Испытание Богов - Валькирия Амани

— У меня была компания. Ты только что отослал ее прочь. — Ее глаза сузились. — Я чувствую, что есть другая причина, по которой ты пришел.

Я ненавидел, как хорошо она меня изучила. Но мне это тоже нравилось.

— Я дал тебе это, — сказал я, оглядываясь вокруг. — Все это. Твой трон. Твою корону. Твою армию и королевство обратно. Или ты уже забыла?

— Нет, — тихо сказала она. — Почему ты заговорил об этом сейчас?

— У тебя есть враги, Айла, в этих стенах и за их пределами. Все еще есть вельможи Галины, которые поддерживали твоего дядю. Все еще есть лорды, которые верят, что твой свет — проклятие. Все еще есть крестьяне, которые забросали бы тебя камнями до смерти, если б им предоставился шанс. Завтра ты станешь Королевой, и в тот же самый день кто-то попытается отнять это у тебя.

— Я знаю, — сказала она.

— Ты так себя не ведешь.

— Потому что я отказываюсь жить в страхе. Я не боюсь мира, — сказала она. — А ты боишься. В этом разница между нами.

— Нет, — прошипел я. — Разница в том, что я видел, что бывает, когда позволяешь сердцу вести тебя. Когда даешь второй шанс, как ты это часто делаешь. Такие монархи долго не живут.

Она подозрительно посмотрела на меня.

— Ты мне не доверяешь, — рассмеялся я.

— Ты уничтожаешь все, к чему прикасаешься, — сказала она. — Даже когда утверждаешь, что любишь это.

— Я люблю тебя, — сказал я.

Я ненавидел говорить это так же сильно, как это было правдой. Король Малифика, Распахнувший врата Ада… влюблен? Во что я превратился?

— Я знаю, что любишь, — прошептала она.

Она не ответила тем же. Неужели она тоже не любит меня?

— Нам нужно поговорить о свадьбе, — сказал я.

Это снова привлекло ее внимание, и ее плечи напряглись.

— Мы заключили сделку, — сказал я.

В ее тоне теперь слышны упрямство и вызов.

— Мы никогда не назначали точную дату.

— Тогда мы назначим ее сейчас, — сказал я.

— За день до моей коронации? — спросила она, словно сама идея была абсурдной. — Я считаю, что сначала нужно позаботиться о других вещах.

Разве я не был для нее в приоритете?

Она скрестила руки, раздраженно.

— Зачем спешка?

Потому что ты ускользаешь от меня.

Я не хотел, чтобы она осознала, какую власть может иметь без меня. Я не хотел представлять, что она не моя. А я — не ее.

Но я не мог сказать ей этого пока. Поэтому вместо этого я сказал:

— Потому что королевству нужны определенность и стабильность. Пришло время сделать наш брат чем-то большим, чем просто домыслы.

Она долго смотрела на меня. И это молчание сказало мне все, что нужно было знать. Она думала о другом пути. Другом выборе. Другой жизни. Без меня в ней. И это меня ужасало.

Я думал, что хочу оружие. Наследие. Жену, которая будет возводить со мной королевства, а потом я смогу бросить ее в свою тень, когда она станет не нужна. Но где-то по пути все изменилось.

Ее смех. Ее ярость. Ее невозможный свет. Я начал хотеть всего этого. Хотеть ее.

Я был так глубоко в этой яме безумия, что к этому моменту мне было все равно, есть у меня корона или нет… если ее не будет рядом со мной, то какой тогда смысл?

— Я велю священникам подготовить частную церемонию, если ты не готова к публичной свадьбе, — сказал я, прежде чем она успела заговорить. — Но мы поженимся. Сегодня ночью.

— Сегодня ночью? — переспросила она, глаза ее расширились. — Это очень быстро, Эмрис.

— В этом и суть, — сказал я, начиная терять терпение.

Ее челюсть напряглась.

— А если я скажу «нет»?

— Ты не скажешь. — Я прошел мимо нее к двери. — Скоро увидимся, маленькая королева.

Я сделал вдох и медленно выдохнул. Тьма вокруг меня изменилась и исказилась, позволяя быстро телепортироваться обратно в Малифик. Воздух в Галине стал слишком теплым и негостеприимным для такого, как я.

Мой замок мгновенно возник вокруг меня. Я прошел по залам, и единственным звуком было эхо моих сапог по полу. Слуга пересек мой путь.

— Убирайся с глаз моих, — рявкнул я.

Она исчезла, прежде чем я успел закончить последнее слово. Я спустился в темницы. Камни становились все холоднее с каждым шагом, скользкие от старой магии и крови.

У основания темниц свет факела мерцал на тяжелой решетке камеры. А внутри был Ксавиан. Он был прикован цепями в углу, как я и приказал.

Я шагнул внутрь, и дверь захлопнулась за мной.

— Она никогда не была бы твоей.

Его губа расплылась в усмешке.

— Никогда не была и твоей, но, кажется, ты это уже знаешь.

Я не хотел использовать магию, чтобы решить это. Я взмахнул рукой, металлические кольца на каждом из моих пальцев издали зверский звук, когда полоснули по его лицу. Его голова резко мотнулась в сторону.

— Она моя, — прошипел я. — Я дал тебе имя. Положение. Власть. И вот как ты отплатил мне? Тем, что преследовал ее?

Он сильно закашлялся, кровь хлынула изо рта и потекла по подбородку.

— Я никогда не просил ничего из этого.

— Нет, — прорычал я. — Но тебе все равно нравилась власть, когда она служила тебе, — я ударил его снова. — Я должен убить тебя. — зло сказал я.

— Ты не убьешь, — рассмеялся он, сплевывая кровь на пол у своих ног. — Ты пытаешься завоевать ее сердце. Она никогда не простит тебя, если ты убьешь меня.

Я присел рядом с ним на корточки, голос полон яда.

— Я завоюю ее сердце. Жив ты или мертв.

На этот раз я вогнал кулак ему в корпус. Он поперхнулся, сжавшись в комок, цепь загремела о стену.

— Она жалеет тебя, — выдохнул он. — Поэтому она тебя терпела.

— Нет. — Я схватил его за волосы и рванул его голову назад. — Она осталась, потому что нуждалась во мне.

— Это ты себе так говоришь? — Он снова рассмеялся, попутно выкашливая еще больше крови. — Может, в какой-то момент она думала, что нуждается в тебе. Больше нет. Это ты нуждаешься в ней. Так было всегда.

Я избивал его, пока мне это не наскучило.

— Тебя трудно убить, даже не используя магию, — сказал я, отпуская ошейник-кандалы на его шее и отступая назад.

— Я почувствовал кое-что интересное во время битвы, — продолжил я. — Энергетическую волну. Уникальный признак того, что кто-то был избран. Ты ходил в Пропасть. Я видел твои глаза.

Даже в его избитом состоянии у него