Пирог с корицей - Аля Гром
— Да? — оживился маг.
— Мы вчера приехали в ваш город и торговали на рынке. Это было удивительно. Столько людей и такие огромные дома, каменные улицы и …
— Да-да, я понял, — перебил её маг.
— Ну что ж, — обратился он к полицейскому, — вид магии пока не ясен. Возможно, что это зародышное состояние одной из стихий. Наши дети более сильные, — снисходительно обернулся он к травнице, — и мы сразу видим их магию. А девочка, как я понял, полукровка, вот её стихия и осталось в таком вот неразвитом, повторюсь, зародышном состоянии, — сказал он, всё более убеждаясь в этом сам, — Да-да, уверен, что это именно так. Поставьте девочку на учет. И пусть приедет к нам годика через три, вряд ли за это время что — то успеет развиться, в этом возрасте у детей обычно магия входит в силу. Но проследить за вашей дочерью, конечно, стоит, это наш долг! — и, всем кивнув, он быстро вышел из кабинета.
Полицейский забрал шарик у Ярмилки, положил его обратно и поманил за собой.
В соседнем кабинете он записал имена Ярмилки и её матери, название их деревни и дату рождения девочки, а потом вывел из Ратуши.
— Вы слышали мага? Через три года приедете на повторную проверку. И чтобы мне без фокусов, — погрозил он травнице пальцем и вернулся в здание.
Ярмилка с матерью остались посередине улицы. Девочка была слегка растеряна. С одной стороны она радовалась, что маг не узнал её тайну и отпустил их, но с другой её пугало мамино выражение лица. А травница, пожалуй, даже себе не смогла бы объяснить, почему она так разочарована. Еще вчера она не хотела отдавать Ярмилку, и ей её оставили, но эти разговоры о полукровке, о крохах магии расстроили её.
«Что ж это за ребенок такой! — разочарованно думала она, — со своим цветом волос и глазами — она никогда не станет своей в деревне, а с таким маленьким уровнем силы, её не примут в своё общество маги. Везде чужая, везде ненужная».
— Ярмилка, — наконец сделала она свой выбор, — ты слышала господина мага, силы у тебя почти нет, и не учиться, не общаться с магами ты никогда не будешь! Так что давай, не ленись, прилежно запоминай всё, что я рассказываю, и когда-нибудь из тебя получится хорошая травница.
Ярмилка согласно кивнула и засеменила за прошедшей вперед матерью.
— Подумать только, потерять три часа базарного дня из-за этого идиота трактирщика и его подавальщицы! Это ж надо быть такими невоспитанными! Залезли своими любопытными носами к нам, заставили в такую даль тащиться…
Травница еще долго бурчала себе под нос проклятия в их адрес, с каждым разом становясь всё смелее в выражениях, но Ярмилка её уже давно не слушала. Она шла за ней, весело размахивая руками и оглядываясь на прохожих. Хоть она и натерпелась страха, но всё закончилось хорошо. Никто не узнал о её маленьком секрете. А теперь у неё еще и цель появилась — вырасти и стать травницей, как мама. А может даже лучше? Ярмилка аж зажмурилась от такой крамольной мысли. Но с другой стороны, она прекрасно помнила, как хорошо становилось людям, когда она убирала черные точечки из их узоров. Может быть, она будет не только травницей, но и знахаркой? Будет лечить людей травами и своим маленьким секретом!?
Глава 3. Через три года
Три года пролетели незаметно.
Ярмилка всё также бегала в лес за травами, радовалась каждой травинке, каждому корешочку и кустику, а с деревьями здоровалась, как со старыми знакомыми. Она уже знала более шестидесяти трав: как выглядят, где растут, как их правильно собирать-сушить-готовить и от чего употреблять. Для экзамена на травницу нужно было знать сто. И Ярмилка не сомневалась, что все успеет, всё выучит. Тем более, что мать в помощи не отказывала, и про травы с охотой объясняла. Отношения с ней у Ярмилки после поездки на ярмарку немного, но изменились. Девочка часто ловила на себе задумчивый взгляд матери, а иногда та даже ей улыбалась. В такие дни душа у Ярмилки взлетала высоко-высоко в небо и пела. А еще в эти дни Ярмилка особенно четко видела узоры и с большей легкостью доставала из них вредные черточки. Поняв после похода в Ратушу, что её сила ей не привиделась, она решила помогать людям. Теперь она постоянно выпрашивала у матери разрешения отнести сборы по деревни, а придя в дом, обязательно просила хозяйку заварить отвар первый раз при ней, якобы чтобы проконтролировать качество и убедиться, что всё правильно. Пока же хозяйка суетилась с отваром, Ярмилка быстро просматривала её узор и, зайдя тихонько со спины, вытаскивала точки-палочки мешавшие узору течь ровно и правильно. Благодаря этому все отвары «помогали», люди быстро выздоравливали, и слава о её матери-травнице расходилась по всем ближайшим деревням. Последние полгода Ярмилке пришлось и туда ездить, чтобы отвозить заказы и в тайне ото всех лечить людей. Хоть эти поездки и были утомительными и оставляли ее на несколько дней без леса, все-таки она была очень счастлива…
— Ярмилка, — пробурчала однажды мать, — три года прошло, как мы в Ратушу ходили. Чай совсем ничего не помнишь? Или хочешь, чтобы мне штраф выписали?
Ярмилка захлопала глазами. Ратушу она, конечно, помнила, как и горделивого мага Корнелиуса и постоянно хмурого полицейского.
— Вот я и говорю, ехать тебе пора! На этой недели соберем мешки, отвезешь их Анне, ну, заодно и в Ратушу зайдешь, пусть тебя снова проверяют, раз им заняться не чем. А я не могу туда-сюда бегать, у меня дел полно! — продолжая бурчать, она пошла в дом.
Ярмилка осталась на улице, крепко сжала руки и подняла глаза к небу. Неужели ей такое счастье достанется? Опять побывать в городе, навестить старшую сестру, которая прошлой весной вышла замуж за ремесленника и уехала в город, где они вдвоем с мужем открыли лавку. Он продавал в ней свою деревянную посуду, а она лечебные сборы трав, которые ей поставляла мать. И вот теперь Ярмилка поедет в город! Сама, как взрослая! Да еще и в Ратушу пойдет. Снова увидит те великолепные стены и пушистый ковер. Она зажмурилась в радостном предвкушении, но уже спустя минуту помрачнела.
«А ну, этот старичок противный что-нибудь да разузнал о моей магии? Но с другой стороны, если бы узнал — то за мной наверняка бы приехали, ведь так? Адрес то из у полицейского остался. Значит, никто
