Полоса препятствий для одержимых - 1 - Екатерина Владимировна Ильинская
— Как в саду.
— Как в саду, — подтвердил он. — Трава выпила твою ци и дошла до моей.
Он помолчал, и в этом молчании вдруг проступило что-то, чего я не видела раньше. Досада?
— Я не рассчитал, — сказал он, и в голосе мелькнуло нечто, похожее на признание собственной ошибки. — Что ты опять поступишь абсолютно нелогично и бросишься на чужой крик, хотя сама только и делаешь, что трясёшься от страха. Что ты…
— Что я?
— Что ты… — Хэй Фэн усмехнулся, но теперь усмешка вышла скорее усталой, чем злой. — …полезешь спасать всех подряд. Сначала на болоте, потом в саду. Откуда только смелость взялась? Или дело в том, кто находился рядом?
— Могли пострадать люди.
— Не для всех это имеет значение. — Демон кивнул, и в этом жесте не было ни одобрения, ни осуждения. — Поэтому я сниму барьер, когда выйдем из Лабиринта.
Я нахмурилась, не до конца понимая, зачем столько суеты с установкой и снятием духовного барьера. Знание, что демон не может меня подслушивать, утешало, да и его это устаивало, иначе никакого барьера тут не было бы. А неприятности… разве не достаточно моего обещания в них не попадать?
— Не забывай ещё и о нападениях разбойников, — прочитал мысли Хэй Фэн. — Не всем намерениям легко следовать, а мне надо иметь возможность вмешаться, а не ждать, пока тебя сожрёт очередная тварь или убьёт наёмник, и связь сама порвётся. Возьму управление, если понадобится.
— Ты снова хочешь меня контролировать? — Воспоминания о том, как моя рука нанесла смертельный удар мужчине в саду при гостевом доме, заставили вздрогнуть и повести плечами.
— Я хочу дойти до вершины. — Голос демона стал твёрже. — Для этого ты должна остаться в живых. А ты, Светлячок, умудряешься найти неприятности на ровном месте.
Он не кривил душой. В его словах не было ни угрозы, ни желания унизить, только расчёт. А мне… Мне нужно было это напоминание. Напоминание о том, кто он есть. Чудовище, убившее тысячи людей. Тот, кто рвал тени в Лабиринте голыми руками. Тот, в чьих глазах горели багровые отсветы Бездны. Я вспомнила хищные, безжалостные движения. Я не должна была этого забывать. Никто не спасал меня из доброты. Демон спасал инструмент. Свой шанс на перерождение. И он перестраивал меня так, чтобы было удобнее и эффективнее этот инструмент использовать.
В груди стало холодно.
— Хорошо, — сказала я, и голос прозвучал ровнее, чем ожидалось.
Демон кивнул, принимая моё согласие как должное.
— Теперь слушай. Когда будете готовы отправляться дальше, заставь всех двигаться в темноте. Погасите свет и идите во мраке.
— Почему?
— Лабиринт не любит тех, кто подсматривает. — Хэй Фэн вдруг заговорил с интонациями наставника Цина, объясняющего прописные истины. — Свет рождает тени, тени — страх, страх замедляет. Тот, кто тащит с собой огонь, всегда оглядывается, ждёт нападения. А во тьме нет ничего, кроме дороги. Стены сами расступятся.
— Откуда такая уверенность? Что-то я не заметила, чтобы стены расступались, когда убегала от тени. — Ушибы, которые успели пройти после возвращения ци, тут же заныли.
— Я тут тоже проходил, — коротко бросил он. — И понял это только на втором круге. Но у вас нет времени столько блуждать. А ты не прошла, потому что поддалась страху.
Он поднял руку, и стена между нами дрогнула, пошла рябью. Лицо его начало расплываться.
— Выходи. Скоро все проснутся.
— Хэй Фэн…
Он задержался, глядя сквозь мерцающую завесу.
— Ты… — Я запнулась, не зная, что именно хочу спросить, и в итоге сказала очередную глупость. — Ты поэтому не появился в саду? Потому что не мог?
— Мог, — ответил он, и в голосе мелькнула тень веселья. — Но тогда пришлось бы объяснять, откуда у тебя такой заботливый старший брат. Или… — Он чуть склонил голову. — …что ты носишь в себе.
Поляна дрогнула, рассыпаясь золотистой пыльцой.
— Поговорим, когда выйдешь из Лабиринта, — донеслось уже на грани слышимости.
Комната отдыха встретила тишиной. Несколько светлячков мерцало под потолком, едва разгоняя тьму. Нефритовый Лотос сидела на лежанке напротив, привалившись спиной к стене, и дремала, уронив голову на плечо Изумрудной Лозе.
Я перевела дыхание. Чувства начали возвращаться, и медитативное спокойствие растворялось в них, как мёд в чае. Духовный барьер демона снова встал на место, отрезая нас друг от друга. И эта пустота вдруг показалась почти благословением. Потому что уходило и то странное, тягучее чувство, которое поднималось каждый раз, когда Хэй Фэн говорил спокойно, без насмешки. Когда признавал ошибки. Когда учил. Когда обещал защищать.
Ладони сжались в кулаки так, что ногти впились в кожу, причиняя боль.
Он не защитник. Он просто ждёт своего часа, чтобы воспользоваться мной. Он просто делает меня удобной, перестраивая каналы, наполняя силой, ставя барьер, чтобы не чувствовать того, что отвлекает его от цели.
Это Хэй Фэн. Демон. Чудовище.
Не тот, кто гладит по голове и утирает слёзы. Хотя зачем-то он это делал, но явно не без умысла.
Я разжала кулаки, чувствуя, что на коже остались полулунные следы. Боль отрезвила и вернула ясность мысли.
— Барышня… — Голос принца донёсся из темноты. — Вы не спите?
— Я закончила медитацию, — ответила, стараясь говорить ровно, и запустила в воздух ещё небольшой рой светлячков. — Восстанавливала силы.
На лежанке зашевелились. Заклинатель Школы Земляного Корня сел, обхватив голову руками, и долго смотрел в одну точку. Ученик Школы Северного Ветра очнулся чуть позже, открыл глаза, некоторое время не двигался, потом повернул голову к Изумрудной Лозе, которая проснулась в тот же миг, когда раздался первый шорох, словно и не спала вовсе.
— Где мы? — Голос Земляного Корня был хриплым, как у человека, который долго молчал, да и сейчас произносил слова из последних сил.
— В комнате отдыха. — Принц поднялся и подошёл к ним. — Вы в безопасности. Восстанавливайте силы. Когда сможете идти, двинемся к выходу.
Изумрудная Лоза заиграла, и в этой мелодии не было ничего от того надлома и отчаяния, что держали её в саду. Простая, спокойная мелодия была наполнены светлой целительной ци и вливалась в слушателей, возвращая им силы.
Я смотрела на них и думала, что сказать, когда все будут готовы идти. О темноте, которая
