Кто твой папочка - Бриттани Николь

Кэл взрывается смехом.

— Большинство людей считают, что они приносят удачу.

— Большинство людей — идиоты, — бурчу я.

— Ладно, я уберегу тебя от личинок и божьих коровок, — обещает он, уткнувшись в телефон. — Позже, когда вернусь, переведу тебя в переговорную — будешь работать со мной.

Я морщусь. Работать в одной комнате с ним? Нет, спасибо.

— Я лучше перееду в пустой кабинет.

— Нет, в переговорную, — он кивает, полностью игнорируя мои слова. — А сейчас мне нужно идти — уже почти время ланча у Мерфи.

Я хмурюсь.

— Ты забыл собрать ему обед? — Бедный мальчик. Первый день в новой школе — и папа оставил его без еды.

— Я отправил ему обед, — фыркает Кэл. — Целых три варианта, на всякий случай.

Я постукиваю пальцами по столу, недоумевая.

— Тогда зачем ты…

— Мне нужно убедиться, что ему будет с кем сесть за стол.

Я резко вдыхаю.

— Ты собираешься сесть с ним? — Это же катастрофа. Что может быть хуже для ребенка в первый день в новой школе, чем собственный папа за обеденным столом? Даже в первом классе его моментально сделают изгоем.

— Конечно нет, — Кэл смотрит на меня как на безумную. — Если я сяду рядом, дети решат, что он странный. Я просто посмотрю через окно.

Я закрываю глаза и начинаю массировать виски, пытаясь отогнать надвигающуюся мигрень.

В стиле Кэла это даже логично. В каком-то… очень странном стиле.

Я глубоко вдыхаю и фокусируюсь на нем.

— Значит, странный будешь ты, а не Мерфи.

Он хмурится, словно считает, что я не на его стороне.

— Только сегодня. Завтра я просто отвезу его утром и не уйду с работы до конца дня. А пока найди минутку и проверь мой график, чтобы все встречи и судебные заседания ставили между десятью тридцать и двумя часами дня. Спасибо.

— Что? — я таращусь на него. — Ты шутишь, да? Суды закрываются с двенадцати тридцати до двух на обед! Ты же не думаешь, что каждый судья в округе согласится подстраиваться под тебя и работать только эти два часа в день?

Он легко пожимает плечами.

— Мне нужно отвезти детей в школу, поэтому раньше десяти тридцати я не успею, а в два я обязан уехать, иначе опоздаю их забрать.

Я, конечно, ценю, что он с головой погрузился в роль отца. Но он — адвокат. Его рабочий график не может зависеть от школьных развозок. В нашей профессии мы все подчиняемся расписанию судов и запросам клиентов.

Мне приходится приложить усилия, чтобы говорить спокойно:

— Судьи на это не согласятся.

— Но это же ради ребенка.

— Этот аргумент работает в суде, Кэл, но не в твоем личном расписании. — Я скрещиваю руки на груди. — В этой ситуации ребенок — это ты. Твой ребенок в школе, он в безопасности. Судьи не сочтут это уважительной причиной.

— Ты справишься. Я в тебя верю, — его губы расплываются в той самой обаятельной улыбке, которую я ненавижу.

Я упрямо опускаю взгляд на узел его галстука. Нет. Никакая улыбка меня не сломает.

— Мочь и хотеть — не одно и то же, — холодно отвечаю я, наконец поднимая глаза, чтобы одарить его уничтожающим взглядом. — Я не волшебница, Кэл. Чудес с расписанием судов не бывает.

Вместо того чтобы смутиться, его голубые глаза загораются, а губы растягиваются в широкую, абсолютно наглую улыбку:

— Ну же, Лола, — он слегка наклоняет голову и раскачивается на пятках, — будь командным игроком.

— Я не в твоей команде, — напоминаю я ему… и себе тоже.

Он делает печальное лицо.

— Но я же принес тебе кофе.

Прежде чем я успеваю ответить, в дверях появляется Брайан, высовывая голову из кабинета.

— Небольшая проблемка.

— Кроме личинок в принтере? — уточняю я.

Брайан морщится.

— Ну… есть и хорошая новость. Я снова вызвал дезинсектора. В пустом кабинете обнаружили несколько мышиных гнезд.

Я издаю стон. Конечно. Ну как иначе? Это место — сущий кошмар.

— Отличная новость! — слишком радостным голосом объявляет Кэл.

— Я ненавижу это место, — бормочу я, закрывая глаза.

— Я тоже не в восторге, — соглашается Брайан, — но всего лишь на год.

Я резко открываю глаза и впиваюсь взглядом в своего босса.

— Девяносто дней. Вот на что я соглашалась. Всего девяносто.

Глава 11

Кэл

— Проверка, проверка.

Парень рядом со мной наблюдает, с трудом сдерживая улыбку.

— Не мог бы ты подержать это и встать вот сюда? — прошу я, показывая на совершенно новую рацию.

Он пожимает плечами.

— Конечно.

Я отсчитываю шаги — примерно три метра, — поднимаю вторую рацию и нажимаю кнопку.

— Слышишь меня?

Он кивает.

Я отхожу еще на три метра.

— А сейчас?

Когда он показывает мне большой палец, я снова ухожу дальше.

— А теперь?

Он нажимает кнопку на устройстве в своей руке.

— Да.

— Красавчик, — ухмыляюсь я. — Это примерно то же расстояние, что и оттуда до школы, верно?

Прищурившись, он изучает меня, будто запоминает черты лица, чтобы потом отдать их художнику, который рисует фотороботы.

— Я не маньяк, клянусь, — вскидываю руку и быстро возвращаюсь к нему. — Я отец. Новый отец, — поясняю.

— А-а, — понимающе кивает он, лицо его смягчается. — Трудно оставлять их одних.

— Именно! Я Кэл, — протягиваю ему руку.

Он жмет ее.

— Роджер. Моя дочь учится в четвертом классе.

— Мой сын в первом.

Он легким движением выключает рацию.

— Ему, скорее всего, понравится. А вот моя дочь ни за что не согласится. Десять лет, а ведет себя, будто ей уже семнадцать, — усмехается.

— Да, я очень рад, что мой внезапно появившийся ребенок оказался мальчиком.

Его глаза расширяются.

— Внезапно появившийся ребенок?

Я не успеваю объяснить, потому что двойные двери вдруг распахиваются, и поток детей устремляется вниз по ступенькам.

Ти Джей бежит впереди всех, но, оглядев толпу, я не нахожу Мерфи.

— Дядя Кэл! — мой племянник бросается ко мне на руки.

К счастью, я привык к его энтузиазму, поэтому легко ловлю его.

— Ты теперь будешь забирать меня каждый день? Это же просто супер! Я не люблю школу, но если ты возьмешь меня за ледяным напитком, я тебя полюблю!

Я уже говорил, что этот парень прирожденный аферист?

Я киваю, одновременно лихорадочно ища глазами Мерфи. Паника начинает сжимать мне горло, крепче с каждой секундой.

— Где твой кузен?

Ти Джей пожимает плечами.

— Время для слаша? Я хочу синий, но если ты возьмешь красный, а я синий, я смогу выпить оба.

Не обращая внимания на его болтовню, я приподнимаю его повыше и быстро направляюсь к дверям.

— Простите, — обращаюсь я к женщине, стоящей у