Развод не приговор - Валентина Кострова

— Было приятно с вами поработать, Антон Викторович, — Олег слегка кивает и уверенный в себе покидает переговорный зал.

Я сажусь обратно на стул, как только закрывается дверь, достаю из кармана пиджака мобильный телефон. Несколько секунд смотрю на черный экран, размышляя, что мне собственно делать. Отпустить Лену на все четыре стороны, пусть сама решает свои новые проблемы, или помочь ей, воспользовавшись предложением. Тем самым предложением, которое она сделала мне при нашем знакомстве. Только не ради сохранения брака, а как раз наоборот.

Вздыхаю, откладываю мобильник. Я определенно поехал крышей. О чем думаю только. Мне должно быть все равно, как сложится жизнь у Шубиной. Должно, но под ребрами ноет. Нудно, противно и болезненно. Морщусь, сжимаю пальцами переносицу. Сам же провел жирную черту, четко сказав, что никак не отвечу на ее чувства, если они есть. Выходит, что это у меня екает сердце, мучает бессонница, а не Шубину. Она что-то не шлет бессмысленных сообщений, не беспокоит звонками с просьбами. Словно со всеми вопросами справляется сама.

Работа отвлекает. Я забываю о Поклонском и о Шубиной. У меня полно других фамилий, которые запросто занимают освободившиеся место. Встречаюсь с клиентами, договариваемся с ними о том сем, после обеда я уезжаю давать бесплатные юридические консультации. Не все могут позволить себе хорошего адвоката, а дельный совет порой необходим. Особенно женщинам, которые с детьми, с долгами, без недвижимости, работающие на минималке, и имеют при этом мужа-тирана или алкоголика. Домой возвращаюсь после восьми вечера дико уставший с пустой головой. Направляясь к своему подъезду, замечаю Лену, идущую к своему. Она тоже меня замечает. Подходим друг к другу.

Не видел ее три дня. Немного, но и не мало. И кажется, что-то в ней изменилось, но что, не могу понять.

— С работы? — Лена засовывает руки в карманы толстовки.

— Ага. Виделся сегодня с твоим мужем.

— И? — в ее глазах столько надежды, что мне физически больно ее разочаровывать. Со мной такое впервые. Не спешу с ответом, просто стою напротив и разглядываю девушку. Тяжело вздыхаю.

— Он отозвал заявление. Не хочет развода. Считает, что ты хорошая жена, тебя стоит лишь озадачить ребенком.

— Ребенком? — Лена усмехается, потом начинает тихо смеяться. — Серьезно? Да, он сказочник!

— О том, что он не может иметь детей, знают ты, врач и я, поэтому не удивительно, что так думает. Что будешь делать? Не сегодня, так завтра тебя с собаками от бабушки будут искать по всему городу, — склоняю голову вниз, чтобы заглянуть Лене в глаза.

Она без каблуков смотрит на меня снизу-вверх. Смотрю на чуть приоткрытые губы, блестящие от того, что их недавно облизали языком. От этой мысли вдоль позвоночника пробегают крупные мурашки. Я слишком устал, поэтому реагирую на разное неподобающим образом.

— Буду убегать от этих собак, пока у меня есть силы и желание, — от ее позитивного тона и задорных огоньков во взгляде мне становится тепло. Не будет сдаваться. Правильно.

— Нужно найти парня, чтобы воплотить свой первичный план. Не ради того, чтобы сохранить брак, а как раз наоборот, — Лена улыбается. Только тон и взгляд подсказывают о серьезности ее настроя.

— Так давай я тебе помогу.

11 глава

Кошусь на Антона и не верю, что он сидит на кухне и серьезно на меня смотрит. Ощущение такое, что я в каком-то параллельном мире сейчас живу, где в моей жизни происходят альтернативные события.

— Помнится, именно ты рьяно отказывался от предложения, а недавно четко дал понять, что никаких чувств ко мне нет, и не будет. Нет в твоей жизни планов на отношения. Что изменилось за короткое время? В тебя ударила молния? Перетрудился, что путаешь реальность с вымыслом? А может у тебя амнезия? — испугано прикрываю рот ладошкой, Клинский хмурится, недовольно цокает языком.

Знаю, болтаю много и не по делу, но у меня пока в голове не укладывается то, что адвокат решил протянуть руку помощи. Да тут любой на моем месте сидел в шоке. Когда я была решительно настроена, мне казалось море по колено, сейчас гложут разные сомнения и обыкновенная лужа может быть глубже Тихого океана.

— Меня не нужно жалеть, — отбрасываю в сторону веселье. Антон смотрит исподлобья. Не могу понять, жалеет он о своем предложении помощи или нет.

Человек — загадка, похожий на кубик — рубик. Мне никогда не удавалось его полностью правильно собрать, поэтому не рассчитываю на то, что пойму Клинского.

— Даже если я вернусь домой, я уже не буду пытаться сохранять брак, угождать бабушке и смотреть в рот Олегу. Нет, у меня теперь другие интересы. Я хочу быть самостоятельной. Пусть меня всего лишат, ничего страшного. Руки — ноги есть, значит все смогу, — смеюсь, когда поднимаю руки и ноги одновременно, демонстрируя Антон их подвижность.

— Лен, ты же понимаешь, что от тебя не отстанут. Тебя будут загонять как зверька в ловушку. Бабушка твоя не из тех, кто благословит и отпустит.

— Я знаю, — опускаю голову, но тут же ее вскидываю. — Буду бороться. Я не могу согласиться на твое предложение, потому что тогда ты можешь пострадать. Бабушка страшна в гневе, она как бульдозер все сметет на своем пути, если кто-то иль что-то ей мешают. Я не хочу, чтобы из-за меня ты пострадал. Не буду никого искать для роли отца ребенку.

— Ты волнуешься? Не стоит. Меня не так просто похоронить за плинтусом. Репутация, конечно, может пострадать, но не настолько, чтобы внезапно оказаться на улице без работы. Я не мальчик на побегушках, не дрожащая тварь.

— Зачем тебе этот геморрой? — двигаю к себе чашку с остывшим чаем. Антон тоже двигает к себе чашку и смотрит в нее. Я терпеливо ждут ответа. Мне действительно интересно, что движет им помогать мне всеми возможными способами.

— Не знаю. Я просто не хочу, чтобы ты возвращалась к своим родным, к своему мужу. От мысли, что вы вновь… — кривится как от зубной мысли, я понимаю, о чем не договаривает. С Олегом я сейчас ни за что не лягу в одну постель. У него и без меня хватает тех, кто согреет и развеселит.

— У тебя чувства ко мне? — ехидно ласковым голосом возвращаю Клинскому его же слова. Антон щурится и ухмыляется, залпом выпивая остывший чай.

Молчит, не улыбается, значит не собирается поддерживать мой иронично-шутливый