Сирены. Сияние магии - Майке Фосс

Пенн с отцом какое-то время смотрели друг на друга. Саво как будто хотел ему сказать еще что-то, но промолчал, и наша чемпионская команда отправилась в паб.

– Что только что произошло? – спросила я, когда мы шли по коридору.

– Дело в моей матери.

– Ой.

Во всей этой суматохе я и не подумала о ней, даже после нападения.

– Да. Он не любит громких слов. Таким образом папа говорит мне, как он рад, что все хорошо закончилось. Мамина смерть причинила боль всем нам, но он страдал больше всех. Он понимает, каково было бы мне потерять тебя.

Я взяла его за руку и крепко сжала ее.

Пенн оглянулся, и в его взгляде смешались тепло и облегчение, а глубоко внутри по-прежнему таилась невыносимая боль. На мгновение в его глазах что-то сверкнуло, чего я не могла понять, а потом опять исчезло.

– Твоя мама наверняка бы гордилась тобой, – сказала я.

Он сжал мою руку.

– А твоя – тобой.

Я сплела наши пальцы, второй рукой касаясь маминого медальона. Я знала, что Пенн прав.

Когда мы вошли в «Моряк», праздник был уже в самом разгаре. Новость о нашем успехе давно распространилась, и казалось, что все, кто не сидел только что в столовой, находились здесь. Скарлетт обнимал то один, то другой посетитель, Дилан неохотно разрешал разным людям хлопать его по плечу – на большее по отношению к нему никто не осмеливался. Карлос и Пенни старательно хлопали других гостей по ладоням. А мы с Пенном позволили увести нас в толпу. Из музыкального автомата загрохотала песня группы Queen «Another One Bites the Dust», и не только я не удержалась от смеха, когда Карлос, меняя слова, пропел «один нокс». Мы передавали друг другу стаканы и бутылки с пивом, началась новая песня, и хотя я даже еще не приступила к текиле, с каждой минутой все больше распалялась.

Я смогла вздохнуть с облегчением, когда на мне перестала лежать ответственность за возможную смерть одного из нас, если у меня ничего не получится. Я играла в бильярд с Пенни и Карлосом, чокалась со Скарлетт и Диланом, танцевала с Пенном. Я больше не думала над тем, что могло случиться. Главное, что мы сегодня составили конкуренцию мстителям и заслужили отдых.

Оказавшись в баре и собрав волосы в небрежный пучок, я совсем потеряла счет времени. По спине у меня стекал пот, а рубашка прилипла к телу. Я жадно выпила воду, которую поставил передо мной Сайлас. Сам он искал мою куртку, которую Карлос вечером засунул под стойку.

– Что, выбилась из сил? – спросил Пенн, садясь рядом со мной и сверкая своей неотразимой улыбкой.

– Ошибаешься, – сказала я. – Всего лишь жду, пока мне принесут куртку.

– Мы уже уходим?

– Кто сказал, что ты пойдешь со мной?

– Черт, это было бы слишком просто.

Я засмеялась.

Его глаза вспыхнули.

– Я скучал по нему.

– Ты о чем?

– О твоем смехе.

Я опустила голову и почувствовала, как сердце ушло в пятки. Одно дело – целоваться с ним в окружении толпы, и совсем другое – эти взгляды, в которых, казалось, отражалось все на свете. Мне к этому еще надо было привыкнуть.

– Я просто хочу зайти к Шен, – объяснила я. – Вообще-то мне сразу, как только мы вернулись, хотелось к ней.

– Все получилось просто супер.

– Точно. Она наверняка уже переживает, нельзя ее заставлять ждать.

Как раз в этот момент нашлась моя куртка.

– Значит, продолжение вечеринки откладываем?

– Всего на час.

Он помог мне надеть куртку, поднял руку и нежно провел большим пальцем по моей нижней губе.

– Увидимся, Маре.

– Маре, – повторила я, наклонив голову. – Ты уже так называл меня. После нападения.

– Я подумал, что тебе нужно новое прозвище, – объяснил он, и в его голосе не было ни следа насмешки. – Когда я смотрю на тебя, то вижу нечто большое, глубокое, как море. Маре.

Возражения, которые уже готовы были сорваться с моих губ, застряли в горле.

– Почему? – спросила я так тихо, что не была уверена, расслышал ли он меня.

При этом я уже давно знала ответ.

– Потому что я люблю тебя, Реган Сиборн, – просто сказал Пенн и поцеловал меня.

Я обняла его и ответила, вложив в поцелуй всю себя. Шум вокруг нас отошел на задний план, а под веками подозрительно защипало. Пенн любил меня.

Жажда обладать им вспыхнула, как яростный огненный смерч. Чтобы потушить его, не хватило бы и целого океана. Пенн любил меня.

А я?

– Я тоже тебя люблю, – сказала я.

Глава 39

Я поднялась по лестнице и побежала по коридору. Сердце забилось быстрее, и я в предвкушении вытащила ключ из кармана куртки. Я не забыла о Шен, но все произошедшее меня как будто опьяняло: ритуал; обновление печати и то, что мы все выжили; Пенн и планы на будущее, о которых несколько недель назад я и мечтать не осмеливалась.

Я отпрянула, когда получила удар током, взявшись за ручку. Видимо, атмосфера бара пришла вместе со мной. Или дело было в Пенне? Он сказал эти слова, заявил, что любит меня, и я ответила ему. Я впервые произнесла это вслух. Я была так невероятно счастлива, я никогда не думала, что такое возможно, – не у меня, не в этой жизни, но вдруг все стало иначе.

Со второй попытки я наконец попала ключом в замок и вошла. С моего отъезда ничего не изменилось: шторы были открыты, а телевизор выключен. Единственным нововведением – и тут у меня с души свалился камень – была Шен, которая лежала уже не в постели, а свернувшись клубочком, заснула на диване.

Я осторожно подошла к дракончику. Маленькая грудь поднималась и опускалась, и он казался совершенно безобидным. Я улыбнулась.

Казалось, этот день длился больше двадцати четырех часов, столько всего произошло с тех пор, как я уехала сегодня утром. Я могла остаться здесь: строить планы, быть вместе с Пенном, работать, учиться или делать то, что мне хотелось. Я всегда хотела жить как обычный человек, а под защитой артагианцев такая жизнь была возможна не только для меня, но и для Шен.

Она сонно забормотала. Перевернувшись на спину, вытянула руки над головой и пронзительно запищала. Моргнув несколько раз, она сосредоточила на мне свои глазищи и тут же проснулась окончательно.

– Реган?

– Отлично подмечено, – сказала я.

Шен