Все началось с измены - Анна Филин
Прямо интересно, что могло ее вернуть домой?
Не принять ее — это начало конца корпорации. Она обойдет всех и поплачется, что муж ее избегает. А про то, что бывший, понятно дело, никому не скажет. И к вечеру работники начнут отпускать шуточки на этот счет. Еще увидят в этом мою слабость. Нет уж, не дам я ей такого шанса.
— Пусть зайдет, — нажимаю я кнопку на селекторе и готовлюсь к ожесточенному сражению. С Ольгой иначе нельзя.
— Митинька! Родной мой! — она распахивает двери и громко, чтобы все в приемной услышали, какие у нас «теплые» отношения, расплывается в улыбке.
Раздвигает руки, словно для объятий. А сама вся искрится счастьем, словно и впрямь я для нее что-то значу.
— Дверь закрой.
Я оглядываю ее с головы до ног. С возрастом она не растеряла былой красоты. Тщательно следит за фигурой — не расплылась. Волосы такие же роскошные, бронзовый загар, не из солярия, землистого цвета, а натуральный. Умелый макияж, подчеркивающий достоинства лица и скрывающий недостатки. Не колет уколы, от которых лицо теряет мимику и становится похожим на мяч. Ольга в вопросах красоты и соблазнения всегда была лучшей. Старость неминуема, нужно это принять и стареть с достоинством. В этом мы с ней сходимся во мнениях.
— Митя, мне нужна твоя помощь.
Она плюхается подтянутым задом на стол для посетителей и закидывает ногу на ногу. Представление началось.
— Сядь на стул. А с чего ты решила, что получишь от меня помощь?
— Митяй, мы же не чужие люди. Разное между нами бывало, но все же мы ладили с тобой.
Э, не. На типичный «развод» я не поведусь. Она ждет, что я начну ей в лицо бросать слова обиды? Да нет их уже. Столько лет минуло. А вот ее посыл настораживает. Вроде как вернулась в семью. Не-не-не. Это без меня.
— Что было, то осталось в прошлом. Если у тебя все — мне надо работать. Прощай.
— Помоги, мне не к кому больше обратиться.
Она закрывает лицо руками и опускает голову. Это еще не спектакль. Это разогрев публики. То есть меня.
— Сейчас в Европе все настроены против русских. Такие злые. Даже мужики, узнав, откуда я, не хотят отношений. Мне пришлось вернуться. А здесь у меня никого, кроме тебя нет. Прошу, помоги мне.
Дай воды, а то так голодна, что переночевать негде. В переводе это звучит именно так. Наглая, расчетливая, дерзкая. Она знает, на какие кнопки давить. Какие слова говорить. Знает, что чужого человека я и на порог кабинета не пущу. А ее пожалею.
Мы оба родом из Советского Союза. А в нем закладывали понятия чести, ответственности, взаимовыручки. Учили и в итоге воспитали из обезьян людей.
Сейчас многое изменилось, но это только внешне. Глубинное осталось на своем месте. Именно в него сейчас и бьет бывшая.
А самое противное — я не могу ей отказать. Между нами были отношения, брак, и это связало нас навсегда. Я вроде как в ответе за нее, непутевую.
Но это полдела. Просто помочь не получится. Она, судя по всему, решила реанимировать нашу связь. А это плохо. У нее опыта и хитрости на десять таких, как я, хватит. Вся ее жизнь заточена только на то, чтобы ловить в свои сети мужчин. Я в этой игре ей проиграю безоговорочно, можно даже не начинать. Вот в чем таится главная опасность. Не замечу, как окажусь стоящим в ЗАГСе, и заиграет тот самый вальс.
— Сколько денег тебе нужно? — я пытаюсь откупиться малым.
— Да при чем тут деньги?
Не прокатило. Но попробовать все же стоило.
— Тогда что?
— Научи меня зарабатывать большие деньги.
Это что-то новенькое в ее лексиконе. Зарабатывать? Не получать подарки? Не выпрашивать содержание?
— Я этому больше двадцати лет посвятил. Ты готова столько учиться?
— Я неправильно выразилась. Я многое умею, возьми меня в свой бизнес.
— С этого и следовало начинать. Хорошие работники всегда в цене. Слушай внимательно. Сейчас выходишь из кабинета. В приемной сидит мой секретарь Елена. Спрашиваешь у нее, как пройти в отдел кадров. Там беседуешь со специалистом, подробно рассказываешь о своих навыках, и тебе подберут работу. Желаю удачи!
— Митя!
Одно слово — и в нем все. И то, что она думает обо мне и о моем предложении. И насмешка, и даже угроза. Дескать, я все еще прошу по-хорошему.
— Ты надолго вернулась?
— Навсегда.
Плохо дело. Если Ольга решила… Ее проще убить, но с выбранного пути она не свернет. Эту бы силу, да в мирное русло…
— Тогда давай договариваться. Я помогу тебе, но так, как сочту нужным.
Она открывает было рот, но я тут же показываю ей пальцем на дверь. Мол, выбор у нее есть всегда. Ольга затихает. Затаивается. Умная.
— Жить тебе есть где?
— Нет, пока в гостинице. Но там такие цены… — она опускает глаза.
— Хорошо, живи у меня в доме. Но не со мной. Уловила разницу? Пока не придумаю, куда тебя пристроить.
В ответ ее губ чуть касается довольная улыбка, ровно на мгновение, чтобы не спугнуть добычу. То есть меня.
Она складывает ладони на груди и покорно произносит:
— Слушаюсь, мой господин.
А глазами говорит другое: «Попал ты, Митяй».
Началось, «мой». А ведь прошло всего полчаса с ее возвращения в мою жизнь.
Господи! За что? Когда я утром сетовал, что мне скучно живется, я вовсе не Ольгу имел в виду. С ней, безусловно, жизнь — сплошной праздник. Она умеет рассмешить, поднять настроение, устроить розыгрыш, придумать развлечение. Но все ровно до той поры, пока ей самой это нужно. Уже вскоре она окрепнет, начнет таскаться по ресторанам с мужиками, пропадать с ними сутками. Хотя нет, не скоро. Вначале женит меня на себе, для гарантии своего безбедного существования. А уж потом — во все тяжкие.
— Елена, зайдите ко мне в кабинет, — я нажимаю кнопку на селекторе.
Кроме нее мне перепоручить Ольгу некому.
— Знакомьтесь. Ольга — моя бывшая жена. Елена — мой секретарь и доверенное лицо. — я представляю их друг другу.
— Елена, прикрепляю Ольгу к вам. Дайте ей несложные поручения. Введите в курс дела. Какое-то время она будет работать
