Наследник для хозяина стаи - Эми Мун

— Вожак, тендер у нас в кармане. Фантастика!

Нет, всего лишь очень тонкая, почти на грани фола, игра со множеством подставных лиц и шансов на провал. Но или Зиминскому сопутствовала удача, или он был гораздо хитрее, чем пытался казаться.

Тендер очень красиво ушел к фирме Сабурова. А у Давида появился повод съездить в небольшую командировку. В которую он действительно поедет. Проведет там несколько встреч и дуэль с Романовым. После чего вернётся в стаю «очень злой» и не желающий никого видеть денек-другой из-за разыгравшейся мигрени.

Это должно слегка запутать Совет, который по-прежнему следил за ним с одержимостью голодных стервятников. Как же Давида подмывало огрызнуться в открытую! Хотя бы Царева за горло подержать. Но Давид терпел. Месть — это блюдо, которое подают холодным.

А пока у него есть куда более важные дела.

Во время его мнимой болезни Аврору ждёт сюрприз. Ей должно понравиться. По крайней мере, Вивьен на это надеялась.

Давид чуть сильнее сжал зубы, удерживая рвавшийся из груди рык. Эта омега беспокоила зверя! В первую очередь — отсутствием запаха. Но Давид принимал любую помощь, которую ему предлагали. И это дало результат.

Постепенно поведение Авроры начало меняться. И аромат тоже. В нем снова появилось желание, и что-то Давиду подсказывало, что те игрушки, которые остались у любимой после ночи в отеле, теперь снова применяются по назначению.

Только об этом подумал, и в штанах случился пожар.

Как же ему хотелось поучаствовать в этих почти невинных шалостях! Побыть хотя бы просто наблюдателем. Но Давид не позволял себе даже намека. Все, что ему оставалось, — несколько раз в сутки посещать душ, чтобы спустить пар. У него скоро мозоли на руках появятся! Но Давид терпел. До зубовного скрежета и красочных эротических снов.

Давид поудобнее сел в кресле и знаком велел заму убираться вон. И охранникам заодно.

— Жаннет ко мне, — приказал им вдогонку.

Через минуту в комнату вошла роскошная рыжая волчица. Она появилась в стае совсем недавно, по протекции Совета. Фигуристая, длинноногая, с кукольным личиком и копной задорных кудряшек Жаннет могла соблазнить любого.

И соблазняла.

— Вы звали, господин Сабуров? — мурлыкнула, облизывая сочные губы.

— Звал. Ты знаешь, что делать.

Волчица призывно улыбнулась и направилась в комнату отдыха. Но Давид не пошел следом. Через несколько минут из-за двери донеслись стоны и рычание. Жаннет развлекалась во всю, ничуть не смущаясь слушателей.

Давид мало обращал на это внимание. Он хотел Аврору, и точка.

Закончив, волчица вышла из кабинета. Подошла к Давиду, обняла его, смешивая их запахи, и ушла. Одежда слегка помята, причёска растрепана, и даже походка изменилась.

Профессиональная актриса. И хитрая стерва, которая водила Совет за нос. У Зиминского действительно очень много ценных кадров.

Покончив с одним спектаклем, Давид занялся вторым.

Командировка прошла скучно, если не считать дуэли с Романовым. Щенок был чертовски зол. Кидался, как бешенный, рычал во все горло... и доаускал ошибки. Давид легко прижал мальчишку к земле. И выслушал такой отборный поток брани, что самому неловко стало.

Что-то тут было нечисто… И Давид решил сообщить об этом Зиминскому. На всякий случай.

Глава 44

Это было самое роскошное вечернее платье, которое Авроре доводилось видеть. Струящееся, светлое, воздушное, с изящной вышивкой по низу и на лифе, оно скрывало оставшийся после беременности животик и подчеркивало (но не слишком) налитую грудь.

Аврора провела ладонью по атласной ткани и восхищенно вздохнула. Где Давид нашел такую прелесть?! И не только эту.

Взгляд перебежал на коробку, перевязанную роскошным бантом. На крышке — логотип известной марки белья. Аврора покраснела. Она нарочно избегала смотреть, что выбрал Давид. Потому что, ох, ей и так было тяжело — желание вернулось!

Теперь каждая встреча с альфой превращалась в пытку. Ее тело жаждало альфу, кажется, еще сильнее, чем раньше.

Аврора спасалась игрушками, оставшимися у нее после ночи в отеле. Но что эти латексные штучки против страсти распаленного желанием самца! Низ живота голодно потянуло. Аврора тревожно оглянулась по сторонам, хотя альфа никак не мог быть рядом.

Давид всегда предупреждал, когда посетит ее. Вел себя идеально. Не надоедал и в то же время не давал его забыть. Как будто она могла!

Аврора снова отвернулась к зеркалу.

Но отражение показало ей красную, как маков цвет, омегу с искусанными губами и блестящими глазами.

Плохо дело…

Тревога кольнула под сердце. Несмотря на вернувшуюся тягу, Аврора все еще не могла заставить себя верить Сабурову. Не лучше ли им быть просто родителями без личных отношений? Ей разумнее всего отказаться от прогулки, на которую пригласил Сабуров, но… Аврора снова посмотрела на платье.

У нее никогда не было свиданий.

К тому же так интересно, что приготовил ей альфа…

В общем, через полчаса неприметная зелененькая машинка мчала ее прочь от стаи.

Алекс остался на попечении Верницкой и Даяны — престарелой оборотницы, которая с первой же секунды нашла подход к маленькому альфе.

— Даяна работала воспитателем в доме для полукровок, — рассказывал про нее Сабуров. — Дети ее обожали.

И Аврора легко могла в это поверить.

В серых глазах оборотницы плескалось столько тепла и участия, что сердце замирало. И Алекса она взяла на руки с воистину материнской любовью. А волчонок, вместо того чтобы оскалить клыки, расплылся в улыбке.

За три недели работы в качестве няни Даяна не вызвала никаких нареканий.

Поэтому Аврора почти не беспокоилась, оставляя сына на вечер в обществе других волчиц.

А молчаливый водитель вез ее все дальше от поселения оборотней. Аврора смотрела на мелькавшие за окном деревья и неосознанно прокручивала в голове все, что случилось после аукциона. И как она шла на первую встречу со своим новым хозяином, и шахматная партия, во время которой ей удалось заявить о себе, и работа над детской и Северным логовом… А еще первые уступки со стороны альфы, первый взгляд как на женщину, а не шлюху, первый поцелуй… И его ночь с другой.

А ведь ее могло не быть!

Аврора не оправдывала Сабурова, совсем нет. Но впервые за все время подумала, что и она могла бы быть более понимающей. Мягкой. Ведь, как ни крути, а Давид любит свою стаю и заботится о ней, а это очень тяжело.

К небольшому эко-отелю на берегу речки она подъезжала в самых растрепанных чувствах, а уж когда увидела вышедшего ей навстречу альфу — совсем смутилась.

Давид выглядел как всегда великолепно.