Волчий доктор или Призванная во спасение - Хелен Гуда

– То есть ты думаешь, когда мы пустим ей кровь, она не проснется? – раздался третий голос. Он говорил, слегка растягивая слова.

У меня все опустилось внутри. Если раньше у меня еще были сомнения, на черта я им понадобилась, то сейчас они отпали. Меня хотят принести в жертву, провести ритуал на крови. Для этой цели меня и призвали в этот странный мир.

– Она пришла в себя. Я слышу, как у нее участилось сердцебиение, – раздался четвертый голос.

– Тогда давайте приступать, – скомандовал обладатель хрипловатого голоса.

Я с ужасом замерла. Сейчас меня будут убивать.

Покрывало балдахина резко отодвинули в сторону, и мне в глаза ударил яркий свет. Я зажмурилась и дала время глазам привыкнуть. Когда я снова открыла глаза, то уставилась на четырех мужчин. Они тоже смотрели на меня. У каждого в руке было по изогнутому клинку.

– Не убивайте меня, пожалуйста, – промямлила я и пустила слезу, до последнего не веря, что вот так вот оборвется моя жизнь.

– Замолчи! – скомандовал старший. Это была гора мышц, облаченная в белую хлопковую рубашку и кожаные штаны.

– Мы столько гонялись за тобой не для того, чтобы сейчас тебя слушать, – обрубил меня четвертый голос. Это был довольно поджарый высокий мужчина со шрамом на лице. Он был одет в черные штаны и рубашку.

– Она боится, – улыбнулся массовик-затейник, а мне так и захотелось двинуть его по роже, чтоб не скалился. Он был одет в голубую рубашку и брюки, и пока я его рассматривала, почесал ножом щеку.

– Правильно делает, – хмыкнул тот, что растягивал слова. Мужчина с утонченными чертами лица. Он единственный, на ком был камзол поверх рубашки.

Мужчины смотрели на меня как на кусок мяса, а я даже наготу прикрыть не могу, так как лежу в чем мать родила.

– Ну что ж, приступим, – проговорил главарь шайки маньяков и стал стягивать с себя одежду. Я во все глаза уставилась на него, не понимая, что, собственно, происходит и зачем они все начали раздеваться?

– Что вы собираетесь со мной делать? – я переводила испуганный взгляд с одного на другого. Дергаю руками и ногами в попытке освободиться, но, естественно, ничего не выходит. Меня крепко приковали к этой чертовой кровати.

– Увидишь, – бурчит мужчина со шрамом.

– Если сможешь, – уточняет массовик-затейник.

– Я буду кричать, – пытаюсь напугать мужчин, но лишь вызываю улыбку у них на лицах.

– Конечно будешь, – усмехнулся тот, что с аристократичными чертами лица.

– Не отвлекаемся, – призывает к порядку гора мышц. – Завяжите ей рот, чтоб не отвлекала нас своей болтовней.

И массовик-затейник по имени Гаред быстро завязал мне рот. Я беззвучно заплакала. Сволочи. Ненавижу этот мир и все, что с ним связано! А ведь сперва он мне даже понравился. Это ж он так заботился и переживал о той самой собаке.

Мужчины разделись полностью, и я во все глаза смотрела на мужские достоинства, которые по какой-то необъяснимой причине были в боевой готовности. Каждый из мужчин взобрался на кровать и расположился у моих конечностей, схватившись кто за щиколотку, кто за кисть. Как по команде они прикоснулись лезвием к моей коже, а я судорожно вздохнула, ощутив холод клинков.

– Нужно попасть именно в волчью метку, – командует старший, и один из маньяков делает надрез выше, а другой ниже. Я чувствую, как струится кровь. Она горячими струйками стекает по коже. А я пытаюсь кричать, но куда там. Во рту кляп, я привязана к столбикам кровати. По щекам струятся слезы. И почему я такая непроходимая дура? Почему не осталась дома? Да сейчас я готова была не то что за четверых лордов замуж выйти, а за семерых. Да и чего мелочиться, даже десять – не такая страшная цифра. Лорды вот обо мне заботились. Это я со своей непонятной гордостью и самостоятельностью ни черта не видела, что у меня под носом происходило. Ну и пусть принимали решения за меня. Подумаешь, проблема. Можно ж было сделать скидку на устои общества, воспитание и все такое. Вот почему мне нужно оказаться в такой патовой ситуации, чтобы понять, что предыдущая ситуация была хорошей. Я вот истинная для них была, и они с меня пылинки сдували. А я поступила как настоящая дура и истеричка. Видите ли, золотая клетка не по мне. А клинки, которыми режут, по тебе, идиотка ты форменная?!

От того, что я ругала себя, особенно ничего не изменилось. Мне наносили порезы, неглубокие, но жутко кровоточащие. Мужчины сперва слизывали кровь, и от этого вида меня чуть не стошнило. Что это за вампиры такие?! А затем оставили такие металлические желобки и собирали кровь в медные чаши. Когда экзекуция прекратилась и емкости с кровью отставили в сторону, я поняла, что сейчас начнется самое страшное.

– Я первый, – это Гаред облизнулся, смотря на меня. - Я эту волчью подстилку хотел отыметь, когда только увидел, – он усмехнулся и погладил стоящий дыбом член. Не хотела, Наташка, четырех мужей? Держи четырех насильников! Беззвучно заплакала и зажмурилась. Не хочу смотреть на это. Почему я не умерла от потери крови? Ведь ее из меня выкачали прилично. Теперь я понимаю людей, которые молят о смерти. Теперь я одна из них.

В какой-то момент услышала звук открывающейся двери, но с моего места было не видно вошедшего. И знакомый голос окликнул мужчин.

– План меняется! Срочно надо провести обряд, ее уже ищут, – говоривший был мне знаком. Это точно, но я не могла вспомнить, кто это. В голове мелькали картинки людей, с кем я успела познакомиться за время моего проживания в этом мире, но никак не могла вспомнить.

– Но мы договаривались поразвлечься с ней перед обрядом, – возразил Гаред. Он-то уже приготовился, и сейчас даже член разочарованно повис между ног. Остальные же без лишних разговоров начали одеваться, и лишь Гаред бросал на меня многообещающие взгляды.

– Мы с тобой еще не закончили, шлюшка, – он мне подмигнул. Говоривший вышел из комнаты, а мужчины быстро оделись и отвязали меня. Я попыталась взбрыкнуть, но после того как из меня откачали половину моей крови, в теле была невероятная слабость. Да и пара увесистых затрещин намекнули мне, что наши силы не равны