Вынужденный договор с демоном - Ирэн Блейкстар

Увы, жизнь научила меня не доверять и осторожно относиться к окружающим.

Кабинет архонта был просторен и светел благодаря большому количеству окон, занимавших одну стену вместе с широким эркером, в котором стоял внушительный письменный стол. Интересно, что в кабинете не было буйной зелени: лишь пара деревьев в кадках по углам да пышные растения на подоконнике в кашпо.

Вся обстановка кабинета — деловая, удобная и практичная — указывала на привычку хозяина много работать. Вдоль одной из стен, от пола до потолка, стояли книжные шкафы. Рядом располагались удобные на вид кресло и диван, а между ними — низкий столик с раскрытой книгой, перевернутой страницами вниз.

На противоположной от окон стене висели географические карты Республики Шталь: политическая — с границами страны и административных округов, карты полезных ископаемых, транспортная и промышленная. Рядом с крупной и детальной картой Айронграда располагалась карта Восточного полушария Нурхадара.

Всю эту функциональную обстановку я успела оценить за пару секунд и наконец уставилась на хозяина кабинета. Сейчас, в отличие от нашей первой встречи на балу, архонт эльфов виделся мне мужественным и властным мужчиной. Сила сквозила в его скупых жестах, читалась в немигающем взгляде, ощущалась интуитивно, вызывая желание склониться перед сильнейшим.

Немалым усилием воли я сдержалась, чтобы не склониться подобострастно, а грациозно присесть в книксене.

— Хорошего дня, сиятельный Арониэль де Ла'Траэн.

— Приветствую вас, милая мисс, — радостно улыбнулся архонт. — Я рад, что вы приняли моё радушное приглашение и заехали в гости.

«Как будто у меня был выбор не принять «радушное» приглашение», — мелькнула в голове мысль.

— Прошу. — Мужчина галантно указал мне рукой в сторону дивана с креслом.

Кивнув благодарно, я прошла в указанное место и расположилась на диване. Хозяин кабинета сел в кресло, и судя по тому, как именно лежала книга, это было его любимое место.

Мы чинно сели, не спеша говорить. Я молчала, потому что первым должен начать разговор хозяин кабинета. А архонт безмолвствовал, словно не знал, с чего начать беседу.

Молчание затягивалось, давя тишиной по натянутым нервам.

Длинные, ухоженные пальцы архонта потянулись к лежащей на столе книге, название которой я успела прочесть и удивилась. Это был труд древнего философа, Аристархиэля Мудрейшего, «Риторика. Двоякие речи», относившийся к эпохе Дораскольных времён. Эльфийский мудрец жил и творил в те времена, когда мир Нурхадара ещё не познал жестоких божественных войн и имел два полушария: Восточное — наше, и Западное — давно утраченное для нашего мира.

— Когда мне нужно подумать, я всегда читаю труды Аристархиэля Мудрейшего, — разбивая неловкую тишину, пояснил архонт, явно видя моё недоумение. — Они помогают принять верное решение.

Я напряглась. Не нужно быть гением, чтобы понять: речь идет обо мне. Сердце замерло, а потом пустилось вскачь. Во рту пересохло.

— И к какому решению вы пришли? — собственный голос прозвучал хрипло, и я прокашлялась.

Ответить мне архонт не успел. В дверь постучали, и после громкого разрешения войти на пороге кабинета появился Витариэль с серебряным подносом, заставленным чайными принадлежностями. Парень быстро подошел к столику и шустро расставил перед нами блюдца с чашками из глаческого фарфора.

У нас дома тоже был такой чайный набор — подарок моего прадедушки его возлюбленной. Нортландский сервиз из тончайшего фарфора имел серебристо-белый узор, напоминающий морозный рисунок, и был невероятно дорогим, но самым желанным предметом чайной церемонии.

Секретарь взялся за пузатый чайник, чтобы разлить напиток, но архонт его остановил:

— Дальше я сам, Витариэль. Ты свободен.

Парень поклонился и уверенным шагом покинул кабинет.

Архонт взял чайник и молча разлил душистый напиток. Комнату наполнил аромат жасмина, смешанный с запахом клубники. Ко мне подвинули вазочку, наполненную небольшими кусочками светло-коричневого кленового сахара.

Я взяла один небольшой и, положив его в чашку, начала медленно помешивать серебряной ложечкой.

Архонт же подхватил несколько больших кусочков сахара, забросил их в чашку и тоже начал задумчиво размешивать. Отложив ложечку в сторону, он подхватил блюдце, взял с него чашку и сделал маленький глоток исходящего паром напитка. И все это в полном молчании.

Я же от внутреннего напряжения не могла заставить себя пригубить напиток. Все же так эффектно держать паузу и выжидать, как это виртуозно делал архонт эльфов, я не могла. Банально не хватало многолетней практики.

— Я пришел к выводу, что за триста лет в полной мере стал штальцем, потеряв привязанность к Эйнланду. А ещё я понял, что во мне больше архонта, чем родственных уз к роду Рассветных.

Услышав сказанное Арониэлем, облегченно выдохнула. Оказывается, все это время я не дышала.

ГЛАВА 66

Я пригубила чай, на пробу оказавшийся невероятно вкусным. И уже совсем другими глазами посмотрела поверх края чашки на сидящего напротив мужчину.

Глядя на этого внешне чистокровного эльфа, и не скажешь, что он полукровка. Хотя не мне, с моей внешностью ледяной демонессы, говорить о соответствии расе.

Если учесть, что Арониэль де Ла'Траэн относится к штальской аристократии, а внешность у него чисто эльфийская, получается, он признанное дитя. Ребёнок-полукровка, от которого родители не отказались, но которого не приняло эльфийское сообщество.

Исходя из этого, вывод напрашивался весьма очевидный. Расчётливый Владыка эльфов пообещал архонту Шталя за меня не только щедрые дивиденды, но сделал и другое, куда более интересное предложение.

Какое же?.. Неужели пообещал признание эльфийского общества?

Правда, я не представляла, как можно этого добиться. Тебя либо принимают и уважают по-настоящему, либо нет. А все эти высказывания и заверения, сделанные на публику и по приказу, нельзя считать искренними.

Не догадываясь о моих мыслях, архонт произнёс:

— Януэль… давай наедине забудем о титулах. Мы родственники: дядя и племянница. Так ведь проще?

— Конечно, господин Арониэль. — Я постаралась мило улыбнуться, но внутренне насторожилась.

— Прекрасно. Знаешь, — он пригубил чай, и его взгляд стал задумчивым, — мой дядюшка, твой отец, — весьма целеустремлённый эльф. Когда он чего-то хочет по-настоящему, то не считает ресурсы. За твою депортацию из страны он предложил Шталю беспроцентный кредит в золотом эквиваленте на двадцать лет. Сама понимаешь, столь щедрое предложение очень заинтересовало и других архонтов.

От услышанного сердце вновь пропустило удар. Сказанное подтвердило мои мысли, отчего стало страшно. Я постаралась не показывать своих чувств, и лишь чашка звякнула о блюдце, когда я её поставила.

— Также Владыка предложил кое-что и мне, — продолжал Арониэль светским тоном. — Не деньги, как понимаешь… Он пообещал то, чего нельзя