Последняя любовь капитана Громова - Лина Филимонова

- Восхищенными влюбленными глазами. Как на единственную женщину на свете.

Инга смущенно опускает глаза. Ресницы трепещут, щечки порозовели. Такая красивая…

- Я тоже… - лепечет она. - Смотрю на тебя так же...

Я знаю. В ее восторженных глазах я - орел, мачо, джигит и рыцарь без страха и упрека.

И рядом с ней я так себя и чувствую.

21

Инга

Сегодня какой-то безумный день. Утром Лера внезапно сообщила, что вечером я должна быть у родителей Алекса. И - больше ничего не объяснила! Мол, все новости - вечером.

- Сегодня вечером?

- Да, мам, сегодня в семь. Адрес я тебе скинула. Приезжай.

И - положила трубку.

Что это значит? Какие новости?

- Да ясно, какие, - спокойно отреагировал Борис, когда я ему позвонила. - Он сделал ей предложение

- Думаешь?

Боже… Так быстро? Они же едва знакомы! Но он хороший парень. Хотя отец у него немного странный… Но, если Лера счастлива с Алексом, то…

Мысли вихрем проносятся у меня в голове. А в трубке раздается голос Бориса:

- Ну а что ещё?

- А вдруг она беременна…

Я так долго об этом мечтала! А сейчас… тоже мечтаю. Очень хочу внуков. Но… Боже… Неужели я стану бабушкой?

Бабушка должна вязать носки и печь пироги. А я… А у меня тут страстный роман в разгаре. Я после наших с Громовым ночей весь день хожу с пылающими щеками. И мне кажется, что по мне всем все понятно.

Бабушка… Как-то это все не вяжется…

А, может, пока нет. Может, просто помолвка. Или что-то вообще другое.

Да нет. Другого быть не может С родителями знакомят только когда намечается свадьба.

Боже…

Я захожу в ванную. Смотрю на себя в зеркало под яркой лампой. И вдруг замечаю: у меня очень сильно отросли корни волос. Вот просто уже неприлично. Из-под потускневшего медно-рыжего видно седину и мой русый цвет. Почему я только сейчас это заметила? И как я пойду знакомиться с будущими родственниками с такими ужасными волосами?

* * * *

По дороге на работу я пыталась записаться к своему мастеру. Но она предложила мне лишь следующую неделю. Сегодня никак не втиснуться. А мне надо срочно!

Ладно хоть Леночка Петровна выручила, дала мне контакт хорошего парикмахера и та взяла меня на сегодня. А Анна Леопольдовна разрешила уйти в четыре. Я все успею.

Лерочка, дочка… Неужели она выйдет замуж? Заведет детей. Моя девочка…

Так. Что это сейчас капнуло на документ? Я что, плачу?

Просто слезинка. Просто…

Спокойно. Дышим. Всё хорошо. Все просто прекрасно! Я работаю.

Черт. Колготки зацепились за край ящика стола. Стрелка побежала. Надо купить новые. В обед сбегать в магазин. Зачем я вообще надела юбку? Надо было брючный костюм. Может, в обед съездить, переодеться?

- Инга Сергеевна, это никуда не годится!

Сердитая Анна Леопольдовна врывается в мой кабинет. Лично! Вместо того, чтобы вызвать меня. Значит, дело совсем плохо.

- Что случилось?

- Администрация забраковала наш проект литературных экскурсий для пенсионеров. Надо срочно переделать. Вот правки. Они там совсем с ума посходили. Все же было обговорено!

- Насколько срочно?

- Сегодня.

- Но я не могу…

- Знаешь такое слово: “надо”? Так вот, а сейчас - очень надо! Завтра переделанный проект должен быть на столе, иначе потом три месяца ждать одобрения и финансирования.

Боже.… Тут работы на несколько часов… Я и до семи могу не успеть. А у меня парикмахер. И я хотела переодеться. И…

Ладно. Работаем.

Черт с ними, с волосами. Я скоро буду бабушкой. У меня седые корни.

А Борис? Как он отнесется к тому, что я - бабушка? С седыми волосами. Он заметил?

У него вон молодых поклонниц пол-города…

Лера… Как представлю ее счастливую в белом платье - слёзы на глазах.

Боже.. Да что ж меня так размотало-то? Какие-то сумасшедшие эмоциональные качели.

То радуюсь, то грущу непонятно почему, то тревожусь, то загоняюсь из-за ерунды…

И тут ко мне заглядывает Борис. Приехал без предупреждения, частенько так делает.

- Пообедаем?

- Мне некогда!

- А что такое?

И я вываливаю на него все свои переживания.

Лера… Волосы… Колготки… Проект!

Неужели моя девочка выйдет замуж?

Я ничего не успеваю!

Я ужасно выгляжу!

А вдруг моя дочь беременна? Я так долго этого ждала…

- Всё будет хорошо, - невозмутимо произносит он.

- А если нет?

Чувствую, что в моем голосе звенит истерика. А от так спокоен… Слишком спокоен! Прям бесит, если честно.

- Я тебе обещаю.

Обещает он… Как он может обещать?

- У меня парикмахер в четыре. Незнакомый! Она, может, вообще все испортит.

- Инга, ты и так красивая. Это вообще ерунда, не стоящая переживаний.

- Ерунда? Что именно? - взвиваюсь я.

- Все.

- И Лера? И ее замужество? И… вдруг она беременна? Это тоже ерунда? У тебя нет детей, ты не понимаешь!

И тут я слышу себя со стороны. И сразу же замолкаю. И мне становится невыносимо стыдно за эту визгливую истерику…

Борис молчит. Я тоже застываю. Судорожно пытаюсь подобрать какие-то слова, но в голове звенящая пустота.

Я его обидела. Я наорала на него. Это наша первая ссора...

И я одна во всем виновата!

Что он сейчас сделает? Уйдет?

Почему-то вспоминаю, что так делал Игорь. Отец Леры. Когда злился или обижался - уходил. Мог исчезнуть на несколько дней. Даже когда мы уже были женаты!

Борис делает шаг. Не от меня - ко мне. И - обнимает.

Боже….

- Извини, - всхлипываю я.

- За что?

- Я кричала на тебя…

- Это разве кричала? Так, пискнула пару раз.

- Я не знаю, почему меня так накрыло…

- Ты женщина. У тебя эмоции.

- Я, вообще-то, спокойная и адекватная... Обычно.

- Я знаю, - он гладит меня по спине. - Ты спокойная. Но иногда на солнце набегают тучи. И им нужно пролиться дождем. Все нормально.

- Ты не… не обиделся?

- Пф-ф-ф-ф! Я мужчина. Ты женщина. У тебя эмоции, слёзы, переживания. Ты - стихия. Я - скала. Ясно?

- Ясно…

Боже, какое облегчение! Он не обиделся. Он все понял. Он… невероятный!

- Вытирай сопли и поехали, - командным тоном произносит Борис.

- Куда?

- Отвезу тебя в парикмахерскую.

- В какую?

- В самую лучшую. Потом с твоим