Развод. Верни мне сына - Оксана Владимирова

прикажешь? Порте заботился о нас, со мной он был нежен, ласков и терпелив, объясняя мне какие-нибудь законы или предупреждая меня об опасности. Я не понимала, почему граф ведёт так именно со мной. Если бы я с ним расплачивалась постельными утехами, как он однажды предложил мне, я бы понимала что к чему, но Порте дальше поцелуев со мной не заходил, о серьёзности намерений не говорил, а мой сын и я привыкали к присутствию графа в нашей жизни всё больше и больше. Я понимала, что эта идиллия когда-нибудь закончится и блистательный имперский следователь снова поедет в столицу, где будет много девушек знатного рода, готовых выйти за него замуж. Поэтому старалась не думать о будущем, ловя частички счастья здесь и сейчас.

О смерти Лукаса, мы с Батисто сказали Райну вместе. Сын расстроился и даже поплакал, но попросил, чтобы я не отдавала его Грэйс. Мы вместе с Райном под охранной двоих доверенных людей, сходили на могилу Лукаса, где каждый сказал ему последние слова, что стояли в наших сердцах. Райн расплакался и сказал, что прощает папу за то, что он полюбил плохую женщину и выгнал маму.

Моё сердце сжалось, когда он это говорил, я еле сдержала слёзы. Но призналась себе честно, что не держу на Лукаса зла, в конце концов, он получил от своей жены то, что сам выбрал. На следующий день Райн даже не вспоминал отца, да и моя рана в сердце стала затягиваться. Огласили завещание, согласно которому имение Зенон делилось между Райном и нерожденным ребёнком Грэйс. Управляющим долей Райна назначалась вдова Зенон.

Мне было всё равно. Мои дела, как артефактора шли просто отлично, и я знала, как расширить своё дело. Но пока не решила, стоит ли мне остаться в Тиранхейме или уехать с сыном подальше от города, чтобы начать жить сначала. Лаура звала меня в столицу и обещала помочь с открытием артефакторской лавки. Я была уверена, что Райн вырастит в достатке и не будет нуждаться в куске хлеба. А если когда вырастит, захочет забрать имение отца, то я ему помогу, но сейчас я не хотела бороться с Грэйс, наоборот, хотелось держаться подальше от её грязных делишек, чтобы подарить сыну счастливое детство.

Глава 65

В артефакторскую заглядывали зимние солнечные лучи, благодаря которым в моём царстве стало светлее и уютнее. Настроение с утра было отличное, и я задумалась о расширении. Я получила письмо от Лауры, где она делилась своими находками в артефакторике, и я пыталась создать по её описанию артефакт, который будет собирать в кухне все неприятные запахи.

В дверь постучались.

— Госпожа Зенон, можно к вам? — на пороге стоял незнакомый, солидно одетый мужчина.

— По какому вопросу? — указала я рукой на кресло для посетителей.

Мой кабинет был очень хитро оборудован, поэтому ни я, ни работники таверны не боялись грабителей или мелких жуликов. Ловушки, расставленные по всему дому, не давали никому и шанса нажиться на нас. Я нисколько не смутилась, не насторожилась, когда мужчина, окинув помещение цепким, холодным взглядом, присел в кресло.

— Госпожа Марино, мне нужен артефакт, который будет охранять мой дом, — мужчина замолчал, уставившись на меня каким-то пустым взглядом, как будто я для него пыль под ногами.

Меня даже передёрнуло.

— Хорошо. Сейчас я немного занята, давайте договоримся…

— Вам нужно осмотреть мой дом сейчас, чтобы взяться за работу, — не дослушал меня мужчина.

Мне не понравился тон клиента. Но он уже сидел передо мной, а дверь в артефаторскую была закрыта. Нужно найти предлог, чтобы отложить его дело, чтобы потом с охраной от Батисто или с кем-то другим из мужчин сходит к этому человеку домой, либо вообще не браться за заказ.

— Вот письмо от вашей подруги герцогини Верро, — мужчина протянул руку с письмом, не вставая с кресла.

То есть, встать и подойти к клиенту должна была я. Но меня прямо коробило и находится рядом с этим человеком, показалось чем-то запредельным и опасным. Какой-то он был жуткий, неприятный, как оживший мертвец. Веяло от этого человека чем-то чужеродным, неправильным.

Я взмахнула рукой, лёгкий ветерок вырвал письмо из рук моего клиента, и послание полетело ко мне.

— Как вас зовут? — поймала я письмо и положила перед собой.

Глаза мужчины проследили за моими руками, затем он поднял равнодушный взгляд и посмотрел мне в глаза.

— Господин Бельеморан. Я прибыл из столицы, где являлся поставщиком драгоценных камней Её светлости герцогине Верро для артефактов.

То, что мужчина был неместный, я уже поняла. Если бы он здесь жил, то весь город бы уже судачил о нём.

— Чем планируете заниматься в Тиранхейме?

— Откройте письмо, — приказал господин. — Там всё написано.

Привык командовать.

Опасность! Вопила моя интуиция.

Незаметно послав в письмо импульс магии, я не обнаружила там ядов или зловредных заклинаний. Я взяла конверт и стала его распечатывать.

— Я приехал к Тиранхейм к своей дочери. Она вышла замуж, а её муж погиб по вине его бывшей жены.

Моя рука, уже раскрывшая письмо, дрогнула. Какая знакомая история. Я хотела отложить листок с письмом, но тут чёрный дым вырвался из конверта.

Чёрная магия! Отец Грэйс — чернокнижник? А Грэйс?

Я с ужасом смотрела, как чёрное облако приближается к моему лицу. Всего несколько секунд, а в моей голове промелькнуло множество вопросов. Как мой сын?

Я попыталась выставить щит, но чёрное заклинание, сотворённое из крови невинных людей, прошло через щит и осело на моей коже. Ещё из курсов в академии магии я знала, что чёрное заклинание всегда достигает своей цели и его непросто обнаружить обыкновенной магией. Я попалась!

Я подскочила с места, но было уже поздно. Господин Бельеморан безразлично рассматривал свои ногти.

— Сейчас ты пойдёшь со мной, — отец Грэйс встал.

А моё тело послушно направилось за мужчиной, оставляя на столе письмо от Лауры, где она просила помочь некому господину из столицы.

Глава 66

Я была в сознании, но ничего не могла противопоставить чёрной магии. Даже сердце билось ровно и спокойно, далеко не в тон моим мыслям и эмоциям. Голова от этого несоответствия разболелась, но я ничего не могла поделать. Не крикнуть, даже просто двинуть рукой или пальцем было невозможно без разрешения хозяина — господина Бельеморана. Его заклинание было сильным и, наверняка стоило кому-то жизни.

Сразу, как вышла из таверны, я села в чёрную карету. По пути мне никто не попадался, никто не обратил