Бывшие. Нам (не) суждено - Нонна Нидар

Ахаю, хватаю его за руку, чтобы остановить.

— Мне на работу, — выдаю с придыханием.

— Пробка, — хмыкает Алекс.

А потом одним движением утаскивает меня к себе на колени.

— Костюм! — вскрикиваю, переживая за мятую ткань и прочие глупости.

Потому что они перестают существовать, когда Алекс утягивает меня в сумасшедший, голодный поцелуй, которого не ждёшь между супер-мега-крутым владельцем холдинга и его управляющей.

Реальность сдвигается, и уже всё равно кто там из нас кто. Всё, чего я хочу — коснуться загорелой, гладкой кожи. Мне мало! Мало целовать его в шею, прикусывать и получать сторицей в ответ.

Я хочу больше. И это больше Алекс мне даёт.

Когда разворачивает лицом к себе. Когда приподнимает юбку. А как расстёгивает ремень я уже не замечаю.

Чувствую только его член у моего входа и резкое, сильное движение.

Стон вырывается помимо воли.

Он рехнулся! Я рехнулась. Мы оба ходим по грани, но дико сексуальной и желанной.

А как ещё назвать быстрый секс в машине. В пробке, где за окнами пару десятков ожидающих водителей, а внутри тонированного монстра стоны, вскрики и долгое, тёмное удовольствие. Такое, что меня трясёт несколько минут, пока я, наконец, не расслабляюсь.

Кладу голову Алексу на плечо, замечаю следы помады на белой рубашке. Фыркаю.

— Ты специально потащился в самую пробку.

— Ты очень умная девочка, — хмыкает Алекс и невесомо целует меня в макушку.

Он всё ещё во мне, и это очень приятное ощущение. Обычно после секса я старалась побыстрее сбежать в душ, а иногда и помочь себе дополнительно, но с Алексом всё, на что меня хватает — это нежиться в бесконечной неге, которую жарят расслабленные мышцы.

— А тебе придётся переодеваться.

С полным удовлетворения вздохом выпрямляюсь, а потом и пересаживаюсь на своё сиденье.

Только сейчас до меня дошло, зачем нужны перегородки в машинах премиум-класса. Одна надежда, что помимо обзора они глушат ещё и звуки.

Остальной путь мы проводим в молчании. Алекс держит мою ладонь, переплетает наши пальцы, а я думаю.

Как ни странно, в наших отношениях остаётся один невыясненный вопрос, но как к нему подступиться я так и не додумываюсь. Даже когда машина останавливается напротив знакомой стекляшки с моей фамилией.

— Пообедаешь со мной?

И такой у него взгляд, что комментарии излишни — с этого обеда на работу я явно не вернусь.

Поэтому подхожу вплотную, смахиваю с широкого плеча невидимые пылинки, провожу пальчиками по краю рубашки.

— Нет, — выдыхаю ему практически в губы.

И не успеваю сбежать, потому что Алекс ловит за талию, резко прижимает к себе. И плевать ему, что мимо нас идут спешащие на работу люди. Любопытные, завистливые… да и чёрт с ними.

Обвиваю руками его шею.

— Дождись вечера, — шепчу в губы.

Язык шаловливо проходит по его верхней губе, и я всё-таки сбегаю, но давая Алексу утянуть меня в настоящий поцелуй.

— Заеду за тобой в шесть, — сверкает тёмными глазами он.

Махнув рукой на прощание, вливаюсь в поток людей. И уже перед вертушкой прикусываю губу, понимая, что на формулирование проблемы у меня осталось всего лишь восемь часов.

Глава 45

Но и с ними возникает проблема.

Для начала я половину дня разговариваю, обсуждаю, не верю и всё равно продолжаю изводить себя и окружающих. Пока до меня не доходит одна простая вещь.

Громов — гад.

Управляющий ему нужен? Фирма страдает? Всё плохо, мы все умрём?

Откидываюсь на спинку кресла и задумчиво кручусь вокруг своей оси.

По итогам трёх переговоров и нескольких мини-совещаний обнаружилось, что управляющий Громову НЕ НУЖЕН.

Совсем. Абсолютно.

Поставленная на хорошо смазанные рельсы бизнеса, компания прекрасно мчалась без прямого руководства владельца или кого-то его замещающего. А, значит, Алекс мне врал.

Обидно.

Приятно.

И оба чувства булькают во мне, перетягивая эмоциональный канат то в одну, то в другую сторону.

И то, что Алекс перетянул меня в свою фирму, где я оказалась совершенно бесполезным инструментом, с одной стороны, льстит самолюбию, но с другой — я сюда, вообще-то, работать пришла!

И вот как с ним разговаривать!

Фыркнув, щёлкаю мышью. На ноуте последней марки высвечивается одно письмо и то оказывается корпоративной рассылкой.

Господи, ну не сидеть же мне здесь просто чтобы сидеть.

Ещё контракт этот на год. С корявой возможностью расторжения вместо привычных «две недели и до свидания».

Внутри кипит и булькает.

Чтобы хоть как-то снизить градус, прохожусь по кабинету до окон. Вид из них открывается, конечно, шикарный. Лучше, только если бы они выходили прямо на Красную площадь. А так парк, набережная, река, мост. И высотки.

Красота.

Алексу, что ли, позвонить?

В таком смешанном настроении возвращаюсь за стол, но ситуация та же. В «Орловой» я требуюсь только для подписи и то не каждый день. Что и доказывают сотрудники, идеально подогнанные друг к другу. И, может, внутри что-то и случается, но до святая святых эти проблемы не докатываются.

Так что управляющая в моём лице продолжает страдать бездельем и от этого мучиться.

— Мария Алексеевна, — в кабинет заходит секретарь и останавливается около двери.

Пугается, наверное, того, с какой жадностью я на неё смотрю. До шести надо как-то дожить, а слоняться по кабинету — худшая из идей. Словно Громов подстроил всё специально, чтобы мысли то и дело возвращались к нему, а пальцы подрагивали от желания позвонить и высказаться.

Но нет.

Я — кремень.

По крайней мере, до шести.

— К вам посетительница.

Господи, спасибо! Я буду рада кому угодно.

— Пропусти, — киваю на радостях.

Чтобы понять, как сглазила сама себя, когда внутрь проходит Каролина.

Невольно напрягаюсь, в воспоминаниях ещё живы и её выходки, и то, что с её подачи исполнил Медведев.

Мы молчим, пока секретарь закрывает дверь, и продолжаем молча рассматривать друг друга, когда оказываемся наедине.

Мне одновременно нечего ей сказать и много чего хочется высказать. Но так как адекватного в этом ноль, я не делаю ничего.

Она же просто осматривается, словно попала в этот кабинет впервые. Хотя, может так и есть.

— Тебя ищут, — наконец, не выдерживаю.

— Уверена? — мяукает она и с кошачьей грацией проходит весь кабинет.

С удобствами устраивается в кресле.

— Уверена.

— А у меня есть другая информация. Разве может такой мужчина, как Громов кого-то не найти? Особенно если горит желанием.

Каролина ведёт себя так, словно мы продолжаем давно начатый разговор. В её взгляде снова