, что сделать с тобой в течение следующих четырех часов. – Он мягко подтолкнул меня и усадил обратно на остров. – Тебе лучше за что-нибудь держаться, – предложил он и положил мои руки на края гранита, а затем зацепил пальцами трусики и быстро стянул их с ног.

О боже. Обнаженная, я лежала на кухонном острове; в окно проникал вечерний свет. К счастью, оно было расположено высоко, и никто не заглянул бы в помещение с дороги, но мысль о том, чтобы оказаться на виду у соседей, ужасала. И возбуждала.

Я всегда занималась сексом в спальне и, как правило, в темноте. Здесь же все было совершенно новым. Деврадж распластал меня голой на своей кухне, как будто приготовил в качестве основного блюда.

Он схватил свисающие с островка полы платья и двигал мое тело до тех пор, пока моя попка не оказалась на краю. Вампир провел руками от моих икр к коленям, наклонился всем телом и прижал мои бедра к своим широким плечам.

О господи, о боже.

Я заметила, как стала шире клыкастая улыбка, когда Деврадж опустил взгляд ниже. Для меня это было уже чересчур. Я откинула голову и уставилась в потолок кухни. Он провел пальцем по моей гладкой щелочке и одобрительно застонал.

– Изадора, – прошептал он с таким обожанием, что я выгнула шею.

Его дыхание обдало меня жаром, а щетина на его подбородке царапала внутреннюю поверхность моего бедра. Вцепившись в края столешницы, я приготовилась ощутить на себе касания его проколотого языка. Но когда Деврадж раздвинул меня двумя пальцами и легко лизнул мой клитор, я поняла, что к такому было невозможно подготовиться.

– О господи. – Мои бедра оторвались от стойки, но он положил руку мне на таз и прижал его к столешнице.

– Полегче. Мы только начинаем, любимая.

Деврадж принялся пожирать меня, в буквальном смысле слова. Больше никаких нежных ласк. Он ненасытно лизал клитор, отчего мои бедра раскачивались, но он крепко меня держал, и его тяжелые стоны звучали в унисон с моими. Он скользнул двумя пальцами по моей влажной киске и ввел их в меня, накрыв ртом тугой бугорок и искусно работая своим проколотым языком.

– О господи.

Я ничего не могла с собой поделать. Запустив руку в его волосы, я покачивала бедрами в такт толчкам, чувствуя, что вот-вот кончу. Если бы я могла думать о чем-то большем, а не только об ослепляющем удовольствии, пронзившем тело, я бы, возможно, смутилась. В ответ на мою реакцию Деврадж тихо зарычал – и этот звук отозвался горячей вибрацией где-то глубоко внутри. Все перед глазами вспыхнуло, и я вскрикнула, когда оргазм накрыл меня с головой. Однако вампир не остановился – его губы все так же нежно, настойчиво ласкали мой клитор.

Он замедлил движение пальцев внутри меня, пока я стонала, пытаясь отойти от оргазма. Я едва не смутилась, осознав, с какой легкостью он заставил меня кончить. Когда мое дыхание почти выровнялось, он вынул из меня пальцы и встал. Я думала,