Опальная жена. Хозяйка Северных земель - Ирина Манаева

— НЕТ! — рвётся из меня, но голос тонет в ветре, и в этот момент я вижу его.

Эрвейн стоит, задрав голову, почти у самой стены, среди вспыхнувших огней, среди людей, что выбежали на шум. Он уже понял, что случилось. Мгновение, и он дёргает из рук ближайшего воина копьё. Отводит руку назад — бросок.

Копьё летит точно, рассекая воздух, и с глухим, тяжёлым звуком вонзается в бок дракона.

Наёмник ревёт так, что закладывает уши. Тело надо мной дёргается, крылья сбиваются с ритма, лапы ослабляют хватку. Мы успеваем перелететь через стену, но он кренится, а я отстёгиваю накидку, выскальзывая из лап ненавистной ящерицы.

Падать страшно, потому что можно сломать шею. Я знаю это, как и то, что в Крепе завёлся предатель. Возможно, Севиру кто-то помогает.

Боги неба и земли, этого и всех миров ныне существующих, — слышу голос Ашкая, и снег встречает резко, выбивая воздух из лёгких. Мир на секунду темнеет, но я жива.

Жива.

С трудом переворачиваюсь, вскакиваю, ноги вязнут в сугробах, но я бегу в сторону Крепа, смотря, как ворота медленно открываются и появляется фигура, которая спешит мне навстречу.

— МЕЙЯ! — доносится крик Эрвейна.

Я почти там. Почти, но резкий порыв ветра, снег взмывает вверх, ослепляя, и в следующую секунду меня снова хватает дракон. На этот раз сильнее и жёстче.

Когти впиваются в плечи, и он поднимает нас в воздух. Я вскрикиваю, но ему до этого нет никакого дела. У него приказ.

— Отпусти! — бьюсь, но бесполезно.

Внизу мелькают огни Крепа, фигура Эрвейна, а мне хочется рыдать, потому что всё, что делала Хольц, напрасно.

Боковым зрением вижу голубое мерцание. Выгибаюсь так, чтобы разглядеть максимум.

Снова всполохи, те самые, что видела не так давно. И они явно возникают в районе Утёса. Молнии мерцают, разрывая тьму, как живое пламя, и, чем сильнее дракон машет крыльями, тем ближе они становятся, словно крепость притягивает нас к себе. Потому что всё же он летит в противоположном направлении, но какая-то сила возвращает его назад.

Кажется, план Торвелла снова провалился, а я уверена, что лиса как-то причастна к тому, что здесь происходит.

Наконец дракон устаёт бороться и идёт на снижение как раз у подножья Утёса. Каменные стены вырастают из темноты, развалины встречают нас мёртвой тишиной.

Рывок. Меня бросают в снег, не заботясь о том, как я приземлюсь. Перекатываюсь по инерции, а в боку вспыхивает боль, когда рядом грузно опускается дракон.

Новая попытка бежать, и на сей раз я намерена укрыться за стенами.

— Стоять, — рычит наёмник, обратившись в человека, но надо быть глупой, чтобы послушаться.

Спешу наверх, помогая себе и руками, чтобы карабкаться на гору. Ворота прикрыты, и я цепляюсь за обледеневшие камни, проскальзывая в пролом, внутрь крепости. Здесь моё спасение.

Сердце колотится сильно, отзывается бегом в висках. Хорошо, что я была здесь вчера, помню, что слева провал, в который угодил Севир, а мне следует спрятаться где-то внутри замка.

— А ну вернись, — призывает наёмник, но я уже скрываюсь за толстыми стенами, оказываясь почти в кромешной тьме.

Охота продолжается.

Темнота глотает меня почти сразу. Воздух здесь другой: сырой, тяжёлый, пахнет камнем и старой пылью. Пробираюсь вперёд, спотыкаясь, цепляясь за стены, стараясь не шуметь, хотя сердце колотится так, что, кажется, его слышно на весь замок. Позади доносится глухой звук шагов. Наёмник внутри.

Замираю на мгновение, прислушиваясь, и в этот самый момент впереди вспыхивает тёплый оранжевый свет.

Лиса. Она стоит в нескольких шагах от меня, словно ждала. Её шерсть светится мягким огнём, и этот свет разрезает темноту, выхватывая куски стен, трещины, обломки. Глаза те же янтарные, внимательные.

Она разворачивается и куда-то идёт, а я отправляюсь следом.

— Выходи, Мейиораль! — требует мужчина, но я уверена, что он, в отличие от меня, ничего не видит.

Не обольщайся, Мейя. У него зрение дракона, и он различает очертания предметов в темноте куда лучше людей. Не настолько хорошо, как при свете, но достаточно, чтобы увидеть твою фигуру в пяти метрах от себя.

Лиса приводит меня в ту самую комнату с портретом, и я вновь захожу туда, случайно задевая какой-то предмет, и по замку раздаётся глухой звук.

— Я тебя слышу, маленькая негодница, — будто играет со мной в прятки наёмник. — Учти, когда поймаю, будет хуже. Лучше выходи по-хорошему.

Лиса показывает мне, где нужно искать кольцо. Я уверена, что речь о нём, потому что вновь различаю зелёное свечение у стены, и оно становится куда ярче, когда рыжая покидает меня, сбегая куда-то из комнаты.

Хочу уйти следом, но дверь закрывается, словно отрезая меня от остального мира. Но в том числе и от дракона, который во что бы то ни стало собрался меня разыскать. Прислушиваюсь, а когда до ушей добирается какой-то грохот со второго этажа, понимаю, что лиса пытается спутать след наёмнику. А значит — она мой друг.

Принимаюсь убирать завалы, устаю, потому что невероятно тяжело добраться до кольца, убирая доски, вещи, какие-то инструменты. Наконец, пальцы касаются украшения, и перстень выбирается на свет, оказываясь в моей ладони.

Глава 73

Металл кольца оказывается неожиданно холодным, почти ледяным, и я на мгновение замираю, прежде чем решиться. Натягиваю его на палец, ожидая чего угодно: удара тока, вспышки ослепительного света или того, что стены замка придут в движение.

Но ничего не происходит.

Тяжёлое молчание древней крепости по-прежнему давит на плечи. Я смотрю на свою руку в полумраке — перстень просто сидит на пальце светящийся и безмолвный. А чего я, собственно, хотела? Чтобы мир мгновенно преобразился? Чтобы зазвучали голоса предков этого места? Всё до странного обычно. Даже страх, который терзал меня секунду назад, кажется теперь глупым. Я ведь всерьёз опасалась, что кольцо проклято или несёт в себе заразу, которой кто-то планомерно изводил Хольц. Это ещё предстоит узнать, потому что якорь проявляет себя спустя сутки, а то и несколько дней. А пока я дышу, сердце всё так же мерно стучит, и никакой мгновенной кары не следует.

Осторожно подхожу к двери. На этот раз она поддаётся без усилий, бесшумно отворяясь, словно говоря, что я выполнила задание и теперь вольна идти, куда хочу. Но в коридоре меня уже ждёт лиса. Её огненное тело мерцает в темноте, а взгляд янтарных глаз так же настойчив, как и прежде.

Голос наёмника доносится откуда-то сверху, с галерей второго