Рассвет боли - Кэтрин Диан

— Меня тошнит от «Марио Карт». Хочешь пива? Это то вкусное дерьмо, которое покупает Кир, когда хочет заманить нас сюда.

— Конечно.

Ронан вернулся к холодильнику, чтобы взять ещё одну банку, и протянул её Рису.

— Разве это не то, которое тебе понравилось?

— Думаю, да. Спасибо.

Они спустились на нижний уровень, где через коридор от спортзала располагалась комната с телевизором. Ронан заменил картриджи с игрой для PS2, пока Рис устраивался на скамеечке для ног перед диваном. Пока игра загружалась, Ронан сел на пол, скрестив ноги.

Затем он надрал Рису его виртуальную задницу.

— Бл*дь, — пробормотал Рис, когда его персонаж рухнул на землю в фонтане мультяшной крови. — Ты снова убил меня.

— Ты отвлекаешься, — Ронан пошёл менять игры. Свет от телевизора превратил его татуировки в резкие тени. — Ты в порядке, чувак? Я имею в виду, с Вэсом. Мне не удавалось поговорить с тобой с тех пор, как это началось.

— О, он замечательный. Я его не заслуживаю.

— Я больше беспокоюсь о том, достоин ли он тебя.

Рис не хотел вдаваться в подробности, поэтому сказал:

— Я думал, ты собираешься с ним подраться. В ту первую ночь?

— Когда ты пнул меня под журнальным столиком за то, что я пялился на него? Да, я хотел.

— Почему? Он ничего не сделал.

— Потому что ты не заботишься о себе — я имею в виду, совсем не заботишься — и ты не создан для этого дерьмового мира. Ты слишком, бл*дь, чистый.

— Я совсем не чистый, Ронан. Я уверен, что все это знают.

— У тебя чистое сердце. Не заставляй меня повторять это снова, это начинает казаться странным. «Марио Карт» или та игра про скейтбордистов? У Кира есть только это старое дерьмо для PS2.

— Ты сказал, что тебя тошнит от «Марио Карт».

— Видишь? Господи Иисусе, — Ронан отбросил «Мортал Комбат» в сторону и запустил «Марио Карт» в консоль. Затем он сделал паузу и сказал: — Прости, что не зашёл проведать тебя. Когда у тебя была плохая ночь.

— У тебя тоже была тяжёлая ночь. Ты уже был там. С Джонусом.

Ронан вздохнул и вернулся, чтобы снова сесть рядом с Рисом.

— Да.

— Джонус так и не приблизился к тому, чтобы что-то выяснить?

— Он корректирует дозировку лекарств, и на какое-то время становится лучше, а потом — нет. Что бы они ни сделали, это уже не исправить. Это просто дерьмовое невезение.

Это не дерьмовое невезение. Это кто-то, кто совершил что-то злое. Ронан провёл годы в чьей-то извращённой лаборатории, его мучили экспериментами, его тело было безвозвратно похерено ими. Риса тошнило от того, что кто-то так поступил с Ронаном.

Ронан хмуро посмотрел на экран, который освещал его суровое лицо, впалые щёки и резкие линии подбородка.

— Я знаю, что становлюсь обузой. Я не хочу, чтобы кто-то пострадал, потому что я не могу поспевать. Но я в ужасе от того, что Кир отправит меня на скамейку запасных, ибо что, бл*дь, мне тогда делать?

У Риса перехватило горло и защипало в глазах. Боже, это так чертовски несправедливо.

Рис хотел сказать, что всё образуется, что всё будет хорошо, но притворство было бы попыткой успокоить себя самого. Это не поможет Ронану.

Ронан начал игру.

— Ты уверен, что у тебя всё в порядке? С Вэсом?

Рису не понравилось, что разговор снова сосредоточился на нём, но он смирился с этим ради Ронана.

— Тебе это кажется странным? Что я с кем-то в отношениях?

Ронан, казалось, задумался над этим, а затем удивлённо ответил:

— На самом деле, нет. Просто мне обычно сложно доверять кому-либо. Но он… хорошо к тебе относится?

У Риса внезапно защемило в груди.

— Если бы у меня не было его, я не знаю, смог бы я справиться с тем дерьмом, которое происходит, или нет. Я определённо не сидел бы сейчас здесь.

Ронан немного помолчал, прежде чем сказал:

— Хорошо. Значит, он хорош для тебя.

— Так что не смотри на него больше так.

Ронан фыркнул.

— Ты ждёшь, что я дам такое обещание? Единственное, что я могу пообещать — это вышвырнуть тебя с этого грёбаного гоночного трека, — Ронан запустил игру. — Можно подумать, что компьютерный гик был бы лучше в подобном дерьме.

Глава 34

Выйдя из ванной, Мира завязывала пояс халата, а Кир вернулся в их спальню с двумя дымящимися кружками. Она задержалась на минутку, чтобы полюбоваться видом. Белая футболка восхитительно облегала его грудь, плечи и бицепсы и обтягивала подтянутый живот, когда он повернулся, чтобы закрыть дверь локтем. Должно быть, он открывал её босой ногой, что всегда казалось ей очень забавным (хотя и довольно удобным — или, как она любила его дразнить, ногоприкладством). Его тёмные волнистые волосы были небрежно зачёсаны назад. Он, как всегда, выглядел великолепно, но в то же время слегка измотанным.

— Там царит настоящее безумие, — сообщил её супруг.

Мира взяла протянутую ему чашку кофе и сказала:

— Тебе это нравится.

Кир одарил её слегка смущённой улыбкой.

Боже, она любила его. По тысяче причин, но прежде всего за то, как он любил свою семью — потому что Тишь была именно семьёй. Кир был суров с ними, потому что должен быть таким, потому что от этого зависело так много жизней, включая их собственные. Но это не меняло того, как сильно он заботился о них.

Мира взяла его за руку и повела к камину, где они устроились на диване. Прислонившись к Киру, Мира поджала ноги и потягивала кофе, наблюдая за пламенем и пытаясь уловить момент покоя, прежде чем начнётся ночь.

Вечеринка по случаю дня рождения Сайрен соберёт в Резиденции большую толпу, и Тишь будет в самом разгаре всего. В основном Мира радовалась, что Кир добился от Амарады такой уступки, что он и вся команда будут там, но в то же время это её беспокоило. Что-то могло случиться.

Конечно, с Тишью каждая ночь была такой.

Мира всё ещё была в ужасе от опасности, которой постоянно подвергались Кир и остальные. Прислонившись к своему супругу, она физически ощущала невероятную силу его тела, властность и уверенность в том, как он прижимал её к себе. Она знала, какой он умный, спокойный и сдержанный.

Это не означало, что он не мог пострадать.

— Ты волнуешься, — прошептал он ей в волосы.

Не было смысла отрицать это, он слишком хорошо её