Первый из Культа Бездушных - Екатерина Владимировна Скибинских

— Как ты виртуозно завуалировал «сплетница», — шепнула ему на ухо Мира, давясь смешком.

— Да-да, я такая! — подтвердила Олена, не желая отдавать свой шанс. — Я готова. Мы с Крисом обещаем вам, что имперский турнир…

Николас Трестони довольным не выглядел, оборвал ее одним движением. Он все еще не мог поверить в услышанное.

— Но ведь имперский турнир — это шанс, который выпадает раз в жизни! — воскликнул он. — Вы уверены, что хотите отказаться от него?

Лиам и Мира кивнули одновременно.

— Да, мы уверены, — ответил Лиам. — Мы передаем этот шанс Олене и Крису. Они заслужили это не меньше нас.

Когда толпа начала расходиться, Лиам и Мира, держась за руки, направились к выходу с арены.

— От турнира мы отказались. Что будем делать дальше? — спросил парень.

— М-м-м… У нас ведь кончился срок наказания от комиссии по нравственности? — хитро улыбнулась Мира. — А как победительница турнира я считаюсь сдавшей сессию на отлично. Значит…

— Значит? — Лиам не сразу сообразил, к чему она клонит.

— Значит, я наконец могу покидать территорию академии! — воскликнула она. — Идем в «Меч и пульсар» праздновать!

* * *

А после празднования они поднялись в заброшенную башню и долго сидели, глядя на ночное небо, усеянное звездами, сжав друг друга в объятиях, как самое ценное, что может быть в этом мире.

— Ты знаешь, — начал Лиам, его голос был тихим и задумчивым, — когда мы отказались от турнира, я думал, что буду чувствовать сожаление. Но сейчас я понимаю, что это было лучшее решение.

Казалось, весь мир замер, чтобы дать им время насладиться друг другом.

— Никогда не думал, чем мог бы заниматься без Учителя. Никогда не думал, что может настать время, когда его не будет.

— А о нем ты сожалеешь? — осторожно спросила девушка.

Лиам сглотнул, опуская голову.

— Нет… наверное. Но что-то внутри все равно зудит. Как старая рана. Но это пройдет. — Он тряхнул головой и продолжил, глядя на звезды: — Теперь мы можем закончить академию, а потом путешествовать, исследовать новые места, изучать магию и артефакты. Мы можем делать все, что захотим… Можем быть рядом. — Он повернулся к ней, заглянул в глаза. — Об этом я точно никогда не буду сожалеть.

Его сердце забилось быстрее, когда Мира потянулась к нему. Ее глаза завораживали, словно магический артефакт.

Он ощутил легкое прикосновение ее губ, сначала нежное и робкое, словно она боялась нарушить этот хрупкий момент. Но затем поцелуй стал уверенным, глубоким. Лиам перехватил инициативу, чувствуя, как волна тепла разливается по телу, сметая все сомнения и тревоги.

Ее руки обвили его шею, а его — ее талию. Поцелуй длился вечность и одновременно миг.

— Я люблю тебя, — прошептал он едва слышно, но это прозвучало громче всех заклинаний мира.

Мира улыбнулась, ее глаза сияли счастьем.

— И я люблю тебя, Лиам. Вместе мы сможем все.

Год спустя…

Ворота академии распахнулись перед ним, как и тысячи раз до этого. С той лишь разницей, что тогда он был профессором демонологии и работал здесь. Сейчас же он занимал тепленькую должность в Министерстве магического образования и прибыл сюда как проверяющий. Впрочем, отчетность его бывшей академии более-менее в порядке и за парочку небольших услуг от ректора Молан прикроет глаза на неувязки, выявленные в результате проверки.

Его внимание привлекла пара студентов, сидевших в обнимку на краю фонтана и весело над чем-то смеявшихся. Парень заботливо заправил девушке прядь волос за ухо, она с нежностью улыбнулась в ответ и что-то сказала ему, отчего его глаза засияли еще ярче. Не было нужды слышать их разговор, чтобы понимать: эти двое влюблены друг в друга по уши и, вероятнее всего, так дальше и пойдут по жизни вместе.

— Молан? Надо же, не узнал! — воскликнул кто-то рядом басом, и на плечо профессора пришелся достаточно мощный хлопок, заставивший мужчину поморщиться. Можно было не оборачиваться, чтобы узнать того единственного, кто на это способен: боевик профессор Рок.

— А тебе явно пошла на пользу должность в министерстве. Помолодел лет на десять. Хорошее питание, свежий воздух, полноценный сон и в целом здоровый образ жизни? Или не брезгуешь косметической магией? — продолжил Рок тем временем и сам же довольно заржал от своей подколки. — Да ладно, не тушуйся, наверняка ведь зарплата теперь позволяет. А я поначалу даже не поверил, что ты за какой-то год умудрился забраться так высоко. И стоило до того столько лет протирать штаны на кафедре демонологии? Ладно-ладно, не зыркай так свирепо. Еще скажи, что ни капли не соскучился по мне или кому другому в нашей академии. Какими судьбами здесь?

— Может, и соскучился, — усмехнулся Молан, сказав почти чистую правду. Свои привязанности здесь у него определенно были. — Езжу с инспекцией по академиям империи. Нервотрепки хватает на самом деле, да и ненормированный график сказывается. Но ты прав — оно того стоит.

— Может, посидим в таверне «Меч и пульсар», вспомним былое, поделишься новостями? А то как уволился, так на связь и не выходил, — предложил Рок добродушно, подмигнув. В прошлом они не то чтобы были друзьями, но и в самом деле иногда могли пропустить в таверне кружку-другую дорогого эля.

На несколько секунд Молан задумался, скользнув ленивым взглядом на фонтан, где сидела влюбленная парочка. Девушка положила парню на плечо голову и с явным наслаждением слушала, как он рассказывает ей что-то несомненно очень важное.

— Прости, но моя должность накладывает определенные обязательства. Мне сейчас нужно к ректору, а после тороплюсь на телепортную станцию. К вечеру я должен успеть прибыть в академию Одреско, — сокрушенно развел руками Молан.

Перебросившись еще парой слов с бывшим коллегой, он с головой ушел в работу. И едва успел на последний телепорт. Дежурные маги недовольно переглянулись, но ни слова не сказали, принимая заявку на телепортацию задержавшегося пассажира.

В сгущающихся сумерках Молан быстро добрался до нужного здания. Скинув в прихожей плащ, направился прямиком в свой кабинет. Стоило ему переступить порог, как в комнате зажегся свет.

— Приветствую, Учитель. — Ожидавшая там Дениз склонилась в глубоком поклоне.

— И тебе хорошего вечера, Вторая, — скривил он губы в ухмылке, смотрящейся несколько чуждо на лице Молана, и сел в свое кресло. — Есть чем порадовать?

Бездушница поспешно принялась отчитываться об успешно выполненных заданиях, выданных ей и самым верным соклановцам в отсутствие их господина. Сам Молан… или, вернее, тот, кто сейчас носил это имя, слушал отстраненно, отстукивая длинными пальцами незатейливую мелодию на дубовой поверхности стола.

— Хочешь