Тайна надгробия (ЛП) - Шоуолтер Джена

Джейн закатила глаза:

— И правда стоит, — и плюхнулась в кресло, едва не подпрыгнув на подушке.

— Кстати, ты прекрасно выглядишь, — проговорил он, одарив её обжигающим взглядом.

Конрад, переставший быть отстранённым спецагентом, заставлял её поджимать пальцы ног. Этот соблазнительный мужчина учил её самообороне, спешил на помощь её коту, называл её «лапушкой» и лишал дыхания.

Она робко улыбнулась ему.

Подождите. Она смущалась? Он находил её красивой?

— Спасибо, — ответила Джейн и, пока не бросилась к нему нашею, прокашлялась и как можно более непринуждённо перелистнула страницы своего блокнота, словно каждый день получала такие ошеломляющие комплименты.

— Хорошо, — Конрад напрягся, словно ожидая удара. — Перейдём к делу. Экскурсия. Ты же знаешь, что у нас есть камера, направленная на могилу Маффина. Она записывает видео двадцать четыре часа в сутки, семь дней в неделю. Экскурсия не нужна.

— На самом деле, нужна. Могу поспорить, что твоя камера не засняла ничего существенного.

Он нахмурился, как бы говоря: «Ненавижу, когда ты права, Джейн».

Кстати о Маффине:

— Что случилось с монтировкой?

— Она действительно является орудием убийства.

— Правда? Значит, я это сделала? — Улыбка расплылась по её лицу. — Я нашла самую важную улику во всём деле?

Он не улыбнулся в ответ.

— На металле обнаружили брызги крови доктора Хотчкинса и его отпечатки пальцев.

Джейн мысленно похвалила себя — она была создана для следственной работы.

— Были ли другие отпечатки?

— Нет. — Конрад сжал ручку и постучал ею о край стола. — Думаю, я достаточно ясно дал понять, что не желаю, чтобы ты проводила эту экскурсию, Джейн.

— Да, ты говорил, но это всегда звучало как твоя личная проблема, — ответила она, кокетливо хлопая ресницами.

— Но, — поджав губы, продолжил он, словно она ничего не говорила, — я не могу запретить тебе это. Если ты настаиваешь на том, чтобы подвергать себя опасности, я тоже буду настаивать на том, чтобы кое-что предпринять.

Кое-что, чтобы защитить её? Как мило с его стороны…

— Я использую тебя, чтобы выманить убийцу, — добавил Конрад, и энтузиазм Джейн немного угас. — Я думаю, что всё необычное вызовет ненужные подозрения. — Он протянул ей через стол лист бумаги — брошюру, которую она когда-то раздавала, чтобы привлечь клиентов на свои экскурсии. — Проведение подобной экскурсии как раз в твоём стиле.

— Вот как? Обычная экскурсия без изюминки? — плечи девушки поникли. Она так надеялась сделать что-то необычное, захватывающее. — Где же интрига? Все любят интригу. Разве я не должна дать публике то, чего она жаждет?

— Нам неважно, чего хотят люди, — напомнил ей Конрад. — Нас интересует убийца. С какой стати мы должны угождать убийце?

— Ни с какой, — проворчала она.

— Умница. А теперь, — продолжил он, — ты можешь сделать вид, что наживаешься на нераскрытом убийстве, или заявить, что никакого спрятанного золота нет. Учитывая твою вчерашнюю публикацию в «Хедлайнере», последнее выглядит правдоподобнее. Ты получила более пятидесяти комментариев, и каждый обвиняет тебя во лжи.

— Моя ошибка, — поморщилась Джейн, уловив осуждение в его голосе. Да, перед поездкой в город она проверила каждый комментарий. Похоже, только Бо и Фиона верили ей. — Я остановлюсь на теме с золотом.

Его пальцы дёрнулись на подлокотниках кресла, и одновременно заиграли желваки на скулах.

— Я, конечно, буду присутствовать, и я…

— Нет! Ты шутишь? Убийца не придёт, если там будет агент БРУ!

— Тем не менее, я куплю билет, — самодовольно улыбнулся ей Конрад. — Как любой обычный посетитель, я буду иметь полное право стоять рядом с тобой, оберегая тебя.

Значит, он будет защищать её. Это было так же мило, как она и думала. Нет, даже милее. Но и раздражало не меньше.

— Бо будет там, — размышляя вслух, проговорила Джейн. — Никто ничего не предпримет в его присутствии. Он будет играть роль садовника.

— Тогда я буду играть роль Конрада, помощника садовника. И ты права, многие узнают меня, и я этого хочу.

Вот чёрт! Спецагент не собирался отступать. Знал, что все узнают его, независимо от того, что на нём будет надето. Но сейчас она почувствовала себя немного обиженно.

— Не могу дождаться, когда увижу тебя в костюме, который я для тебя подготовлю.

— Помощнику садовника костюм не нужен.

— Но он всё равно его получит, — фыркнула девушка, надувшись. — Я потороплю экскурсию. Назначу её на эти выходные. У тебя, вероятно, есть планы…

— Я буду там. — Его жгучий взгляд бросал ей вызов, подначивая её попытаться его остановить. То, как он смотрел на неё сейчас… Специальный агент Конрад Райан явно имел на неё планы после закрытия дела.

«Только не дрожи! Ни за что не смей!» — приказала себе Джейн и, проклиная свой сбивчивый голос, ответила согласием:

— Хорошо, приходи как обычный посетитель. Скидок не будет, даже не проси. Вообще-то, на твой билет действует наценка для приезжих — ещё сто долларов сверх цены.

— Скажи мне, кого ты ждёшь в гости? — хмыкнул он.

Перелистнув страницы своей записной книжки, Джейн остановилась на странице с загнутым уголком в конце — её самом актуальном списке подозреваемых.

— Эмма Миллер у меня первая в списке. В день убийства она узнала, что доктор Хотчкинс спал с другими женщинами. Доктор Гарсия застал её плачущей. Конечно, он тоже в моём списке, как и Кэролайн Уиттингтон и все остальные в клинике, включая их партнёров.

— Так, а кто второй в твоём списке?

Их было много! По сути, все значимые фигуры Аврелиан-Хиллз. Но если бы ей пришлось выбирать из примерно трёх десятков оставшихся имен, она бы выбрала…

— Эбигейл Уэйнс-Кирклэнд.

Конрад слегка наклонил голову набок и пристально вгляделся в её лицо:

— Почему она?

Из-за этого пресловутого наклона Джейн едва сдержала улыбку: она явно заинтриговала его. Он удивился её фамилии или тому, что эта женщина считалась подозреваемой по версии Джейн?

— Кэролайн была близка с доктором. На поминках она казалась озлобленной из-за его интрижек. Она посетила выставку «Золотая лихорадка!» и называла Маркуса Марком.

— И почему это выглядит подозрительно?

— Она единственная, кто позволяет себе такую фамильярность. Возможно, у них был роман. — (Но вернёмся к золоту.) — Ты слышал об Ордене Семи?

Конрад помолчал, затем ответил:

— Возможно, это упоминалось на совещании.

— Что ж, позволь захватить твоё воображение тем, что мне известно об этом. Я кое-что раскопала. — (И в прямом, и в переносном смысле.) — Орден Семи был тайным обществом, образованным во времена золотой лихорадки. Городская легенда, которую обычно рассказывают подросткам. На выставке Эбигейл увлечённо изучала только один документ — страницу, ссылающуюся на Орден. Сейчас я отправлю тебе фотографии, которые сделала, когда, вопреки твоему пожеланию, посетила музей. Это тот же основной символ, что был нарисован краской по всему городу. — Порывшись в телефоне, она отправила ему серию изображений. И чем чаще его телефон пищал от полученных JPEG-файлов, тем сильнее раздражался агент.

— Почему я вижу эти фотографии только сейчас?

— Я не знала, будет ли толк от этой зацепки. Блестящий каламбур, правда?

Было очевидно, что он совсем не рад.

— Мне нужны копии всех имеющихся у тебя документов.

— Конечно. Раз ты так вежливо просишь, — тем не менее продолжила она. — Эбигейл знала о новом золоте, якобы спрятанном на моём кладбище, и она сосредоточилась на самом чётком кадре символа Ордена Семи. Тот же символ вырезан на гробах Ронды Бургунди и Сайласа Лэдлинга. — Джейн подалась вперёд на стуле, увлечённая своим рассказом: — Ходили слухи, что сын Сайласа Лэдлинга был членом Ордена, но понёс сокрушительные финансовые потери, когда наши шахты иссякли, а золото было обнаружено в Калифорнии. За считанные недели Аврелиан-Хиллз потерял половину населения, а предприятия внезапно остались без клиентов.