Сын маминой подруги - Дарья Волкова
А он ей нужен. Он ей необходим. Она без него уже не может.
Глава девятая
Захар тёрся о ее плечо слегка колючей щекой.
– Ты не успела, да? Прости. Я просто ошалел сегодня. Ты такая… Я сейчас исправлюсь. – Его рука скользнула по ее животу к лобку.
Уля перехватила его руку.
– Не надо, Захар.
– Почему? – Он зарылся носом в волосы на ее затылке, начал целовать шею. – Не сердись. Тебе будет хорошо…
После этих слов Ульяна поняла окончательно, что никакого интима ей больше сегодня не надо. Голова была занята совершенно другим. И выключить ее никак не получалось. Уля резко вывернулась, обняла Захара и уткнулась носом ему в грудь.
– Просто обними меня.
Он вздохнул – так, что грудь перед носом Ули поднялась и опала. А потом обхватил ее, прижал к себе плотно.
– Эх, Улька, Улька…
Она так и не поняла, что прозвучало в этих словах. Ей показалось, что какое-то сожаление пополам… пополам с чем-то еще. С восхищением? Она повернула голову и прижалась щекой к груди Захара. Давай просто так полежим и помолчим, а?
Захар услышал ее мысленную просьбу. Больше не сказал ни слова, просто обнимал крепко. Так они и лежали, молча и обнявшись, пока внутренняя Ульянина буря не улеглась.
* * *
– Я уезжаю в понедельник.
– Куда?
– Работать. Сначала в Краснодар, потом в Ростов, потом на Алтай. Начинаем посевную.
Ульяна смотрела в спину Захара. Они решили всё же позавтракать, чай с печеньками – это не совсем то. И сейчас Захар готовил омлет. А Ульяна сидела и на это смотрела. И обдумывала услышанное. За то время, которое она работала в «Балашовском», Ульяна так и не разобралась толком, как именно работает Захар. Ну, неужели же он сам… Тут ей вспомнились его слова, сказанные в деревне – про трактор. Теперь Ульяна понимала, что это правда. И что на тракторе он точно умеет. Но ведь его работа – в другом.
– А расскажи мне, что ты там будешь делать? – выпалила Ульяна. Ей это и в самом деле было ужасно интересно.
– Расскажу. – Захар принялся раскладывать омлет по тарелкам. – А ты пока подумай над тем, как мы проведем выходные.
– Что?
– Ну, чего ты хочешь? – Захар протянул ей вилку. – Кино, театр, посидеть где-нибудь и вкусно поесть? Еще какие-то пожелания?
Уля не смогла сдержать улыбки. Предложение Захара ей очень нравилось. А в голову пришла вдруг неожиданная идея. Ульяна на самом деле сама давно хотела попробовать, но как-то компании подходящей не находилось, а тут…
– Давай съездим куда-нибудь покататься на лошадях?
Захар даже на пару секунд замер с вилкой у рта.
– Отличная идея. Ты умеешь?
– Нет. Но мне же дадут какую-нибудь самую смирную лошадку и поводят по кругу?
– Конечно. – Захар улыбнулся. – Можем Марата позвать. Он с удовольствием прокатится верхом. Милана вряд ли составит нам компанию. А вот Рус – наверняка.
– Рус – это кто?
– Рустам Ватаев, сын Марата от первого брака.
Ого! Оказывается, у сурового начбеза уже не первый брак. И есть ребенок от другой женщины. Ульяна почему-то не думала о таком варианте, хотя он неудивителен. Ватаев – мужчина зрелый и старше Миланы лет на десять. Вполне логично, что у него была какая-то жизнь до нее.
– Ну что, я звоню Марату?
Уля вздохнула.
– Знаешь, наверное, не надо.
– Ты передумала?
– Нет. Давай… давай в этот раз только мы вдвоем, хорошо?
– Хорошо. – Захар довольно улыбнулся.
Но Ульяна еще не всё сказала.
– Захар, а давай… – Уля возила омлет вилкой по тарелке. – Давай, мы не будем… Ну, не будем афишировать наши отношения? По крайней мере, на работе?
Захар со вздохом отложил вилку. Подпер рукой щеку.
– И какие у тебя есть аргументы?
У нее были аргументы. Вот, предположим, у них, и в самом деле, закрутится роман на виду у всего офиса. Пройдет месяц, два, три. Неважно сколько. А потом наступит момент, когда это прекратится. Сейчас думать об этом не хотелось. Но исключать этого нельзя. И Уля понимала, что после этого ей надо будет уходить из «Балашовского», потому что сплетни и шепот за спиной она не выдержит – Ульяна это точно знала.
– Внутренними правилами запрещены служебные романы.
– Да ладно? – Захар виртуозно выгнул бровь.
– Это прописано в документах.
– Кто их читает?
– Я.
– Уль, это смешно. Вон, Милана и Марат – классический служебный роман.
«У нас он закончится так же?» – так и хотелось спросить. Но Ульяна сдержалась. Она коснулась пальцев Захара.
– Просто дай мне немного времени… привыкнуть.
Он вздохнул, взял ее руку, притянул к губам и поцеловал.
– Благодаря тебе я вынужден в своем солидном возрасте вести иллюзорный образ жизни и что-то скрывать.
– Не ворчи. – Ульяна погладила его по щеке. – Давай доедать и собираться!
* * *
Это были прекрасные выходные. Захар завез Ульяну домой, чтобы она переоделась. И, пока она это делала, позвонил в конный клуб и договорился о занятии.
Там Улю больше всего поразили две вещи: шлем для верховой езды и то, какие же лошади большие! До этого Ульяна видела этих животных только в кино или на картинках. Ей выделили самую смирную кобылу по кличке Люся, с которой Ульяна быстро подружилась с помощью морковки. Два круга по территории конного клуба стали для Ули самым настоящим приключением и испытанием, хотя Люся шла смирным шагом, ведомая юной сотрудницей конного клуба. А потом, закончив свои упражнения, Ульяна пила чай из термоса, который захватил из дома Захар, и смотрела, как ездит верхом он – на совершенно огромном лоснящемся светло-желтом красавце-жеребце, про окрас которого Уля теперь знала, что это называется «соловый». Уля снова вспоминала разговор в деревне и слова про то, что Захар родился в седле. Ульяна за два круга на идущей медленным шагом лошади умаялась так, что ноги до сих пор тряслись. Люся, конечно, смирная, но она же огромная! Высокая! И движется под тобой! А для того, чтобы спокойно, уверенно и ровно держаться в седле, когда под тобой гарцует жеребец, нужен явно какой-то особый талант. И у Захара он был.
А потом они пообедали в чудесном фермерском кафе прямо при клубе. Всю обратную дорогу Ульяна зевала, не
