Наследник для хозяина стаи - Эми Мун

И подмигнул.

Аврора улыбнулась. Какой Олег все-таки милый!

— Да, мне нужно принести кое-что в беседку. Идем.

И они пошли. Олег самозабвенно рассказывал об отдыхе в горах, и что нет ничего лучше гор, а Аврора любовалась звездным небом. Вернее, пыталась любоваться. Ее мысли как магнитом тянуло в стаю, и она бы очень, ну просто ужасно хотела знать, чем сейчас занят Сабуров. Или кем.

* * *

(в это же время)

Давид

Стая встретила его гораздо меньшим ворохом проблем, чем он рассчитывал. Всего одна дуэль, вызов от Совета старейшин для разъяснения инцидента в ресторане, раздраженный Беркутов и, конечно, Инесса.

Нет, волчица не истерила. Очень даже правдоподобно отыгрывала радость по поводу его возвращения, но Давид прекрасно видел, насколько она зла. И обижена.

Плевать. Все мысли занимала Аврора.

Давид откинулся в кресле, закладывая руки за голову. Больше всего ему хотелось рвануть обратно. Или перевезти омегу сюда, чтобы всегда была рядом. Но в то же время Давид прекрасно осознавал, что это положит конец всем его усилиям приручить омегу. К тому же малышка в положении. Не стоит нервировать ее лишний раз. Авроре идет улыбаться, а не грустить. Особенно приятно видеть ее улыбку после оргазма. Когда совершенно разомлевшая, она цепляется за его шею и смотрит так, что в паху снова каменеет.

Дробный цокот каблуков выдернул из приятных размышлений. Инесса все-таки не выдержала и решила нанести визит.

Давид поморщился. Если волчица решит поиграть в соблазнительницу, то он совершенно точно выставит ее вон.

Но Инесса, напротив, заявилась к нему в наглухо закрытом костюме и даже почти не накрашенная.

— Я хочу заменить нескольких горничных, — начала без прелюдий. — Не справляются с работой.

Чушь. Весь персонал вышколен и услужлив, если это касалось отношения к двуликим, конечно.

— Не справляются? Или тебе просто так захотелось?

Звериные глаза волчицы пожелтели еще больше.

— А даже если так? Раньше тебя это не волновало!

— Раньше нет, теперь да. Хватит менять персонал без причины.

Инесса оскалилась.

— Как любезно с твоей стороны!

— Всегда пожалуйста. Что-то еще?

— Нет.

И удалилась, виляя задом.

Дверь громко хлопнула. А Давид встал и пошел открывать окно. Аромат Инессы теперь казался слишком раздражающим. Зверь тоже бесился. Требовал выставить волчицу из логова. Зачем она здесь? Особенно после того, как появится ребёнок. Она же его возненавидит. И совершенно точно попытается навредить. Эта мысль была неожиданна и неприятна.

Раньше он как-то не размышлял об этом. Инесса казалась ему слишком заинтересованой в деньгах и статусе-альфа самки. Подумаешь, сын от омеги. Оборотней этим не удивить. Как и наличием детей на стороне. Разве что пары придерживались верности друг другу. Но двуликие крайне редко ставили метку. Потому что в таком случае все твои чувства перед другим как на ладони. А это слабость. Нет, хуже.

Давид шире открыл окно и вернулся за стол. После отдыха с Ави энергия била ключом. Он просидел до глубокой ночи, а рано утром сорвался в фирму наводить порядки. Потом пришлось ехать в город, потом обратно в стаю и, наконец, к посетить собрание старейшин.

Последнее не принесло удовлетворения. Наоборот! Эти старые придурки знатно потрепали ему нервы.

— Несмотря на очевидную вину Романова, вы действовали крайне импульсивно. Ресторану нанесен серьезный ущерб. Люди требуют компенсации.

Давиду стоило очень больших усилий не ответить матом. После долгих препирательств его обязали явиться повторно для вынесения окончательного решения.

Обратно Давид возвращался чертовски взвинченным. Внутри все кипело. Эти маразматики бесили одним своим видом, Давид всегда считал, что совет пора упразднить как идиотский пережиток прошлого. Кому он сдался?

Загнав машину на подземную парковку, Давид сразу же пошел в тренажёрный зал.

Немного размяться не повредит. А потом за работу. Но едва вошел в помещение, чуть не разразился бранью. Там уже была Инесса. И, судя по взмокшему лицу, давно.

Заметив его, волчица соскочила с тренажера и подошла ближе. Бедра под тесным трико соблазнительно качались, в ложбинке декольте блестел пот. Любой оборотень взвыл бы от желания.

Давид чуть ослабил галстук. Инесса сощурила голубые глазищи.

— Альфа, какая честь… А я думала, ты не вернешься.

— Думать тебе не идёт, — отсек, направляясь к шкафчикам

Но Инесса не собиралась оставлять его в покое.

— А что мне идет, любимый? Скажи, я с удовольствием займусь этим.

— Чудно, в таком случае — замолкни.

Инесса зарычала.

— А если я не хочу?

— Твои проблемы

Давид стряхнул с плеч пиджак. И резко обернулся, перехватывая Инессу за руку.

— Больно! — заверещала волчица. — Отпусти!

— Не смей тр-р-рогать меня, усекла?!

— Раньше тебе это нравилось! Я всего лишь хотела…

Но Давид сжал пальцы крепче, и волчица заткнулась. Чудесно. Оттолкнув ее от себя, он принялся воевать с пуговицами на рубашке.

— …Я всего лишь хотела побыть с тобой немного дольше, — тихонько добавила Инесса.

И в ее голосе звучало столько обиды, что Давид непременно бы испытал угрызение совести.

Если бы не знал Инессу, как облупленную.

— Хочешь? Тогда закрой рот, и можешь продолжать тренироваться. Еще раз ко мне прикоснешься — вылетишь из логова.

И Давид окончательно потерял к волчице интерес. Надо было все-таки ехать к Ави. Вот там бы он отдохнул на все сто… Сначала разложил бы сладкую омегу прямо в прихожей. Потом продолжил в гостиной и на втором этаже. А под конец затащил бы в душ, чтобы взять сзади. У его девочки самая шикарная попка на свете. А как Аврора кончает… Чистый кайф! От удара груша жалобно скрипнула. Давид бил снова и снова, но напряжение никуда не уходило.

Оно гуляло по крови высоковольтными разрядами, будоражило нервы. В конце концов Давид просто дал волю зверю. Пусть побегает, а потом за работу.

Но оранжерея вдруг сменилась лесом. Волк на мгновение остановился, глянул по сторонам и, шумно вобрав морозный воздух, прыжками помчался прочь из стаи. У него есть несколько часов. И проведёт он их более чем приятно.

* * *

Инесса

— Ты! Гр-р-ребаная идиотка! Мы о чем договаривались?! Хочешь все испор-р-ртить?!

Отец рычал в трубку что-то еще, но Инесса почти не слушала. Рука ныла, волчица бесилась, а перед глазами до сих пор колыхалась алая пелена.

Оттолкнул ее! Снова сбежал к своей шлюхе!

— На что ты рассчитывала? — уже тише продолжил отец. — Соблазнить оборотня после того, как он три дня кувыркался с омегой?

Как хлыстом поперек хребта ударил!

— Да! — завизжала в ответ. — Да, рассчитывала! Он всегда… Всегда меня… Когда злой!