Случайный поцелуй - Наталья Васильевна Крынкина
– С трудом, – тот улыбнулся недоверчиво.
– Я тоже до сих пор не приду в себя… И вот, посмотрела на меня своими глазищами и удрала. Как я её искал – отдельная история. Нашёл. И она дала мне свой номер. Правда, ещё не знает, что я – это я, – признался он.
Ванька пригладил волосы и сообщил вдруг:
– Улица Космонавтов, одиннадцать. Четвёртый подъезд…
Антон расплылся в улыбке и снова хлопнул его по плечу:
– Спасибо, брат!
– Да не за что. Ты бы видел себя! И слышал, как ты с ней разговариваешь…
– Ничего особенного, – фыркнул Антон, отворачиваясь и пряча широко расплывшийся в улыбке рот.
– Угу, – хмыкнул в ответ Ваня. – Ладно, не скажу я Свете, чтоб она случайно сестре не проболталась. И пошли уже, пока её наша маман совсем не засмущала там.
– Да пошли, пошли, – проворчал Антон. – Вы же не отстанете…
И оба синхронно открыли дверцы машины, чтобы выбраться на улицу.
* * *
Сунув смартфон под подушку, Рита потянулась, разминая спину, и погладила Мурку по шёрстке. Улыбнулась, не переставая думать об Антоне и представляя, каким бы мог быть обладатель приятного голоса. Она почти наверняка знала, что он немаленького роста. Высокий, но не то чтобы очень, скорее сантиметров сто восемьдесят. Ну, плюс-минус пять. Не худой. И не толстый. Вот одышка в его голосе точно не слышалась.
Пожалуй, всё. Цвет волос, глаз и кожи она боялась себе представить. Нарисуешь в воображении красавца, а он окажется каким-нибудь лягушонком…
Рита уже пыталась искать его лицо на фотографиях друзей из социальной сети. Но у него их было огромное количество и найти среди них тех, с кем бы Антон действительно часто общался, не представлялось ей возможным. Из тех профилей, что она просмотрела, наиболее похожим на профиль Антона оказался тот, что принадлежал Владимиру Никитенко. Музыкальные подборки, автомобили, полуголые девицы, которых он часто даже репостил со страницы Чеснокова. Улыбчивый парень на всех фото был запечатлён один и не выкладывал изображений с компанией друзей. На некоторых фотографиях он оказывался одетым в рабочую одежду у автомобилей с открытыми капотами, и Рита сделала вывод, что с Антоном они коллеги.
На секунду в голове девушки мелькнула мысль: а что, если написать этому Никитенко, спросить адрес автосервиса и вычислить место работы Антона? Но она тут же одёрнула себя, заставляя об этом не думать. Это не женское дело – гоняться за мужчинами. Тем более за теми, о которых ничего неизвестно.
Он хочет встретиться? Ладно, она не возражает. Страшновато, правда, и бьёт озноб… Но не показывать же ему, какая она трусиха.
Зарывшись носом в подушку, Рита снова закрыла глаза и сладко зевнула. Да ну его! Хотя думать об Антоне, конечно, приятнее, чем о Рихтере и Макарове. В сто раз!
Она зевнула ещё разок. И ещё. А потом провалилась в тёплый уютный сон.
Четырнадцатая глава
Рита не выспалась и еле-еле продрала глаза после того, как надрывающийся будильник доигрывал в третий раз весёлую песенку из мультфильма про Чучело-Мяучело. Такую добрую и светлую – о том, что начинается новое утро и просыпается город. Улыбнуться бы… Потянуться хорошенько, чтобы косточки захрустели… Но Рите лишь хотелось плюхнуться назад в подушки и спрятаться с носом под одеяло, укрываясь, словно Мурка, мягкой лапкой.
Но её ждала работа. И от этого утро не казалось таким уж добрым.
Девушка чувствовала себя как разбитое корыто. Ноги её не слушались, и тысячи крошечных иголочек побежали по слабым стопам, когда Рита опустила их на пол. Преодолевая усталость, она всё же пошла в душ, где наконец окончательно взбодрилась и смогла почувствовать себя человеком.
Родители завтракали за столом, когда девушка к ним присоединилась. Мама предложила ей тарелку овсяной каши с кусочками фруктов. Рита поморщилась и отказалась. Нет настроения есть это блюдо сегодняшним утром, хотя оно и вполне привычно для её рациона. Хотелось кофе с молоком и бутерброд с ветчиной и тягучим расплавленным сыром. Но из этого набора в доме нашлись только старый вонючий кофейный порошок и чёрствая корочка хлеба. Пришлось довольствоваться пустым чаем с фруктовой карамелькой и мечтать о том, как она доберётся до буфета со свежей выпечкой в университете.
На работу Рита собиралась тоже без энтузиазма. Почти все два месяца своего преподавания она одевалась как строгая учительница. Чтобы ни у кого даже мысли не промелькнуло, что девушка может быть несерьёзной и позволит сесть себе на шею. Юбка её всегда прикрывала колени, блузка наглухо застёгивалась на все пуговицы, а волосы были собраны либо в тугой хвост, либо в аккуратный пучок. И тем не менее этот образ не мешал Макарову подбивать к ней клинья, и это Рите льстило.
Но сегодня никак не хотелось идти на работу в образе невозмутимой преподавательницы и надевать этот скучный костюм взрослости и ответственности. И она достала из шкафа любимые джинсы и мягкий вязаный свитер. Прихватила волосы заколкой на боку и, слегка взмахнув кисточкой, подкрасила ресницы. Сунула ноги в короткие полусапожки с широкими голенищами и блестящими клёпками и надела пальто. На ходу застёгивая пуговицы, повесила на плечо сумку и зажала под мышкой папку с лекциями. Попрощалась с Муркой, потрепав её по голове между ушками, и вышла из квартиры.
Ходить на работу к восьми утра казалось пыткой. И как же хорошо, что сегодня нужно быть в университете лишь ко второй паре.
Рита нажала на кнопку и, услышав характерный писк домофона, толкнула тяжёлую металлическую дверь. В лицо пахнуло свежестью и запахом преющих листьев. Город уже успел проснуться, а осеннее солнце ярко светило на востоке, медленно перекатываясь по небу.
Девушка шагнула на крыльцо и двинулась к ступенькам, глядя под ноги и прикрывая ладошкой зевающий рот. Странный приближающийся рокот привлёк внимание Риты. Спустившись с крылечка, она подняла глаза и повернула голову в сторону, откуда слышался звук. Его издавал ярко-красный мотоцикл, медленно кативший вдоль тротуара в её направлении. Он проехал мимо и остановился чуть впереди, а мотоциклист в потёртых джинсах и кожаной куртке поставил ногу на тротуар и стал снимать с головы чёрный блестящий шлем.
Рита по инерции прошла ещё несколько шагов за ним, соображая, откуда здесь взялось это чудо и кто бы это мог быть. И когда почти с ним поравнялась, парень повернул к ней тёмно-рыжую голову и, прищурив правый глаз, улыбнулся уголком рта.
Девушка слегка приоткрыла рот и замерла
