Бывшая жена дракона. Вернуться по приказу - Майкл Скофилд

Арден резко сказал:

— Не трогай ее.

Пламя вспыхнуло сильнее.

— Меньше! — приказала Лиара.

Он сразу сдержал.

Хорошо.

Она закрыла глаза и потянулась к браслету.

Старый контур был полон обрывков: первое прикосновение у брачного договора; ночь у алтаря, когда Черный Клык принял ее; утро, когда Арден принес рабочее кольцо; молчаливые ужины; ее ожидание у окна; его шаги за дверью; редкий смех; недосказанность; страх; гордость.

Это был не только разрыв.

Там было хорошее.

Проклятие не солгало, выбирая это место. Боль сильнее всего там, где сначала было живое.

Серебряная линия мягко потянулась к ней.

“Верни.”

Не голос замка.

Память.

Лиара открыла глаза.

— Нет. Вернуть нельзя.

Арден смотрел на нее через стол.

— Нельзя.

Он сказал это сам.

И серебряная линия дрогнула.

— Но можно признать, — сказала Лиара.

Она положила ладонь на край стола.

— Этот брак был. В нем была ложь. Была ошибка. Был страх. Но была и любовь, которую мы не сумели защитить.

Арден побледнел.

Дорн, кажется, перестал дышать.

Лиара не отвела взгляда.

— Я не буду делать вид, что все было только болью. Это тоже неправда. И она тоже кормит проклятия.

Арден очень медленно кивнул.

— Я любил тебя, — сказал он.

Серебряный контур вспыхнул.

Лиара замерла.

Он продолжил:

— Плохо. Трусливо. Молча. Так, что моя любовь не защитила тебя, а стала еще одной тенью в доме. Но это была любовь.

Лиара почувствовала, как в груди что-то сжалось.

— Арден…

— Я не требую ответа.

— Я знаю.

Он опустил руку на стол, не пересекая линию.

— И отпускаю не потому, что перестал. А потому, что наконец понял: любовь без твоей свободы снова станет насилием.

Синяя заноза треснула.

Моррова метка зашипела, теряя опору.

Лиара поняла.

Ее нельзя было выжечь только пламенем.

Нужно было сказать правду, которую проклятие искажало: любовь была, но не давала права владеть.

Она положила свою ладонь напротив его.

Между ними оставалась серебряная линия.

— Я любила тебя, — сказала Лиара.

Арден закрыл глаза.

Пламя под его рукой дрогнуло, но не вышло из-под контроля.

— Слишком сильно, — продолжила она. — Так сильно, что после развода мне пришлось учиться жить заново. И я научилась. Поэтому если когда-нибудь выберу тебя снова, это будет не потому, что не могу без тебя. А потому что могу без тебя, но захочу рядом.

Серебряный контур вспыхнул белым.

Синяя заноза раскололась.

Дорн выкрикнул формулу, и Арден дал ровно столько пламени, сколько было нужно. Ни больше. Ни меньше.

Метка Морра сгорела.

Не ярко.

Тихо.

Как сухая нитка в огне.

Старый брачный контур не замкнулся.

Он поднялся между ними тонкой серебряной линией, поклонился — почти так это ощущалось — и распался мягким светом.

Не исчез как ложь.

Ушел как завершенная глава.

Лиара пошатнулась.

Арден дернулся, но остановился.

— Можно? — спросил он.

Она кивнула.

Он обошел стол и поддержал ее за локоть.

Не присвоил.

Поддержал.

Дорн выдохнул так громко, будто только что лично удержал гору.

— Снято. Метка снята.

Крейн склонил голову:

— Я подтвержу, что контур очищен добровольно и без восстановления брачного принуждения.

Лиара посмотрела на него.

— Такая формулировка существует в законе?

— С сегодняшнего дня найдем.

Ей почти понравился этот человек.

Почти.

Арден все еще держал ее за локоть.

— Ты в порядке?

— Нет.

— Сядешь?

— Да.

Он помог ей сесть на ближайшую скамью. Дорн сразу поднес настой. На этот раз Лиара выпила без спора, чем вызвала у мага почти религиозное потрясение.

— Запомните этот миг, — сказала она. — Не повторится.

— Я уже записываю в сердце.

Арден стоял рядом, усталый, бледный, но с таким выражением, будто внутри него наконец перестала скрежетать старая дверь.

Лиара посмотрела на стол.

Место развода было чистым.

Просто темное дерево. Шрамы остались, но теперь это были шрамы, а не открытая рана.

— Что теперь? — спросил Арден.

Дорн ответил:

— Теперь замок нужно лечить долго и скучно. Малые печати, башни, оружейная, западный узел. Недели работы.

— Скучно звучит прекрасно, — сказала Лиара.

Крейн кашлянул:

— А еще королевское дело. Я должен выехать завтра. Морра нужно доставить в столицу. Но, учитывая его магические возможности, лучше с частью рейнарской охраны и дубликатами доказательств.

Арден кивнул:

— Ортен подготовит людей.

— И Селла?

Лиара резко подняла взгляд.

Крейн сразу добавил:

— Как свидетель, не пленница. Если она не сможет ехать, ее показания заверим здесь. Я не стану требовать от пострадавшей дороги.

— Хорошо, — сказала Лиара.

Арден посмотрел на нее:

— Она останется под твоей защитой?

— Если захочет.

— Тогда под твоей.

Эти слова легли спокойно.

Не “под моей через тебя”.

Не “под защитой рода”.

Под твоей.

Лиара кивнула.

К полудню замок узнал: старая метка снята.

К вечеру — что Морра готовят к отправке в столицу.

К ночи — что Мирену перевели в восточную темницу, где ее не могла достать ни королевская магия, ни жалость тех, кто раньше считал ее своей.

Слуги ходили иначе.

Лиара заметила это не сразу.

Потом поняла: они больше не жались к стенам, когда проходили мимо родовых светильников. На кухне снова громко спорили. В конюшне кто-то смеялся. У нижней галереи, где лежали раненые, пахло бульоном, а не страхом.

Она нашла Селлу у окна.

Девушка сидела в кресле, закутанная в шаль, рядом с ней Ройс чистил нож, стараясь выглядеть случайным предметом мебели.

— Как ты? — спросила Лиара.

— Лучше. Эльса сказала, я скоро смогу ходить до двери.

— Эльса щедра.

Селла слабо улыбнулась.

— Говорят, Морра увезут.

— Да.

— А леди Мирену?

— Ее будет судить род и потом корона по части похищения и подделки.

Селла долго молчала.

— Я думала, мне станет легче.

Лиара села рядом.

— И?

— Не стало. Пока.

— Это нормально.

— Я иногда злюсь, что жива такой. Слабой. Испуганной. Потом стыжусь.

Ройс поднял голову, но ничего не сказал.

Хороший мальчик.

Лиара взяла чашку с теплым отваром и передала Селле.

— Живые не обязаны быть удобными доказательствами чужих преступлений. Ты можешь злиться. Бояться. Молчать. Кричать. Выздоравливать медленно. Это не делает тебя слабой.

Селла сжала чашку.

— А вас?

— Меня?

— Вы тоже можете?

Лиара не ответила сразу.

Потом сказала:

— Учусь.

Селла кивнула.

Ройс тихо произнес:

— Мы все сегодня учимся.

Лиара посмотрела на него.

— Ты подслушиваешь слишком умно.

Он покраснел.

— Простите.

— Не простила еще.

Он опустил глаза.

— Буду ждать.

Селла вдруг тихо сказала:

— Я простила.

Ройс замер.

— Что?

— Не все. Не сразу. Но за то, что ты стоял у двери и боялся войти… я простила.

Ройс не смог ответить.

Просто кивнул, сжав нож так, будто тот держал его самого от распада.

Лиара вышла тихо.

Не все исцеления требовали