Не сглазь и веди - Джульетта Кросс

Вероятно, она решила, что я снова хочу трахнуть ее так, чтобы у нее перед глазами появились звезды, что я бы и сделал. Но главная цель приглашения состояла не в этом.

Я посмотрел на своего нового соседа по комнате, он бродил вместе со мной по гостиной. Его карие глаза частично заслонял растрепанный пучок рыжих волос.

– Не уверен, что она придет, приятель.

Арчи тявкнул, и тут до меня донесся стук.

Через секунду я распахнул заднюю дверь, и мое сердце, как всегда, подпрыгнуло при виде Изадоры. Сегодня на ней были поношенные джинсы, свободная футболка и тонкий желтый кардиган. Я редко видел ее в джинсах и на мгновение подумал, что так она лишает меня той легкости доступа к ее телу, которую давали короткие платьица и прозрачные ночные рубашки. Но это ведь глупо, правда? Прошлой ночью у нас был самый яркий секс за все время. Я знал, что она пережила произошедшее не менее остро, чем я. Она кончила так сильно, что потеряла сознание.

А я влюбился так сильно, что понял: Изадора должна быть моей. До тех пор, пока бьется мое сердце.

Ее магия в моем имени. Вернувшись домой, я достал тот лист бумаги, провел пальцем по буквам и прижал их к губам. Изадора влюбилась в меня; об этом свидетельствовал мощный заряд энергии, исходивший от моего имени. Из обрывка пергамента сквозили глубокие, собственнические чувства, желание и тоска. И не только. Но я не мог думать об этом слишком много, потому что у меня начинала болеть грудь.

Сомнений не было: ведьма тонула в противоречиях. Она хотела меня, но сдерживалась. А я собирался сделать все, что в моих силах, чтобы завоевать ее сердце. Потому что на меньшее, чем вечность, проведенная вместе, я не желал размениваться.

Изадора натянуто улыбнулась, и ее взгляд упал на маленького пса у моих ног. Тот в знак приветствия наклонил голову и завилял коротким хвостиком. Он вел себя так, будто прожил здесь всю жизнь, а не несколько часов.

– Арчи! – взвизгнула она и упала на колени прямо на пороге.

Он залаял, восторженно закружился и положил обе лапки на колени ведьмы, пока она осыпала его любовью. Мое сердце заныло, когда я присел рядом с ней, наслаждаясь чистой радостью на ее милом лице.

– Как? – Изадора рассмеялась, когда Арчи лизнул ее руки и метнулся к ее сумочке, намереваясь в нее залезть. – Как он здесь оказался? Какими судьбами? – Она с недоверием смотрела на меня, продолжая его поглаживать.

– Хотите верьте, хотите нет, мисс Савуа, но я добропорядочный гражданин, и люди считают меня достаточно ответственным, чтобы завести собаку.

– Но я… Мне не верится, что он здесь. – Она подхватила его на руки, крепко обняла и с любопытством посмотрела на меня. – Я и не знала, что ты любишь собак.

Я пожал плечами.

– Ты многого обо мне не знаешь.

Поглаживая Арчи, она добавила:

– Но кто позаботится о нем, когда ты будешь заниматься делами Стигорна? Или съемками в Болливуде?

Гм-м. В ответе на этот вопрос скрывается много всего интересного, милая Изадора.

Я присел на корточки рядом с ней и почесал пса за ухом.

– Я не сомневаюсь, что найду кого-нибудь, кто временно присмотрит за моим щенком.

– Значит, куда бы ты ни переехал, тебе везде придется искать кого-то нового, чтобы за ним присматривать? Думаю, для такого, как ты, это задача из разряда трудновыполнимых.

– Что значит «для такого, как я»?

Я пытливо всматривался в лицо Изадоры, пока она избегала моего взгляда.

– Это значит, что ты всегда жутко занят. Частые переезды вызывают у животных стресс. Знаешь ли ты, что от двадцати до сорока процентов собак страдают от страха разлуки? Арчи к тебе привяжется, а ты уедешь по делам, в отпуск или куда-нибудь еще, и я бы не хотела, чтобы ему было одиноко. В «Ангельских лапках» у него, по крайней мере, были друзья-собаки, да и я навещала его каждую неделю.

Черт возьми. Она сама вгоняла себя в панику.

– Ну, это легко исправить. Тебе придется чаще нас навещать, не так ли?

Наконец ведьма подняла на меня глаза. Я сидел на корточках, прикладывая все усилия, чтобы не схватить ее и не зацеловать до смерти с целью остановить безумный поток «что, если».

Она грустно усмехнулась, как сделала накануне вечером, перед тем как я от нее ушел.

– Конечно. Я могу вас навещать. Пока ты не переедешь в Боливию, в Непал или куда-нибудь еще.

– Зачем мне переезжать в Непал?

– Я уверена, что в таких местах, как Непал, полно злых вампиров, которых нужно изловить.

Я едва не улыбнулся, услышав названия невероятно далеких мест. Изадора и правда верила, что я улечу от нее за тысячи миль в экзотические страны.

– Значит, мне придется остаться здесь, в Новом Орлеане.

Ее глаза округлились.

– Зачем тебе это?

– А ты не догадываешься?

Ее пульс участился, она смотрела на меня и хмурилась, приоткрыв в замешательстве рот. Почему ее это смущало? Разве она не знала, что я от нее без ума? Я не готов к тому, чтобы все закончилось в ближайшее время. Мне нужно, чтобы она тоже согласилась рискнуть. Ради нас.

– Деврадж, мы друг другу не подходим… в долгосрочной перспективе.

Боль обожгла мой желудок. Но это не шло ни в какое сравнение с тем, что ее слова сделали с моим сердцем, разрезав его на кусочки.

– Почему?

– Ты серьезно? – Изадора приподняла бровь и посмотрела на меня как на ребенка. Она рассеянно гладила Арчи, который доверчиво свернулся калачиком у нее на коленях, и смотрела через гостиную куда-то в холл. – Ты ездишь на дорогущих автомобилях стоимостью в миллион долларов, коллекционируешь древние реликвии и мраморные статуи и тусишь с кинозвездами. Черт побери, да ты и сам кинозвезда. А я люблю сажать анютины глазки, делать пучки из целебных трав и навещать собак в приютах. То есть, – она недоверчиво усмехнулась, – ты говоришь ерунду.

– Хочешь сказать, что я слишком поверхностный и материалистичный? – Возможно, я и выбрал резкие слова, зато сохранял свой голос мягким и спокойным, хотя внутри бушевала буря.

– Нет! – Она нахмурилась еще сильнее. – Я не это имела в виду. Мы друг другу не подходим, разве не видишь?

– По-моему, очень даже подходим.

– Это просто секс, Деврадж.

– Правда? Правда?!

Ее лицо вспыхнуло. Она смутилась и