Не сглазь и веди - Джульетта Кросс

Рубен бросил в мою сторону взгляд в духе «не лезь не в свое дело». Но на меня подобное никогда не действовало.

– Я лишь проверяю, как идут дела.

– Это можно делать не выходя из дома, – заметил я, когда мы вошли в подъезд, и кивнул стоявшему в тени вампиру-охраннику Роланду.

– Заткнись, Деврадж. Ты много болтаешь.

Я рассмеялся, а Дюбуа направился к нужной больничной палате. Я сделал то же самое, укутавшись в чары, так что медсестры ощутили лишь порыв ветра, когда мы проходили мимо. Габриэль стоял у двери, тоже скрытый магией, чтобы никто, кроме вампиров, его не почуял.

Я осторожно вошел в палату следом за Рубеном и услышал тихие женские голоса. От нежного тембра Изадоры у меня защемило в груди, и я в очередной раз отметил, как глубоко эта ведьма запала в мою душу. Самое забавное, что я был совершенно не против оказаться в ее власти. Если бы она была в курсе, что бы она сделала?

– Даже не знаю, как тебя отблагодарить, – сказала сидящая на койке Эмма.

– Отдохни, и к завтрашнему дню ты окрепнешь настолько, чтобы вернуться домой.

На коже Изадоры появилось слабое свечение – свидетельство того, что она активно использовала свои способности Проводника. Взгляд Эммы переместился на нас. И хотя в прошлый раз я стер ей память, она не испугалась, когда в ее палату ступили двое незнакомых мужчин. Вероятно, благодаря тому, что Изадора исцелила и успокоила ее.

Сила Проводника оказывает эффект, подобный Ауре, и трансформирует человеческие эмоции. Мощное исцеление Проводника способно настолько повлиять на энергетический фон человека, что меняет его поведение. Людей успокаивало и умиротворяло, когда ведьма магическим образом перемещала энергию земли в их тела.

Откуда я это знал? За прошедшую неделю я провел обширное исследование о ведьмах-Проводниках. Да, раньше в этой области я был полный профан.

Изадора оглянулась и встретила мой взгляд. Она широко распахнула милые глазки и повернулась к Эмме.

– Нам пора. Береги себя.

Она поднялась, и Джулс тоже. Но когда они проходили мимо, я протянул руку и коснулся предплечья Изадоры, останавливая ее.

– Подождешь несколько минут? Нам нужно поговорить.

Ее испуганный взгляд метнулся ко мне, сердцебиение участилось.

– Я не думаю…

– Об Эмме, – уточнил я, осознав, что она боится, как бы речь не зашла о нас.

Я и хотел поговорить о нас. Но теперь, когда понял, почему она меня отталкивала, решил повременить.

– О. Да. Конечно.

Джулс подошла ближе.

– Мы подождем на парковке внизу. Медсестры не поймут, если мы тут задержимся.

Ведьмы не могли использовать чары, как вампиры, поэтому находились в палате в качестве законных посетителей. Я кивнул, и они ушли.

Я сел рядом с Эммой и использовал свои чары, чтобы она не запаниковала от моей близости. Даже если она не помнила, что с ней произошло, неприятные чувства все еще находились глубоко в ее памяти, как и при ПТСР[9]. Она, скорее всего, еще долго будет испытывать страх при приближении к ней незнакомых мужчин.

– Привет, Эмма. Можно я возьму тебя за руку? Я лишь хочу посмотреть.

– Конечно, – легко согласилась она и даже улыбнулась, совершенно очарованная.

На этот раз я быстро заглянул внутрь, надеясь обнаружить что-нибудь новое, что упустил в прошлый раз. Что-то, что указывало бы на Блейка как на человека, замешанного в преступлении. Или на кого-то из его окружения. Но ничего нового не нашел. В подсознании Эммы всплывали одни и те же воспоминания. В основном смутные. Голос мужчины, который пил ее кровь. Отчетливый звон далекого церковного колокола. Если бы я только мог точно определить, что это за колокол. Но в столичном округе Нового Орлеана их были сотни.

Когда я вынырнул из ее сознания, Эмма находилась в глубоком сне. Я приложил ладонь к ее лбу, чтобы убедиться, что она не вспомнит нашу встречу. Ее дух успокоился, и я не стал бы заново подвергать опасности ее рассудок или благополучие. Человеческий разум хрупок. Особенно когда в него вмешивается сверхъестественное.

Я встал.

– Нашел что-нибудь новенькое? – спросил Рубен.

Я покачал головой.

– Идем.

Мы промчались через больницу и через пять секунд оказались на парковке рядом с автомобилем Джулс.

Изадора ахнула, когда мы появились рядом с ними, и схватилась за грудь.

– Ненавижу, когда вы так делаете.

Я не удержался и улыбнулся. Моя ведьма была такой чувствительной.

Моя ведьма. Когда я начал думать о ней так? Как я мог воплотить фантазию в реальность? Это все, что занимало меня в эти дни. И все же Рубену нужна была моя помощь. У похитителей в плену оставались и другие девушки. Я заставил себя сосредоточиться. У меня родилась идея, как их поймать, но нужно было посмотреть, не обнаружила ли Изадора новых фактов.

– Прости, – сказал я. Ее настороженность заставила меня улыбнуться. – Ты почувствовала что-нибудь еще? Что-то, что связывает Блейка с Эммой?

Она выдержала мой взгляд, выражение ее лица стало серьезным.

– Нет. Хотя она почти исцелилась. Физически.

– Слава богу, – пробормотала Джулс.

– Совсем скоро мы заберем остальных девочек и доставим их в безопасное место, – заверил Джулс Рубен. – Возможно, тебе стоит взять несколько Проводников и держать их наготове для того момента, когда мы это сделаем.

Неизменное влечение Дюбуа к этой женщине казалось очевидным: пронзительный взгляд его голубых глаз был прикован к ее лицу.

Черт, неужели я выглядел так же, когда пялился на Изадору? Вид у нас обоих был печальный. Но, в отличие от Рубена, я не собирался ждать десятилетия, чтобы добиться своей женщины.

– Я их подготовлю, – заверила Джулс.

Прочистив горло, я добавил:

– Я не почувствовал ничего нового. И наш план надежен.

Джулс напряженно посмотрела на сестру.

– Ты уверен, что этот твой грим сумеет выследить тех парней? Я не хочу, чтобы моя сестра подвергалась опасности. Особенно если мне придется обнулить ее способности для роли живца.

– Уверен на сто процентов, – ответил Рубен. – Я встречался с создателем программного обеспечения и видел, как оно прошло несколько тестов. Я остался доволен.

– Я не допущу, чтобы с ней что-то случилось. Обещаю, – сказал я Джулс, не сводя глаз с Изадоры.

Защитные инстинкты подталкивали меня к действию как никогда прежде. Моя ведьма хотела встречаться со сверхъестественными существами, включая других вампиров, и даже не представляла, какими мерзкими мы все порой бываем. Взять, к примеру, меня. Я вынашивал идеи по саботажу ее свиданий, потому что уже считал ее своей. Кроме того, я беспокоился, как бы она не стала жертвой какого-нибудь извращенца из нашего рода.